Хозяйки таинственного дома Коуэлов (СИ)

— Ой! Кажется, после светловолосого мужчины в старинном сюртуке и исчез старик Коуэл, — произнесла Алинка, заёрзав от волнения, ребёнка явно увлёк этот дневник, — его не сразу хватились, мистер Коуэл редко выходил в город, когда заметили, что долго не появлялся, отправились к нему и именно тогда узнали, что пройти на территорию поместья никто не может.
— Ты же голодная была, — напомнила дочери, поставив к ней поближе отмытую, с миленьким узором, местную тарелку, на которой лежали и одуряюще пахли кусочки отварной птицы и овощной салат.
— Сейчас… они даже пушку притаскивали, мам, и стреляли по воротам, но это не помогло, — хихикнул ребёнок, — ох, хорошо это давно было… местные решили, что поместье проклято, и несколько раз пытались его сжечь. Нас могли бы принять за ведьм и на костёр отправить.
— Жуть, — невольно вздрогнула, осознав, что нам действительно повезло.
— Ха! Они и пытались одного сжечь! — рассмеялась Алинка, — он вышел спустя… около ста лет, схватили... так: высокого, темноволосого парня и понесли к виселице… мам, он испепелил всех, здесь Невил пишет, что остался лишь пепел. Парень сбежал назад в поместье и больше не возвращался.
— Вот почему местные жители с опаской на нас смотрят, — пробормотала сразу, как прожевала нежный и ароматный кусочек мяса, — хоть времени с тех пор прошло, видимо, не мало, но людская молва до сих пор жива, тем более, когда перед глазами всё ещё стоит поместье и никого не пускает на свою территорию.
— Угу, — кивнула дочь, наконец отложив в сторонку дневник, приступила к ужину. Около тридцати минут мы время от времени, перебрасываясь короткими фразами, лакомились удивительно насыщенной вкусом едой, подкладывали в костёр сучья, отчего пламя радостно вспыхивало, охватывая обжигающими объятиями кастрюльку, в которой закипала вода для чая.
— Чуть позже надо сходить к мисс Хоуп, надеюсь, ей удастся взять у поверенного свод законов, — проговорила, заваривая в миске чай, — мёд где-то же был…
— Вот.
— Спасибо, пока сидим, надо на завтра сварить яйца, чтобы утром было чем позавтракать, и хлеба у нас осталось всего на один раз.
— Что-то мне пока не хочется идти на рынок, — произнесла Алинка, запихнув в рот ложку с мёдом, тут же зажмурив глаза, довольно протянула, — вкусный.
— И мне не хочется, и Глэн что-то не пришёл за тележкой.
— Ещё светло, может, придёт, — неопределённо пожала плечами дочь, принимая кружку с чаем, — горячий, пока остывает, я ещё почитаю, там немного осталось.
— Давай, — кивнула, сделав небольшой глоток травяного сбора, глубоко вдохнула потрясающие ароматы прелой листвы, примятой свежей травы, сладкий запах цветов и мёда, счастливо улыбнулась.
— Хм… последний тоже был мужчиной, — проговорила дочь, взглянув на меня, дополнила, — получается, мы единственные Коуэлы женского пола.
— Или Невилы не всех видели.
— Возможно, — согласилась Алина, перелистывая страницу, — этот пробыл дольше всех. Продал предку Бакера какие-то украшения. Много гулял по городу, что-то записывая на листок. С Невилом они познакомились перед самым его исчезновением… здесь не разобрать, почерк неразборчивый, но мистер Катран Коуэл рассказал деду или прадеду мистера Ригби о каком-то времени. Говорил, что надо только узнать место и верно повернуть стрелки.
— Но в доме нет ни одних часов, лишь те, что на мне, — задумчиво протянула, взглянув на дочь, добавила, — и этот, что всё дышит холодом, давно не появлялся, уж не случилось с ним чего?
— Эм… свистит, — пробормотала Алинка, прислушиваясь, через минуту довольно улыбнувшись, проговорила, — точно свистит, Глэн пришёл.
— Отлично, тогда и к Хоуп сразу сходим. Быстро переодеваться, и тележку надо не забыть и абалы прихватить, закажем Глэну привезти продукты, чтобы в город пока не выбираться. Мистер Оберон со своим сборщиком меня откровенно допекли.
Через десять минут, толкая перед собой тележку, мы шли к воротам, на ходу проговаривая, что нам нужно купить из продуктов и, главное, чтобы они не были скоропортящиеся, холодильника, да и ледника у нас в доме пока не было.
