Соломина для утопающего (СИ)
Алина держала голову руками, словно без поддержки та могла упасть. Множество вопросов крутилось на языке, но она словно онемела, только слушала, что говорят мужчины.
— Кто вы и что вам нужно? — плечи Федора опустились, он смотрел в пол.
— Мы представляем интересы Алины Березиной, юридическая фирма «ПроТОК».
Федор с удивлением поднял глаза на Алину:
— Ты знаешь этих людей? — спросил он.
Она лишь коротко кивнула.
— Стерва, — словно выплюнул Федор. — Сколько намутила за моей спиной. Еще и прослушку нацепила!
— Я не… — только вымолвила Алина.
Она почувствовала, что вновь подступают слезы обиды, по спине пробежал противный холодок, но старалась держаться изо всех сил. Один плюс — ей не нужно было ничего говорить, за нее говорил Фрол.
— Извините, Федор Александрович, но вы, выражаясь вашими словами, намутили значительно больше, — спокойно заметил он. — На данный момент есть все основания отправиться в менее комфортные условия надолго: нанесение телесных повреждений средней тяжести, похищение, свою жену вы удерживали против воли, наносили побои, наличие которых зафиксировано в медицинском учреждении, продолжать или выслушаете наше предложение?
— И сколько вы хотите? — сразу спросил Федор, чувствуя, что его приперли к стенке.
— Нет, это работает не так. Ваша жена хочет освободиться от вашей навязчивой опеки. Мы подготовили предварительный договор о расторжении брака, там будет указана сумма обязательных алиментов. Это справедливо и по закону, не так ли? Насколько мы поняли, что Алина Сергеевна на многом не настаивает, но им с сыном нужно где-то жить. Если вы отпишете ей одну из нескольких ваших квартир, это тоже вас не разорит.
— Нескольких? — Алина с удивлением посмотрела на Фрола.
— Вы даете свободу женщине, которая имеет на это право, и обретаете свободу сами, хотя на это прав не имеете. Это равноценно, даже более чем, не правда ли? Честно говоря, если бы в этих вопросах принимал решение я, то было бы совсем иначе. Видите ли, я считаю, что за любым преступлением должно следовать наказание. Но Олег настаивает, что не будет требовать сатисфакции, чтобы минимально травмировать Алину, не мотать ее по дознавателям и судам, чтобы не лишать вас бизнеса, без него вам сложно будет выплачивать достойные алименты. Мы не собираемся вас разорять, лучше все вопросы решить полюбовно.
— Ой, какие мы благородные! Да вы, ребята, профессиональные продуманы!
Федор посмотрел на Алину так, словно хотел ее ударить, Фрол даже подошел к ней поближе.
— Мне надо посоветоваться со своим адвокатом, — сказал Федор, продолжая смотреть на Алину.
Он словно впервые разглядел в ней что-то, что раньше не замечал. Она поежилась, но выдержала этот ненавидящий взгляд теперь уже почти бывшего супруга.
— У вас вся ночь впереди. Жду вас завтра по этому адресу, в десять утра, — Фрол протянул визитку. — Отдайте, пожалуйста, документы Березиной, они вам не принадлежат.
Федор встал и пошел к сейфу, значит, в ресторан он их не брал и вовсе не собирался никуда отпускать Алину. Федор передал маленькую синюю папочку на кнопочке, там лежали ее паспорт, водительские права, дипломы.
— На данный момент это все, — сказал Фрол. — Жду вас завтра.
Алина испуганно посмотрела на мужчин: вдруг они сейчас уйдут?
— Вы с нами или здесь? — спросил у нее Фрол.
— С вами, конечно. Можно к Олегу?
Ей даже показалось, что она слышит, как скрипят зубы Федора.
— Поздно, конечно, но я абсолютно уверен, что он сейчас не спит, — улыбнулся Карташов-старший.
— Я быстро, мне только переодеться.
— Алина, я настоятельно просил бы вас пойти к нему прямо так, пусть он увидит вас такую. Вам очень идет это платье, а Олегу сейчас нужны положительные эмоции. Возьмите во что хотите переодеться с собой.
Алина бросилась собираться. И откуда только силы взялись? Она рылась по шкафам, с удовлетворением отмечая, что прощается со всем этим, вся роскошная обстановка, в которой она жила столько лет, теперь совсем чужая. А впереди что-то новое и обязательно хорошее.
