Творец Уничтожения / Темный Свет (СИ)
Наибольшее усиление получил Токоями, его контроль над темной материей и её количество заметно увеличились. Теперь он может использовать усиленную версию темной тени, кою он продемонстрировал во время нападения на лагерь. Как признался Фумикаге, даже после пробуждения ему с трудом удается контролировать эту форму.
Также он смог придумать прием, чтобы компенсировать свой недостаток в ближнем бою. Токоями окутал себя темной тенью, получив прирост к силе, скорости и защите из темной материи. Назвал он этот прием — Черный Анкх.
Больше всех усердствовала Мина, она уж очень хотела стать во много раз круче. И вот у неё были разительные изменения. Её кожа посветлела, приобретя ярко-розовый оттенок, зрачки покраснели, отрасли и побелели волосы, а также заострились уши, а также у Мины вырос хвост. Правда из минусов, у неё отпали рога, чему она очень расстроилась.
Тело Мины тоже подросло и округлилось, отчего старый костюм стал ей маловат, потому я сделал дал ей новый костюм из черного топа, рукавов и белых мешковатых брюк с ботинками.
— Мои рожки. — расстроенно проговорила Мина, держа в руках свои рожки.
— По-моему, хвост тебе идет больше, чем рога, моя суккуба. — погладил я хвост Мины, что в чувствительности не уступал рожкам.
— Умм. — блаженно прикрыла глазки Мина…и тут же подпрыгнула от шлепка по попе. — Ой!
Те, кто пробудился раньше уже худо бедно освоились, и придумывали новые приемы…а Киришима с Бакугоу, Сёко и Ицукой активно дубасили друг друга.
— Выкуси это! Кирпичная морда! — атаковала Кацуки колоссальной мощности, взрывом Киришиму, что был в форме каменного голема.
— В бой! — увеличилась на пять метров Ицука и тараном влетела в Эйджиро, которому было абсолютно пофиг и на взрывы и огромную тушу, отлетевшую обратно от него. — Черт! — упала она на землю, и кое-как привстав на колени, уменьшилась до обычного размера.
— Посмотрим, как тебе понравиться огонь. — бросила Сёко в Киришиму гигантским огненным шаром, прямо в лицо, отчего отшатнулся, а затем добавила льдом, заковав его в ледяные оковы. — Большие габариты бесполезны, если нельзя сдвинуться с места. — потушила она пламя в руке.
— Для Красного Бунтаря нет ничего невозможного! — высвободил он руки из-за льда, и ударил ими по земле, расколов оставшиеся оковы, и сбил всех нападавших с ног. — Я победил!
— Я ещё не проиграла. — грозно насупилась Кацуки, мигом поднявшись на ноги.
— Не празднуй раньше времени, Киришима. — усилил я правую руку, что покрылась разрядами, и ударил Эйджиро в каменный живот. Голем на скорости улетел в сторону, и пробил собой здание…и соседнее тоже. — Победитель тут только я.
— По-моему ты переборщил. — через дыру, на своих двоих вернулся Киришима в обычном виде.
— Выпендрежник. — фыркнула Кацуки.
— Не-не, только батька может мериться понтами. — восстановил я стены, движением руки.
После занятий, я хотел дать отдохнуть девочкам, и потому повел их в кафешку, угостить сладостями и мороженным. Ещё я позвал Кьёку, но она не глупая и поняла, что у нас будет после…и она отказалась, хотя вот в мыслях думала о много чем неприличном…
Когда мы подходили к кафе, я заметил, что кто-то целенаправленно следит за нами, и буквально секунду назад, этот кто-то спрятался за углом соседнего магазина.
Я зашел с девочками в кафешку и сел с ними за один столик, а за недоброжелателем отправил клона.
— Так-так-так, кто это у нас тут? — спросил я у женщины, из-за её спины.
Это была высокая черноволосая зрелая женщина с зелеными глазами, одетая в рубашку без рукав, юбку и очки.
От неожиданности, она резко повернулась ко мне, но увидев, кто говорил, немного расслабилась. А вот моё лицо переменилось в крайне хмурое.
— Акира…ты так вырос. — протянула женщина ладонь к моей щеке, но ударил по её руке своей, заставив её отшатнуться.
— Не смей звать меня по имени. Не ты дала мне его, имя я получил от дедушки. — разозлился я, ведь её появление меня отнюдь не обрадовало. — Что ты здесь забыла и зачем преследуешь меня?
— Я скучала. — чувственно произнесла она. — Послушай, я правда сожалею о содеянном и хочу заслужить твоё прощение. — с сожалением говорила она, но в каждом слове врала, причем очень неправдоподобно.
— Можешь не переживать, я на тебя не злюсь. — улыбнулся я. Но моя улыбка, резко стала кривой. — Ведь мне абсолютно плевать на тебя. Возвращайся к своему хахалю, и лучше не попадайся на глаза дедушке, не хочу видеть его расстроенным.
— Но я…
— И даже не вздумай следить за мной или моими девушками, иначе я телепортирую тебя в тихий океан. — пригрозил я ей напоследок, и развеялся на мельчайшие частицы. Я никак не ожидал встретить её в Японии, тем более что она будет следить за мной.
— И кто это был? — ни с того, не с сего спросила Кацуки, съев ложку мороженого.
— О чем ты? — сделал я вид, будто не понял её.
— Кацуки имеет в виду женщину, что следовала за нами, ква. — сказала Тсу, будучи очень внимательной лягушкой.
— О чем ты Тсу? Какая ещё женщина? — спросила Урарака.
— Я тоже её заметила. — добавила Сёко. — Акира, кто это был?
— Никто, вам показалось.
— Нет, не показалось. Я тоже её видела. — проговорила Ицука.
— Так кто же это? — задала вопрос Момо.
— Да блин, все видели, а я и Очако прошляпили. — пробурчала Мина и закинула в рот конфету, запив чайком.
— Хватит ломаться. Говори давай. — требовательно стукнула рукой по столу Кацуки.
— Окружили меня со всех сторон…ладно, это Мидори Мизуиро…моя мать. — всё-таки сдался я и рассказал, отчего у всех резко вскочили брови.
— Твоя мать? — переспросила Очако.
— Да. — только и сказал я, вздохнув.
— Но она же тебя… — начала говорить Кацуки, ведь она знает мою историю, так как подслушивала мой с Сёко разговор на фестивале, но я закончил говорить за неё.
— …бросила. Она бросила меня, когда я родился, а вырастил меня мой дедушка. Про своего отца я вообще ничего не знаю…да и буду откровенен, меня не интересует кто он.
— А зачем она тебя преследовала? — недоумевала Ицука.
— Черт его знает, вроде хотела извиниться, но я ей не поверил и прогнал.
— … Акира, ты должен поговорить с матерью. — вдруг заявила Сёко.
— Нет, не должен. — сказал я. — Если она не хотела заводить детей, научилась бы предохраняться, а не бросать своего ребёнка, спустя пару дней с моего рождения.
— Мои отношения с семьёй тоже далеки от идеала, но ты помог мне помириться с матерью, и теперь я верну должок, помирив тебя с твоей мамой.
— Даже и не надейся. — отвернулся я, но Сёко взяла моё лицо в свои ручки.