Не отпускай (СИ)

— О, разве что ты планируешь испортить вечер. Для него это больная тема. Ладно, я пойду к нему. Наверняка, снова беспорядок в магазине.
Но до продуктовой лавки я так и не дошла. Просидев на пляже, глядя на море и теребя медальон, я снова и снова перебирала в голове приснившийся мне сон до мельчайших подробностей. И только продрогнув в остывающих лучах заката, я поняла, что потеряла счёт времени.
Даниэль наблюдал за мной с пирса. Я то думала, что мне придётся объяснять своё состояние, но слова Даниэля опередили мои попытки оправдаться:
— Это нормально. Твои пробужденные способности, которые так внезапно заблокировали, в недоумении. Сила будет пытаться искать выход, пока не распределится и не замрёт. Голова не кружится? — проговорил он, как только я подошла ближе.
— Нет. Только клонит в сон. А ещё я голодна.
— Я это предусмотрел, — улыбка чертовски шла этому парню, особенно, когда он смотрел на меня такими влюблёнными глазами. — Заказал твою любимую пиццу. Ночью ожидается шторм, придётся отвести яхту в грот. Помнишь, что там случилось в прошлый раз?
— Ещё бы! В тот раз ты свёл меня с ума, — кокетливо дёрнула я плечом, и в обнимку мы направились в сторону нашего любовного, качающегося на воде гнёздышка.
  
Глава 16
 
Шторм начался ближе к полуночи. Мы надёжно укрылись в гроте, и рёв волн доносился лишь издали, пока уровень воды не закупорил нас здесь, словно маленький кораблик в бутылке на полке в сувенирной лавке. Дремая на плече Даниэля, я надеялась, что усну сном младенца без всяких странных сновидений. … Но он повторился. С новыми подробностями. Вплоть до комбинации кодовых замков. Чёткая и настойчивая инструкция к действию.
Глубокой ночью я проснулась разбуженная зовом, поддавшись тому, что рвалось изнутри. Но эта некая сила не являлась враждебной, заползшей извне — это была именно я, моя полная раскрывшаяся версия. Я сама побуждала себя действовать, потому что считала, что так будет правильно.
Если совет и заблокировал мои способности стража, то во мне открылись резервные, либо что-то сломало пустяшную блокировку. Я и сама точно не знала как такое возможно, и откуда я вдруг знаю слова, способные создать пространственный коридор. Но та, другая часть меня была в этом уверенна.
Несколько секунд и я уже стою перед дверью в каземат, где держат Тирэя. Поразительно, насколько тайные знания, магические силы синхронизировались с современными технологиями! Камеры на стенах меня не смущают, каким-то образом я знаю, что изображения будут искажены. И я знаю код замка. Поэтому легко вхожу внутрь, преодолев сначала одну дверь, затем вторую, пока не оказалась перед решёткой.
Тирэй не спал. Тяжело дыша и напряженно стоя посередине камеры, он словно ждал меня несколько часов к ряду.
— Ты тоже это чувствуешь? — тихо выдавил он.
— Вид у тебя больно встревоженный. Я пока не ясно осознаю что это, откуда и к чему приведёт. Всё что я пока знаю — это как вытащить тебя оттуда. Давай, у нас мало времени. Возьмись за прутья!
— Это тебе не просто железяки, между ними поле. Я и десяти секунда не выдержу.
— Столько и не понадобиться! — резко скомандовала я, будто и не я даже.
И как только Тирэй взялся за прутья, скривившись от боли, я со своей стороны обхватила его руки и сила, которая вдруг овладела нами, абсолютная, без видимых пределов мощности, позволила с лёгкостью раздвинуть решётку, разрушив энергетическое поле, созданное лучшими умами ордена. Но следующий импульс, который мы ощутили вместе с Тирэем — заставил нас мгновенно разнять руки. Тирэй даже отошел от меня на два шага в сторону на всякий случай.
— То есть, сила чёрного полнолуния это никакие не басни, мы с тобой впитали её, но она действует только если мы соединяемся, — пробормотал он. — Это плохо. Я не просил эту обузу. Если стражи узнают — нас уничтожат.
— Не ной. … Кажется, мы можем этим сознательно управлять. Это нечто только что подталкивало нас вызволить и Артура, но не мы подчиняемся силе, а она нам.
 
