Не отпускай (СИ)
… За пять лет многое изменилось, я изменилась. Однажды … на меня рухнуло осознание полной меры того, что я натворила. Вдруг проснулся материнский инстинкт, мне захотелось тебя увидеть. Будучи уже замужем за очень влиятельным человеком, я отправилась в наше родовое поместье к Дагу, но он указал мне на дверь. Закон был на его стороне, плюс весомая поддержка главы ордена стражей. Никакие связи и деньги не смогли мне вернуть мою дочь. Мне оставалось лишь одно — наблюдать со стороны как она растёт. Раскаявшись, я невероятно сожалела, Шарлотта! Только по-настоящему потеряв, человек осознаёт цену потери, расплачиваясь за это болью, которую невозможно определить, потому что душа не видима и не осязаема. Я меняла мужей, платья, авто, я путешествовала, но это не приносило желаемого облегчения. … Страшно сказать, но только со смертью моего старшего брата, у меня затеплилась надежда, рассказать уже своей взрослой дочери всю правду. … Мне никогда не искупить перед тобой свою вину, девочка моя, но я люблю тебя всем своим сердцем, — она снова вскинула на меня взгляд, в мягких карих глазах дрожали слёзы.
— Жизнь покажет. … Мне трудно пока что всё это осознать, — никаких объятий и воссоединения матери и дочери. Я правда была ещё не готова переварить факта, что я несостоявшаяся жертва аборта, от которой потом всё равно избавились.
— Дай мне шанс, Шарлотта, прошу тебя! — Агата вдруг упала передо мной на колени. Я отступила на шаг назад.
— У тебя есть такой шанс. Но ты ни в коем случае не должна настраивать меня против Даниэля. Это моё условие! … Нас ждёт нелёгкое время, и я рассчитываю на твою поддержку.
— Хорошо, — казалось, сейчас Агата была готова согласиться с чем угодно.
— А теперь я хочу во всём разобраться основательно. И с этим крестовым походом против ведьм, и как мне можно вмешаться и помешать убийству.
— Всё ещё рвёшь сердца из-за Баса?
— Господи! Я что одна из этой кучки монстров хочу поступить по-человечески?!
— Тебе не собрать информации, стражи единодушны во мнении, что тебя нужно оградить от происходящего, — едва уловимое замешательство на её лице не прошло мимо меня не заметно, значит, шанс просто зарыт. — Но … есть один человек …, - взгляд Агаты потемнел. — Сама не понимаю, зачем я тебе это говорю…
- И всё-таки?
— …Форхад. Его дом на отшибе, в горах. Когда-то он был славным стражем, но однажды пойдя против ордена получил наказание. Покинув стены каземата, учитывая прошлые заслуги, Форхад всё же заслужил право жить на территории Донбара.
— Как мне его найти?
Аманда замялась, отведя взгляд, сцепив пальцы в замок, посмотрела в окно:
— Думаю, … он сам тебя найдёт. … Но будь осторожна. Эта встреча безвозвратно изменит твою жизнь, Шарлотта. … И никто не сможет тебе помочь, ты останешься одна. Если ты правда этого хочешь, а я вижу, что это так, приготовься к тому, что тебе снова придётся жертвовать. Подумай, прежде чем призвать Форхада.
— Так мне стоит о нём лишь подумать? — не задумываясь, выпалила я.
В глазах Аманды проступила материнская теплота, перемежающаяся с тревогой. Она ничего не ответила, но это и был ответ.
Не произнося более ни слова, развернувшись, я оказалась на улице. Мне не хватало пространства, что-то рвало меня изнутри, и я больше не препятствовала своей сути. Я отдалась ей.
Я почувствовала потребность идти куда глаза глядят, не отдавая себе отчёта.
Через время, оказавшись на вершине одного из самых высоких холмов, окружавших Донбар, я увидела перед собой раскинувшийся подо мной посёлок стражей. Огни улиц, таких обычных на вид. Вдалеке бескрайние просторы моря, сливающиеся с тёмным ночным горизонтом. Жизнь в её обычной красе. Тишина и звёзды на необъятном небе. Иллюзия простоты и совершенства. И ветер, обдающий тебя свободой. Ещё чуть-чуть и захотелось взлететь…
— Так много судеб там внизу. И вокруг. На тысячи-тысячи миль биения сердец. Земля пульсирует, чувствует и парит. Ты знаешь, что она живая? — внезапно раздавшийся рядом голос, вовсе не напугал меня, будто я только и ожидала этой встречи.
