Дневник (СИ)

Спросила Нариуса. Он внимательно на меня посмотрел и сказал:
— Если ты уверена, что это сон, значит, так и есть.
— Но ты говорил, что архимагам не снятся сны.
— Так и есть. А вот остальным людям сны снятся. И если это был не твой сон, значит…
И он так выразительно на меня посмотрел, что мозаика сложилась. Я поняла. Я каким-то образом попадала в сон Д.
Поблагодарила Нариуса и ушла в свою комнату. Села у окна, прижала руки к сердцу и бездумно уставилась в окно. Моё сердце взволнованно билось. А я… Мне стало очень страшно. Ведь я же видела, что он рад мне. Значило ли это что-то для него? Поняла, что не могу не надеяться на то, что он тоже ко мне что-то испытывает. И меня на части разрывала смесь страха и надежды. Конечно, глупое сердце побеждало.
Словно всё, что было до этого, меня ничему не научило.
Всего один человек может сделать меня как самой счастливой на свете, так и самой несчастной. Так мало и так много.
________________________
На каникулах нас отправили порталами по домам. Обратно придется возвращаться своим ходом. Мама с Варюшей ждали в холле ратуши и сразу бросились меня обнимать, тормошить и засыпать вопросами. Я даже не пыталась ответить. Казалось, мой рот треснет от улыбки.
Варюша выглядела всё такой же миниатюрной и всё так же казалась хрупкой. Её волосы теперь были заплетены в тугую косу. Оказалось, что этого требовали на учебе, и она настолько привыкла, что и дома теперь ходит так же. Расплетает волосы, только когда Нат очень попросит. Учиться тяжело, но у Варюши преимущество перед остальными в их группе — никто не ждет подвоха от миленькой голубоглазой блондинки.
Мама остригла свои роскошные рыжие волосы до плеч. А ещё в её глазах иногда проскальзывает грусть. Но в остальном всё такая же.
Мне они сообща высказали, что я тощая, и от меня остались только глаза. Видимо, поэтому мама постоянно пыталась меня подкормить моими любимыми лакомствами.
Каникулы пролетели незаметно. Ночью я по-прежнему училась. А вот дни проводила отдыхая. Встречалась с друзьями, и мы играли в снежки, ходили на ярмарку и на каток. Но больше всего времени я провела с мамой. Никак не могли с ней наговориться.
Мама подарила мне такую же синюю, как и мои глаза, пижаму из эльфийского шелка. Очень красивую.
В дороге до Академии я читала, лопала пирожки и чувствовала себя отлично. К счастью, никто из моих знакомых с нами не ехал, и меня никто не отвлекал.
________________________
Это случилось внезапно — накатила сильная волна тревоги. Я отбросила учебник, который читала, села в позу для медитации, закрыла глаза и открылась миру. Вставая, печально улыбалась — то, что мне нужно будет сделать, всё изменит. Не хочется всё так резко менять. Страшно брать на себя ответственность. Страшно, что не справлюсь. Страшно, что не готова. Но и поступить иначе не могу.
Проходила мимо суетящихся, спорящих, спешащих магов. Академию медленно окутывал полумрак, а вот я начинала светиться. Моё платье становилось длинным, белым, расшитым золотистыми нитями. Коса расплелась, волосы заструились водопадом по спине. Обувь исчезла, но походка была такой легкой, словно я парила над землей. Возможно, так оно и было — я продолжала стягивать в себя энергию.
В центре главного зала была начертана пентаграмма портала, но пока не активирована. Здесь творился такой же хаос, как и в остальной Академии. Ректор пытался внести видимость порядка, но у него это не особенно получалось.
Сделала несколько шагов в зал, все взгляды обратились на меня и кольцо архимага у меня на пальце. Начала отдавать распоряжения, словно имею на это право:
— У портала остаются только маги-защитники, следом за ними строятся атакующие, лекари идут после них. Так же в зале остаются маги с большим резервом, которые могут подпитывать защитников. Остальные, а также привидения идут успокаивать учеников. Домовые! Перенести сюда доспехи и сумки лекарей! У тех, кто уходит, есть пять минут на сборы и я открываю портал.
