Мир, которого нет (СИ)

Тилинда мгновенно пришла в себя, когда на неё упали капли, и поднялась на ноги. Глаза её испуганно бегали.
— Так что с тобой? — спросил Сагарат вновь.
— Этот мерзкий ублюдок! Он…Он… Постоянно! А эти гоблины! — Тилинда не смогла толком рассказать, но переживала всё это прошедшее время она нечто ужасное. Девушка почувствовала, что Сагарат наконец-то стал таким каким был при первой их встрече. Спокойным, холодным и её другом
— Ты чувствуешь? — спросил её Сагарат.
— Духи покинули это место, такого никогда не было! Чтобы все духи уходили от кого-то, — тревожно рассказала Тилинда.
— Чем плохо быть без духов?
— Это значит, что ничто не защищает вас от зла. Любого зла и самого не мыслимого, — закрыв от испуга рот, произнесла Тилинда.
— Что есть зло, а что добро? Что тебе зло, то мне добро, и не надо защищать меня от моего добра, — ответил Сагарат, — Ритуал окончен и если Леонс тебя опять тронет, говори немедленно мне.
— Да, владыка Сагарат, — ответила Тилинда и с облегчением склонила голову. Прибежал койон с донесением и что-то долго, торопливо гавкал. Тилинда перевела: «Женщина с рогами на голове, ждёт лично Сагарата в саду. Она спустилась с небес, как воин Хаку и поцеловала его. Он почувствовал, что должен позвать вас».
— Госпожа Разбила Стекло ещё здесь? — спросил Тилинду владыка, она утвердительно ему кивнула, — Пусть приходит в сады.
  
Глава 20
 
***
Три года назад Чимоха, услышав увлекательную историю о Сагарате, твёрдо решила, что она обязана стать одной из тех, кто должны привить культуру дикарям-зверянам. Не спрашивая одобрения своих отца и матери, она бросила Рубиновую академию и, прихватив кошель золота, обратилась в культ крови. Её богатый отец бросил всё на поиски своей сбежавшей дочери, но Чимоха непреклонно удалялась от отчего дома. В аббатстве, в которое её определили, как послушницу, служили бывшие подданные Сагарата. Через них она узнала, что госпожа Жоньес Ле Саннер собирает корабль в земли зверян, чтобы спасти любимого Сагарата, как спасла его земли. Заплатив немалые деньги, Чимоха вступила в личную гвардию этой могущественной колдуньи крови и наконец-то отправилась на поиски приключений.
По прибытии на материк, её передали мейстеру Леонсу и тот поражённый такой самоотверженностью девушки, а главное её удивительной способностью любой пустяк описать, как величайший эпос, решил рекомендовать особу Сагарату. С тех самых пор она ученица Сагарата, которому пришлись по вкусу её сказки и рассказы, что она очень ловко сочиняла. По какой-то причине в маги крови её так никто и не посвятил, и потому она не может колдовать на Этаре, так как условно не является поддонной Собора Крови.
— Это она тебе рассказала? — принц Шен-Дю, сильно повзрослел с последней их встречи с Иртоном. В глазах его была усталость, а в теле напряжение. Королева Тая, убитая горем, передала ему все свои полномочия, и практически сделала его новым правителем Тейдоса и всего Фу.
— Да, когда мы были в трактире на стоянке в Дубравной, да весь остальной путь она трепалась, — ответил Иртон, привстав над столом в тронном зале Доблестного Дома.
— Как тебе удалось её разговорить? — удивился Лампту, что сидел по правую руку от Иртона. Путники успели отдохнуть, отмыться. От прошлого голода не осталось и следа. В первые за долгое время удалось нормально выспаться, не взирая на чувство постоянной тревоги из-за демонического присутствия. Погода в Тейдосе тёплая и благосклонная, немного расстроилась недавно, но дождь всё равно лучше стужи.
— Она, как и любая женщина, сразу растаяла, когда почувствовала лесть и тёплое отношение, — Иртон застенчиво улыбнулся.
— Ай, да Иртон, ну хитёр, — довольно рассмеялся Лампту, а следом и некоторые присутствующие. Мастер гильдии охотников ответственно занялся тренировками Иртона, когда увидел его в бою при крепости. Его повергло в шок, то что людин, покрытый несокрушимый бронёй и снаряжённый лучшим оружием какое когда-либо существовало, абсолютно неспособен им пользоваться. «Наверное сам Хаку оберегает этого мальца от смерти, раз он до сих пор жив», — думал мастер. Успехи людина в тренировках вызывали некую радость у Лампту, только Шен-Дю ни капли не радовался, будто он единственный, кто осознавал всё происходящее.
 
