Нежеланная невеста, или Зимняя сказка в академии магии (СИ)

— Вы видите, что она делает? — выдохнул принц, глядя на проступившую капельку крови. — Она ненормальная! Напала на меня!
— Ой, да у меня кот больнее царапается…
Я резко замолчала — телохранители за одну секунду оказались рядом со мной. Видимо, решили, что я действительно атаковала принца. Серый дроу крепко схватил меня — да так, что не пошевельнуться. А длинноволосый наставил на меня полупрозрачное копье, мгновенно материализовавшееся в его руке. Острие копья больно впилось мне в горло, и я почувствовала, как по коже ползет капля крови. Доигралась. Сейчас меня убьют. Страх обжигал сердце — да так, будто льдиной по нему провели.
— Вы напали на члена императорской семьи. За это полагается смертная казнь на месте, — глухо сказал длинноволосый. Острие впилось в горло еще сильнее, и я чувствовала, как кровь стекает на грудь.
Я закрыла глаза. Сейчас меня действительно убьют.
— Убрать оружие! — раздался вдруг спокойный женский голос. Не надменный, не холодный, не властный. Но было в нем что-то такое, что заставило всех присутствующих в кабинете реактора замереть.
Я открыла один глаз и увидела у распахнутых дверей грациозную женщину в длинном черном платье и алой накидке. В ее темных, идеально уложенных волосах сияла корона. Светлая Тэйла, сама императрица! Мать принца! У меня подкосились ноги.
— Убрать оружие от будущей императрицы, немедленно, — повторила она, приближаясь ко мне. Следом шла ее телохранительница — настоящая эльфийка с белоснежными волосами. — Или я должна повторять трижды?
Телохранители принца мигом оставили меня в покое. Остальные, почтительно склонив головы, расступились перед императрицей. У меня же мурашки побежали по коже, и казалось, будто я вдыхаю раскаленный воздух.
Императрица поздоровалась с сыном, коснулась его плеча и что-то тихо сказала — в ответ он лишь кивнул. После она подошла ко мне, и я почтительно склонилась.
— Ваше величество, — прошептала я, не смея смотреть на императрицу. И услышала в ответ:
— Подними голову, девочка. — Ее голос теперь был наполнен теплотой, которая растворяла страх в моем сердце, оставляя лишь благоговейный трепет.
Я послушно подняла голову и встретилась взглядом с императрицей. Она была красива — холеная светлая кожа, правильные черты лица, выразительные карие глаза, но красота эта была не вульгарной, не модной, а настоящей, переполненной достоинства. Даррел был похож на мать, очень похож, разве что глаза у него были другими, только вот достоинства не доставало.
— Вот ты какая, наследница Черного дракона, — тихо сказала императрица, разглядывая меня. — Я так рада, что ты жива.
Какая еще наследница?! О чем она?
Она взяла мою ладонь в свою и крепко сжала. А после коснулась царапины на щеке. Кожу немного защипало, и только тогда я поняла, что от ладони ее величества исходит неяркий свет. Она лечила меня — убирала рану.
— Кто это сделал? — тихо спросила императрица.
«Ваш сын», — хотелось ответить мне, но я знала, что не сделаю этого.
— Ваше величество! — отмер ректор. — Мы во всем разберемся!
— Того, кто это сделал, немедленно исключить из академии и отправить под следствие, — отдала приказ императрица, теперь коснувшись раны на горле. Заживляла и ее.
— Будет сделано, ваше величество, — вытянулся в струнку ректор.
— Никто не смеет прикасаться к членам императорской семьи. Принц Даррел, я прощаю вашего телохранителя — Арт не раз спасал вам жизнь, и я верю, что он не хотел причинить вам вреда, дитя мое. Однако, Арт, вы должны понимать — еще одна подобная оплошность может дорого вам обойтись.
— Да, ваше величество, — ответил длинноволосый телохранитель принца и вдруг поклонился мне. — Прошу простить, госпожа Бертейл. Я поступил опрометчиво.
— Ничего страшного, в конце концов, вы же меня не убили, и на этом спасибо, — промямлила я. Меня охватило дикое смущение и непонимание. Я до сих пор ничего не понимала и чувствовала себя листиком, который сорвал с дерева ветер и понес далеко-далеко. И куда упадет этот листик, никто не знает…
 
