Смертник из рода Валевских. Книга 8 (СИ)

Что ещё интересного произошло за неделю с того момента, как я прикончил Вальдемара Валевского, своего деда? Храм Скрона согласовал со мной уничтожение всех запечатанных заражённых разломов тёмных земель. Из сорока двух творений иномирцев на их территории находилось тридцать пять штук и в самое ближайшее время мне предстоит отправиться на их устранение. Два заражённых разлома находилось на территории Заракской империи, пять в Шурганской и только Калиманская оказалась чиста. Ибо им и так досталось в этой жизни — два разлома с метаморфами уменьшили доступную для жизни территорию империи почти на треть. При этом ни Цитадель, ни Крепость не дёргались по поводу заражённых разломов, словно что-то знали, хотя точно получили информацию, что уже через двадцать четыре дня все разломы утратят печати. В любом случае эта сделка была для меня выгодной. Храм Скрона помог прокачать мне «Поглотитель» до третьего уровня, предоставив нужные камни, все ресурсы и магические камни, что я получу во время уничтожения запечатанных разломов, будут моими. Ибо для мира они и так отсутствовали. В этом вопросе всё складывалось идеально.
Но только в этом. Что касается наследия внука первого императора и переданных им знаний… Вот тут оказался полный провал — не было их, наследия или знаний. Ключ, которых мой дед небрежно кинул на пол, никаких таинств в себе не нёс. Это оказался простой кусок бесполезного металла, что растворился в моём поясе, спрятавшись от чужих глаз. Каких-то глобальных знаний, откровений или прочих жизненно важных фактов от обладания им я не получил. Убийство деда каких-то бонусов не принесло — просто на свете появилось на один труп больше. Даже навык «Писатель» оставлял желать лучшего — я не мог им воспользоваться. Опытным путём было установлено, что символьная магия оперирует словами и закладываемым в них смыслом. Но для того, чтобы эти слова формировать, требовались знания, из чего они состоят и что означают. Требовался словарь, чего мне Вальдемар Валевский, конечно же, передать забыл. Или не пожелал, посчитав, что я дойду до этого самостоятельно. Эксперименты ни к чему хорошему не привели — я потерял три камня «тёмная жижа», так и не получив результата. Символьная магия при неправильном применении отъедала жизненную силу будь здоров. Пришлось временно отложить эксперименты. Даже люди, что притащили мне Алию, ничего толком сказать не могли — их наняли несколько недель назад, чтобы ухаживать за больной. Всё! От того, что отныне я стал неким таинственным хранителем, как назвал меня дед перед смертью, ничего совершенно не изменилось!
Хотя нет — изменения всё же были. Храм Скрона ещё раз передал мне мифриловые доспехи и, о чудо, они признали во мне хозяина! Вместе с теми предметами, что уже были у меня, а также путём некоторых манипуляций, которые пришлось осуществить с плотью Фарафо, отныне у меня был полный комплект брони, что позволял спокойно проходить по дну реки, не переживая за воздух. Такую проверку я себе уже устроил. Полное описания всего того, на что отныне способна моя новая защита, ожидаемо отсутствовало, но чувство защищённости отныне меня не покидало. Мне сделали новые катары из вирмы, арбалет и всё это благополучно скрылось под бронёй. Мимикрировала она не хуже моей предыдущей — для всех я был одет в красивый повседневный костюм высокородного аристократа. Даже шлем, что полностью скрывал мою голову, был для окружающих невидим, а для меня неощутим. Но стоило мне произнести волшебное слово «адаптируйся», как моя кожа и одежда превращались в непробиваемую броню. Вирмой, во всяком случае, меня отныне не возьмёшь. Мифриловый доспех не делал меня бессмертным — в разломах он не работал, против тёмных атак тоже, та же Фарди его не заметит и проглотит меня, как вкусную конфетку. Да и против большой толпы магов, тем более высокоуровневых, я бы не рискнул выйти. Как ни крути, мифриловая броня является рукотворным предметом. То, что смогли создать несколько человек, столько же может и разрушить. Тёмные во время своих экспериментов как-то же умудрились уничтожить нагрудную пластину и пояс? Значит, смогут и маги Заракской империи, особенно если что-то их объединит. Например, ненависть к тёмным и Кострищу, как его воплощению. Тем не менее один на один я был готов сойтись с любым человеком из светлого мира. Цитадель в расчёт не берём, там нормальных людей нет.