— Я смотрю, ты слишком быстро вошла в курс дела, — к Тирэю вернулось его привычное мрачно-скептическое настроение. — Ну, вытащила ты меня. Что дальше? Стражи быстро всё просекут, им стоит убить одного из нас и опасность дара Чёрной луны рассеется. И мальчиком для битья стану я.
— Поначалу они будут сомневаться в данной аномалии. А пока ты приструнишь ковины. Все ведьмаки от мало до велика теперь знают, что поток обрушился на тебя, тебя станут бояться и уважать. Нужно доказать стражам, что их допотопные методы не конструктивны. Обе сторону могут и должны заключить стойкое перемирие с чётким соблюдением границ и этих ваших правил. И ты это обеспечишь.
— Ещё будут какие-то указания? — ехидно усмехнулся Тирэй.
— Ты ведь знаешь, что я права, просто не можешь стерпеть, что девушка указывает тебе, что делать. У всякого случая есть причины Тирэй и мы будем идиотами, если не используем это во благо обеих сторон. …Я не могу пока дать этому внятного объяснения, это выше моего понимания, чертовщина это или дар, но … оно даёт мне уверенность, что теперь нас так просто не уничтожить. Половина этого «нечто» досталась мне, половина тебе. И слава богу, что оно пробудилось в нас.
— Хочешь сказать, в тех, кто дружит с головой? — Тирэй рассмеялся. — Очень спорно. Ты ведь чокнутая.
— Вали уже! — усмехнувшись, я повернулась к двери. Время поджимало. Правила были даже в этой игре с непознанными, правда, я пока что действовала наобум. Снаружи мы одновременно открыли коридоры и исчезли, каждый в своём направлении. Через несколько секунд я уже снова стояла на палубе.
— Чего не спишь? — но от раздавшегося у себя за спиной голоса я вздрогнула.
— Не знаю, может из-за шторма, а может, стала не переносить закрытое пространство, — обняв его, я спрятала лицо у него на груди.
— Здесь мы в безопасности, — тяжело вздохнул Даниэль. — Для справки — мы с тобой связаны узами освященного брака и бонусом я прекрасно чувствую, когда ты врешь. Что происходит, Лу? Где ты была? И когда ты собиралась рассказать мне про медальон?
— О, господи, Даниэль! — со стоном, я сползла к его ногам. Объяснить ему — казалось самой сложной задачей на свете. — Медальон мне подарила Агата, он ценен для меня и это не обсуждается. … На счёт того, что происходит я не могу тебе сказать, потому что сама ещё толком не разобралась. … Я отлучалась … выпустить Тирэя. И если ты меня любишь, тебе нужно просто довериться мне…
— Отлично придумано! — фыркнул Даниэль, возмущенно зарычав, схватившись за голову. — Давай, начни шантажировать меня моими чувствами! В тебе засела какая-то дрянь и она может тебя уничтожить, превратить в такое же чудовище, как Артур Корвин, а ты хочешь, чтобы я успокоился и просто доверился тебе?!!
— Да. Мы уладим ситуацию…
— О, как! Мы! Это ты и брат того придурка? — с ревностью прошипел Даниэль.
— Ты сказал, что при любых условиях выберешь меня, потому что любишь, — прошептала я. И это удивительным образом подействовало.
— Я беспокоюсь. Потому что очень тебя люблю, — проговорил Даниэль, после того, как десять раз отмерял шагами палубу. — Мне стало по-настоящему страшно. Я никогда так не боялся, Лу. … Я не могу тебя потерять.
И сколько б ни было в тебе сил, какими бы сверхъестественными они ни были — я расплакалась. От счастья. Потому что осознала, что тоже его люблю, я очень обязана ему своим «воскрешением», с ним я по-настоящему почувствовала себя собой, нужной, единственным выбором. Он был моим человеком, моим мужчиной, моим будущим. Я знала это, чувствовала, я хотела прожить свои годы именно с ним. Оглядываясь уже на мою первую, потрясшую мою судьбу, любовь.
 
Больше мы не сказали друг другу ни слова. Каждый из нас погрузился в некое ожидание. Ожидания конца невидимого шторма, происходящего на более тонком уровне. В обед мы спокойно вернулись на пристань, где нас уже поджидали представители совета.
— Самые матёрые охотники, — проходя мимо меня шепнул мне Даниэль. — Рады приветствовать вас господа! Чем обязаны? — с иронией бросил он им, давая мне понять, что несмотря ни на что он принял мою сторону.