— Мне нет прощения, — повторил длинноволосый телохранитель, не поднимая головы.
— Да есть, есть, я вас прощаю, — отозвалась я, ужасно теряясь. — Если что, купите мне малиновый глинтвейн и искупите свою вину… Ой, то есть, ничего не надо, это я по привычке так сказала, потому что мы с подругами так говорим… Все хорошо, правда!
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Она еще и алкоголичка, — заметил раздраженно принц, услышав наш разговор.
Да чтобы тебя тролли подрали!
— Я хотя бы не обижаю слабых, ваше высочество, — отозвалась я ангельским голосочком. А у него чуть пар из ушей не пошел. Глаза сверкнули знакомым аквамарином, однако его высочество взял себя в руки. И стал делать вид, что меня не существует.
— Ваше величество, это действительно моя невеста? — спросил принц, обращаясь к матери.
— Именно, ваше высочество. Наследница Черного дракона, — повторила императрица и мягко улыбнулась мне. Я улыбнулась в ответ — но как-то деревянно.
Черный дракон? Это еще кто? И какая, к эйховым слизням, наследница? Огромных долгов, что ли? Мыслей о том, что я могу быть наследницей чего-то воистину невероятного, в голове даже не было. К тому же и невестой ничьей мне быть не хотелось. Я планировала учиться, а не замуж выходить!
На языке у меня вертелось тысяча вопросов, но при императрице я и рта раскрыть не смела.
— Это ошибка, — процедил сквозь зубы Даррел, сложив на груди руки. — Она не может быть моей невестой. Посмотрите на нее. Никакого достоинства.
— Это ваша будущая жена, ваше высочество. Проявите уважение, — нахмурилась императрица.
— Но…
Договорить ему мать не дала — подняла указательный палец, и Даррел замолчал, с ненавистью гладя на меня. И мне стало ужасно обидно — да почему он так на меня взъелся? Да, я видела то, чего не должна была, но это случайность… Я никому ничего не говорила! Даже близким подругам, с которыми делила комнату.
— Оставьте нас одних, — вдруг попросила императрица, и ее моментально послушались. Заметив, что телохранители не уходят, она прищурилась. — Я сказала — одних. На несколько минут. Благодарю.
Только тогда эльфийка, серый дроу и длинноволосый Алек покинули кабинет ректора. Мы остались втроем — императрица, принц и я.
Наедине они разговаривали иначе — без холодного официоза, как настоящие мать и сын.
Императрица подошла к Даррелу, позволила себе обнять его и поцеловать в висок. Видимо, они давно не виделись, и она очень скучала. Он обнял ее в ответ. Сдержанно, но на миг крепко прижал к себе.
Я и так чувствовала себя не в своей тарелке, а теперь, видя эту семейную сцену, готова была провалиться сквозь землю. Это же члены императорской семьи! Я не должна видеть это!
— Мама, это серьезно? — спросил Даррел, когда мать отпустила его.
— Да, милый, — кивнула она. — Серьезнее некуда.
— Я должен жениться на этой чокнутой девице? — На лице принца появилась все та же знакомая мне ненависть. — Взгляни на нее. Она не подходит мне.
— Не оскорбляй невесту, — нахмурилась императрица.
— Невесту? Нет, мама, она мне не невеста. Я не возьму ее в жены.
Я мысленно фыркнула — можно подумать, я горю желанием быть его невестой. Прямо цель жизни.
Императрица вздохнула.
— Повторюсь, милый. Изабелль — наследница Черного дракона. Та, с которой ты помолвлен с детства и связан брачной клятвой. Ты же знаешь. Знаешь, как долго мы искали ее.
— Я не женюсь на ней. Ни за что. Никогда.
Императрица вдруг перебила принца. Ее тон снова стал официальным.
 
— Это не обсуждается, Ваше высочество. Ваш отец уже запланировал свадьбу. Ослушаетесь — потеряете корону.
— Плевать на корону.
— И жизнь. На свою жизнь вам тоже плевать? А на мою?
Мать и сын некоторое время смотрели друг на друга, будто ведя внутренний диалог.
Даррел вдруг ударил кулаком по стене — да так, что образовалась вмятина, от которой поползли во все стороны трещины. Ни слова не говоря, он покинул кабинет ректора.