— Я готова, — выбежала она из своей комнаты с небольшой дорожной сумкой.
Она глянула на Федора, он продолжал сидеть за столиком, на котором лежали обличающие его бумаги и договор. Он выглядел усталым и даже виноватым. Что-то больно кольнуло, захотелось подойти к нему.
— Прости, Федя, — сказала она.
Федор поднял на нее взгляд, но ничего не ответил.
Глава 27
Уже в машине Фрол рассказал, что произошло, и какую роль в этом сыграл ее супруг.
— Олег получил черепно-мозговую травму и находится в больнице. Сейчас он чувствует себя хорошо, рвется на свободу, но неделю нужно полежать. Если вы будете его часто навещать, он не станет так беситься. Вы же будете?
— Я вообще могу там пожить.
— Это лишнее. От этого он тоже может перенапрячься, — усмехнулся Фрол.
— Но почему он мне ни разу не позвонил?
— Я не позволил. Если бы вы все знали, то вряд ли смогли сыграть неведение, и ваш муж был бы уже в курсе дела, а нам было нужно время, чтобы собрать улики. К тому же Федор сам признался вам, что похитил Олега. На такое везение мы даже не рассчитывали. Действительно, что влюбленный, что безумный…
— Вы считаете, что Федор так любит меня?
Они ехали по ночным улицам. Огни рекламы, фонари мелькали в глазах, здания родного города казались мистическими и незнакомыми. Фрол помолчал. Он уверенно держал руль и совсем не смотрел на Алину.
— В любви я не силен, это эфемерное чувство. Буква закона мне понятней и ближе. А ваш Федор — преступник, чтобы его не сподвигло на причинение вреда другому человеку. А еще я знаю, что уязвленное мужское самолюбие может толкнуть на страшные вещи. Мы оформим документы на вашего представителя, и вам больше не придется встречаться с Федором.
Алина смотрела на ровный профиль Фрола. Конечно, он чертовски хорош и харизматичен. Но он не Олег.
— А что, у Феди правда есть несколько квартир? — спросила Алина.
— Он намного более состоятельный человек, чем вы думаете.
Они подъехали к стационару частной клиники, поднялись в ВИП-палату. Фрол раскрыл перед Алиной дверь. Она с волнением вошла внутрь. Олег лежал на современной больничной кровати поверх покрывала, умирающим не выглядел, а скорее лоботрясом, который лениво валяется на диване. Он с удивлением посмотрел на незнакомую девушку с гладкой прической в красном вечернем платье. Она нерешительно подошла, встала рядом и вдруг заплакала.
— Алина? — спросил Олег, не веря своим глазам. — Ты? Какая красивая в этом платье!
— А обычно страшненькая, да?
Она улыбнулась сквозь слезы.
— Ты чего так разревелась, все хорошо, заживает, как на собаке.
Она пыталась сдержаться, но слезы все лились сами, капали прямо на пол.
— Да после тебя тут полы мыть придется, — засмеялся Олег. — Что с тобой, влюбилась что ли?
— Люблю, — кивнула она. — Люблю-у-у-у-у…
Она бросилась к нему, обняла, спрятала лицо на груди, вытирая остатки косметики о его рубашку, и не увидела, как улыбка сошла с лица парня, а в серых глазах сверкнула ответная боль.
— Девочка моя, прости, обещал помочь, а сам свалил внезапно, бросил в сложной ситуации.
— Нет, не бросал. — Алина, наконец, заглянула ему в лицо. — Через Андрея, через Фрола ты был рядом. Только я это не сразу поняла.
Она оглянулась, но Фрола уже не было в палате.
***
Так сладко, как на больничной кровати в вечернем платье, она не спала никогда. Алина уснула почти сразу, едва легла на плечо человека, с которым ей было легко и спокойно в любом месте. Он что-то ей рассказывал, а она просто отключилась. Наверное, подействовали успокаивающие таблетки, которые ей подсунул Федор, переживания и откровения ушедшего дня, ощущение защищенности рядом с Олегом.
Ранним утром Алина вынырнула из безмятежного сна из-за яркого солнца, светящего прямо в лицо, жмурясь, размежила веки. Алина лежала на боку, сзади, нежно держа ее в объятиях, прижался Олег. Он спал, она слышала это по дыханию, но одна часть мужского организма проснулась, это Алина чувствовала отчетливо. Она развернулась к нему лицом, он открыл глаза, в которых плясали смешинки и солнечные зайчики.