— А ещё я хочу узнать, как мне вмешаться и повлиять на ход разборок между стражами и ведьмаками, — спокойно произнесла я, медленно поворачиваясь в сторону появившегося человека. На вид он был коренаст и не так уж и стар. Простая одежда, дурацкая полосатая шапка, палка в руке, видимо он выстрогал её сам, чтобы использовать при ходьбе. Но когда я присмотрелась к выражению его глаз…
— Да, я слеп, — тут же проговорил он и улыбнулся. — Но я прекрасно слышу твои мысли, Чарли. Пробудившиеся стражи живут во власти иных сил, не обязательно меть глаза, чтобы видеть. Меня зовут Форхад. И мой ответ не облегчит твоей участи, девочка.
— Не привыкать, — а в мыслях вопрос «как же он шатается по горам, будучи слепым?»
— Тебе придётся встрять между ними клином. Но это полбеды. Самое главное — чтобы остановить помешательство глупых умников, этих извечных врагов, только и ищущих повод померяться силами, будто это их единственное предназначение — тебе предстоит пробудиться. Только так. Адамантий вытащит наружу тебя настоящую. Сильную, не похожую ни на кого. Ты особенная, Шарлотта. Ты растревожившая пророчество и вернувшая в мир призрак владыки теней, полюбившая его потомка, и его самого. Ты не представляешь, какими способностями обладаешь!
— Я не любила Артура, ты ошибаешься! — это меня почему-то возмутило больше всего. Даже не перспектива стать стражем.
На что Форхад лишь криво усмехнулся.
— Себя ты конечно можешь так дурить, но твоё сердце не было к нему равнодушным, ты прониклась и он привязался к тебе. Поэтому Артур в такой ярости. Поэтому допустил ошибку, наделив тебя силами запредельными и для человека и для стража. Поэтому тебе его и останавливать. Жизни этих бездарей из ордена стражей придется спасать тебе и мне. Да и среди ведьмовских ковинов есть неплохие черти, — Форхад крякнул от смеха. — Ты и сама это знаешь. А я за эти мысли уже своё отсидел. Так что скажешь?
— Берусь, — со вздохом я ещё раз взглянула вниз на посёлок. — Главное не опоздать.
— Успеем. Появимся эффектно. Топай за мной! — и этот поразительный незрячий чудик шустро зашагал вниз, даже не натыкаясь, в отличие от меня, на камни.
Это был не дом, а скорее хибара, аскетизм чистой воды. Сбитая из досок кровать, такой же грубый стол и один стул, видно гостей тут отродясь не бывало, никакого электричества, а еду он, судя по всему, готовил себе на костре, если он вообще ел. Вдруг пробужденный страж его уровня питается святым духом?
— Мне многого и не нужно, я здесь не часто бываю, но люди всё равно перестали ценить простые вещи, поэтому мир и катится в тартарары. Никакие айфоны, интернет и мегабайты не спасут их убогие души, — вероятно, он действительно видел мои мысли. — Залезай.
— Куда?
— На кровать.
— Спасибо, я и тут неплохо постою, — на какой-то миг в мыслях мелькнуло, что если у этого шизика не все дома, я могу огреть его стулом.
— В том углу мне будет легче тебя удержать. И поверь моему опыту, лучше тебе будет принять адамантий лёжа. Я слишком стар и не в настроении, чтобы соблазняться такими оголтелыми штучками как ты, — фыркнул Форхад.
Безбашенность, само собой разумеется, была присуща моей натуре, после всего случившегося я уже и не знала, что может меня напугать достаточно сильно. Не разуваясь, я легла на спину, следя взглядом за этим отверженным, мягко говоря, странным стражем.
Покопавшись в массивном ящике, занимавшем почётное место на его столе, Форхад извлёк из него кусок угловатого камня, отливающего то ультрамариновым, то чёрным цветом. С трепетом сжав этот камень двумя руками, он самозабвенно принялся что-то шептать над ним. А затем, приблизившись ко мне быстрыми шагами, произнёс строго и решительно:
— Сними кольцо и отдай его мне. Даниэль может почувствовать, а нам это ни к чему, — не сопротивляясь, я сделала, как он велел. — А теперь вытяни руки вдоль тела и расслабься. Не пугайся и не сопротивляйся этому. Просто прими себя! — с этими словами он положил мне камень на грудь, отойдя в сторону.