 
— Ладно, выбора мне клан Бартоломео не оставил. Мне нужна живая и морально здоровая Алия, а не то, во что она постепенно превращается. Элеонора, дай знать тёмным, что я согласен на их требования. Свадьба с Наирой Джоде может состояться хоть завтра. Всё равно приглашать никого из светлых земель на неё мы не собираемся.
— Что делать с защитниками города?
— Выберите с виконтом Курпатским десять человек, вживим им камни. Повторять ошибки, которые я совершил с вами, нельзя. Вначале камни будут первого уровня, потом, через неделю, когда люди к ним адаптируются, начну постепенно повышать. Сразу всучивать двадцатый уровень чревато неприятностями.
— Я практически с ними справилась. Конечно, три раза подряд использовать способности ещё тяжело, но это уже три раза. Раньше и двух-то не было. Время, Макс, на всё нужно время.
— В том-то и дело, что его у нас нет. Слушай, гипотетический вопрос — если граф Вяземский внезапно исчезнет, нам от этого станет легче?
— Не думаю, что это будет правильным решением, — после паузы ответила Элеонора. — Мало того, что тебя на арбалетный выстрел к нему не пустят, так ещё и вся Заракская империя окончательно ополчиться против нас. Сейчас многие сомневаются — всё же мы слишком внезапно стали плохими. Однако, если вдруг главного оратора противоборствующей стороны убить, пламя негодования сметёт Кострищ. Мы к этому ещё не готовы.
— Плохо, — вздохнул я. — Получается, ничего сделать мы не можем? Что, если кого-то подкупить? Или выкатить на рынок что-то такое, что не достать в светлых землях? И получат это нечто только те, кто станет с нами торговать?
— У меня сразу два человека сейчас работают над этой проблемой, — Элеонора нашла в себе силы улыбнуться. — Идут постоянные консультации с представителями как Цитадели, так и Храма Скрона. Например, доспехи из вирмы, которую ты притащил. Цитадель уже сделала заказ на изготовление двадцати комплектов брони. Это будет хорошая реклама — на всех кирасах, по согласованию с церковниками, будет нанесено клеймо Кострища. Понимаю, что это капля в море, но мы работаем. Магические камни тоже пользуются хорошим спросом, но здесь преимущественное право приобретения у Крепости и магической академии.
— Хорошо, что напомнила. Тебе известна позиция Кималя Саренто?
— Магическая академия держится в стороне от происходящего. Её задача — обучать магов, не вмешиваясь в дела империи или церкви. Не думаю, что ректора удастся привлечь на свою сторону, Макс. В этом противостоянии мы одни. На самом деле я удивлена, что оно случилось только сейчас. По идее, гасить Кострищ следовало в тот момент, когда император подписал указ о создании автономного города.
— Тогда нас не могли, как ты выразилась, гасить, ибо каждый из них полагал, что он поимеет с нас хорошую прибыль. Что граф Вяземский, что граф Шубной. Даже граф Кузьминский, вроде как исследователь, и тот желал приобщиться к тайнам тёмных. Разве не помнишь, сколько у нас шпионов было? Сколько мы отправили прочь? То, что сейчас происходит — это реакция на внедрение системы безопасности и полную проверку всех людей города. Раз владельцы пирога под названием Заракская империя не могут получать прибыль с автономного города, в котором стоит официальный портал с тёмными землями, значит этот город нужно уничтожить.
— Макс, я против силового варианта решения конфликта, — Элеонора погладила себя по заметно выпирающему животику. — Однако моё мнение — нужно атаковать первыми. Начнём с Вяземского. Нужна диверсионная группа. Она будет устраивать поджоги, уничтожать инфраструктуру, травить животных, станет сеять хаос среди крестьян, промышленников, мелкой аристократии. Чем больше проблем мы создадим, тем меньше у Вяземского останется времени на нас.