— Прекратите! — вмешался Сонрал, — Нужно что-то делать с этим Сагаратом, пока его армия демонов не подошла к Тейдосу!
— И что вы предлагает, герцог Сонрал? — обратился принц Шен, тяжело опёршись головой на руку. Бремя правления отличалось от того образа королевской власти, что был у принца с детства. Будучи хитрейшим аристократом, да и просто зверянином, Шен-Дю оказался неспособным переносить скуку, которая присутствует на городских судах и собраниях. По всем вопросам Шен мог давать мгновенные решения, так как всегда знал больше остальных, но это в делах королевств и целых стран, а в тех проблемах какие случаются у обычных крестьян, Шен оказывался полным идиотом. Он для себя открыл неведанное ранее качество, он ненавидит быть неинформированным. И пока шла война, эти мелкие проблемы было невозможно игнорировать. Вечно кто-то кем-то недоволен. А когда Тая впала в траур, принц осознал, что она его никогда не любила, что он был просто любовником, постельной игрушкой.
— Иртон должен седлать дракона и выжечь весь Полок! — громко заявил Сонрал. Зверь успел доложить обо всех своих домыслах, а Рогаш указал на точное место, куда вернулись почтовые голуби. После долгих изнурительных походов, Зверь первым делом направился в Тейдосский публичный дом, потому первый его доклад был сухим, затем он беспробудно пьянствовал около недели. И на нынешнее собрании его приволокли силком, и он мирно дремал в сторонке.
— Совершенно точно! — согласились прочие.
В тронном зале собрались дворяне из королевств Фу и Дю, а также графы и герцоги, что ещё сохраняли верность принцу и королеве. Правда была в том, что аристократов, которые решили, под шумок, обрести независимость, оказалось значительно больше, чем истинно преданных. Надежда была на раздробленность мятежников, что они не соберутся в единую революцию и задушат друг друга раньше, чем руки дойдут их усмирять. Здесь же была Аиша, она не пропускала ни одного собрания. Она всегда была желанной гостьей буквально для всех. За время проведённое в Тейдосе, она так и не смогла провести ни дня с тем же Иртоном. Вся мужская половина знати, да и некоторые женщины, желали заполучить барсарку. Так же в зале присутствовала Эшли, так как пленница Чимоха томилась в покоях Иртона, по его просьбе. А рыцарь боялся оставлять её наедине с горгоной.
— Что значит седлать и выжечь? — удивился Иртон, — А вы Рогаша спросили, хочет ли он вам помогать? Он же разумное существо, которым вы все пытаетесь помыкать!
— Иртон, мы уже говорили, что ты должен держать Рогаша при нас, без дракона наши шансы на победу резко сокращаются, — раздражённо, словно в сотый раз повторил, ответил Шен.
— Вы убрали зевак от него, как я просил? Ему не нравится внимание. Горожане продолжают ходить к нему за город и глядеть, разинув рты, — добавил Иртон, — Рогаш, хочет помочь мне вернуться в родной мир, он уже упоминал, что ваша война не наше с ним дело.
— Ах, это наша война! — завопил Шен и вскочил на ноги, а голос его прогремел по залу, разбудив Зверя, — Вы людины притащили к нам демонов! И ты считаешь это наша война?
— Я не встречался с Сагаратом никогда в жизни! Не надо всех под одну гребёнку стричь! — Эшли подползла за спину Иртона, готовая его защищать. Она оглядела каждого своим недобрым взглядом, шипя как змея. На её хвосте позвякивала гремушка.
 
— Господин Иртон прав, — позёвывая, произнёс Зверь. Он приветливо мигнул Аише, приведя её в смущение, а затем, выпрямив спину, продолжил свои слова, — Мы знаем, что смерть некоего избранного это часть сделки с демоном, правильно?
— Угу, — согласился Лампту. Ему кое-как смогли подобрать подходящий по размеру костюм, но брюки, что были сшиты специально для него за три дня, подошли ему разве что, как бриджи. Густой и плотный мех Лампту сочился из-под пуговиц и остальных, предусмотренных дизайном, отверстий, создавая впечатление белки, застрявшей в дупле.