Кивнула и всё вокруг пришло в движение. На этот раз вполне организованное. В воздухе разлилось облегчение, толика любопытства и разгорающаяся надежда. Спустя пять минут полностью собранные маги ждали у портала.
 
Атакующих оказалось десять. Защитников всего пятеро. А вот лекарей обнаружилось семнадцать. Тех, кто мог поделиться энергией, набралось тридцать четыре.
Я открыла портал, первая шагнула в него и начала ждать остальных. Проходящих атакующих разбивала на пары, добавляла им защитника, двух подпитывающих магов и отправляла на стены. Лекарей попросила пока подождать — их помощь будет нужна позднее.
Возле храма Великой Матери меня уже ждали жрицы. Я села в позу для медитации в центре главного зала. Жрицы окружили меня, укрывая от лишних взглядов, готовясь в любой момент выполнить любое моё распоряжение и подпитать энергией.
Я распахнула своё сознание — увидела город, стены, дозорные башни, затем дальше, дальше, дальше. Пока не нашла причину беспокойства — на город надвигалась огромная лавина нежити. Маленькие, огромные, клыкастые, крылатые, рогатые, шипастые, с шерстью и чешуей — такие разные, но одинаково омерзительные, мертвые и голодные. Иногда они не нападали по нескольку лет. Иногда нападали по нескольку раз в год. Всегда укрываясь снегопадом или метелью и никогда в солнечный день. Город манил их огоньками сотен жизней, магией, привлекающими заклинаниями, и они не могли пройти мимо, не поглотив всё.
Обычно защитники справлялись сами. Но не в этот раз — такого количества нежити не было уже много десятилетий. Их было так много, что почти невозможно было разглядеть снег.
Меня бы стошнило от отвращения, если бы я была в полной мере собой. Но сейчас я была чем-то большим, кем-то более сильным, более умным. Той, кем мне только предстоит стать однажды.
Не выходя из транса, рассказала жрицам о том, что увидела. О том, как быстро нежить окажется здесь. О том, что нужно предупредить остальных.
Потянулась к городу, почувствовала изгибы её улиц, каменную кладку стен и домов, деревья, цветы, ветер, силу, которая в ней накопилась. Соприкоснулась с ней разумом.
Договорились, что на ней защита стен и купол, а на мне — люди. Она знает каждый камешек, все бреши и трещинки. А вот за людьми ей без моей помощи не уследить.
Я почувствовала каждого защитника на стене. Слилась с каждым краешком сознания, одновременно удерживая всю картину нападения, подсказывая, направляя, придавая сил, уверенности в победе, спокойствия. Я хранила воинов, жрицы хранили меня.
Бой слился в мешанину образов. Отдельные удары, раны, крики, стоны раненых, приказы. Когда начало казаться, что силы на исходе, поток нежити наконец-то стал иссякать.
Последнее усилие — и вот уже маги на стенах, лучники и их помощники падают без сил. А вот воины спускаются со стен и идут добивать тех из нежити, кто ещё шевелится. Слежу за ними, защищаю, помогаю.
В какой-то момент понимаю — всё. Всё закончилось. Момент растерянности — и обрушиваюсь обратно в своё тело. В себя. Теряю сознание.
Прихожу в сознание. Несколько секунд растерянности, и вдруг вспоминаю всё. Облегчение, что смогла. Легкий ужас от того, что теперь всё будет иначе. Удовлетворение от хорошо проделанной работы. Жгучее желание, чтобы всё это оказалось просто сном и всё стало так, как раньше.
Даю себе всего минуту, чтобы привести растрепанные чувства в порядок. Открываю глаза, сажусь на кровати и мягко улыбаюсь Старшей Матери. Она выглядит измотанной, но в её глазах читается огромное облегчение.
Пока я приходила в себя и поглощала огромное количество еды, в храм принесли раненых. С легкими ранами справились целители, а вот сложных пациентов погрузили в стазис и перенесли в храм.
Закрываю глаза, привожу свою одежду и волосы в порядок, проверяю своё состояние — на удивление вполне хорошее. Даже странно, учитывая, что я была совсем не готова к произошедшему. Но я знаю, кого благодарить — и благодарю. Чувствую улыбку и легкое касание к волосам. Я готова.