 
— Мам… — потрясённо пробормотала Алина, всего в нескольких метрах от выхода, замедляя свой шаг, — смотри.
— Что? — наконец вытолкнула из небольшой рытвины колесо тележки, взглянув перед собой, очумелым взглядом окинула высокую кирпичную стену, с массивными деревянными воротами и такой же дверью вместо старого развалившегося железного забора.
 Глава 16. 
— Обалдеть! — восторженно пробормотала дочь, тут же рванув к новеньким воротам. Я и в этот раз была полностью согласна с дочерью, правда, в голове крутилось другое слово — неприличное. С силой толкнув даже в пустом состоянии довольно увесистую тележку, покатила её к высокому и на вид крепкому забору, именно такому, как я его себе и представляла, рассеяно рассматривая каждый кирпичик.
— Как такое возможно, — невнятно просипела, наконец, добравшись до стены, осторожно погладила по красному и тёплому кирпичу.
— Настоящий, — произнесла очевидное дочь, с восторгом рассматривая стену, — и теперь никто заглядывать к нам не сможет.
— Угу, об этом я и подумала, когда представила эту стену, — проговорила, взглянув на недоумевающую Алинку, пояснила, — сегодня утром я хотела, чтобы вместо той развалины была такая стена.
— Круто! — радостно крикнула Алина, тотчас зажмурив глаза, принялась натужно сопеть.
— Ты чего? Представляешь? — хмыкнула, ища взглядом ручку на двери. Пора бы уже выйти за ворота, там нас дожидается Глэн, явно изнывая от нетерпения.
— Комнату свою, — ответил ребёнок, вновь усердно зажмурив глаза, — может, убираться в остальных, не придётся. Ты тоже представляй свою…
— Угу, позже, а пока надо выйти за это необъяснимое чудо и отдать Глэну его тележку.
— Точно! — вспомнила дочь, зачем мы вообще пошли к воротам, беглым взглядом окинув дверь, взялась за ручку, потянула на себя, пробурчала, — тяжёлая.
Первая мысль в моей голове, стоило нам только выйти за дверь и увидеть изумлённые лица местных обитателей, была: «Да что б… это всё! И так любопытных хватало, ещё больше паломников к поместью пришвартовалось». Но тут без вариантов, сделав вид, что на противоположной стороне улицы никого нет, лихорадочно перебирая в уме, о чём я ещё думала в этом поместье, выкатила тележку за ворота.
— Оу… Глэн — это кто так тебя? — вернул меня на землю обеспокоенный голос дочери, быстро оглядевшись, заметила у стены мальчишку с кровавым синяком под глазом. Недалеко от него стояла ватага таких же пацанов, с ободранными коленками на штанах, чумазые и всклокоченные.
— Глэн? Это они? — спросила, суровым взглядом посмотрев на мальчишек, отчего те в тут же врассыпную разбежались по улице, удивительным образом сливаясь со стенами домов, кадками с цветами и заборами так искусно, что их вскоре не стало видно.
— Нет, другие, пришлось поддать… ну и мне Гор зарядилв глаз. Мамка ругалась, сказала не пустит к вам, — буркнул серьёзный доставщик, вскинув головёнку, заявил, — а чего они говорят, что я у вас не служу!
— Хм… ну дракой делу не поможешь, — нравоучительным тоном протянула, с трудом удержавшись, чтобы не пригладить вихрастую макушку на голове ребёнка, едва слышно спросила, — а ты хочешь служить?
— Ну так! — Хмыкнул Глэн, гордо заявив, — служить у страшных Коуэлов… все мальчишки мне завидуют.
— Ясно, — произнесла, покосившись на изумлённую дочь, которая неплохо справлялась с прорывающимся смехом, и лишь по кривящейся и дёргающейся губе можно было определить, что девчонка вот-вот рассмеётся. Я и сама еле сдерживала расползающуюся улыбку, такой забавный и важный вид был у парнишки.
— Так что, миссис, вам надо чего принести? — деловито поинтересовался Глэн, обеспокоенно на меня взглянув, уж слишком затянулось моё молчание.
— Надо, — успокоила маленького доставщика, принялась перечислять список необходимых продуктов и, как выяснилось, ещё и нужных в хозяйстве вещей. Спустя минут десять, когда с не слишком большим, но очень важным перечнем было покончено, спросила, — всё запомнил?