Подарок для Темного (СИ)

— Я тоже не ожидал, что ты оставишь для меня ужин, — признался он и остановился, посмотрев вдаль, где горели желтые огоньки.
— Гор-р-род!!! На гор-р-ризонте!!! — радостно закаркал Карлуша, сильнее захлопав крыльями. — Пр-р-рямо по кур-р-рсу!!!
— Ну вот. Почти пришли, — выдохнула я и, обернувшись, взглянула на полоску зарождающегося рассвета. Никто из нас не горел желанием свариться по щиколотки, так что шаг следовало ускорить.
Кассергены что-то увлеченно обсуждали, стараясь говорить тихо.
— Он обещал присутствовать на отборе Агосто. Приедет — сама у него спросишь, — твердил Ирвин.
Леди Кассерген устало вздохнула, но ничего не ответила сыну. Либо было нечего, либо из-за нас. Их разговор был сугубо личным, а мы с Эгортом оказались слишком близкими посторонними ушами.
Удивительно, что после недавнего срыва эта женщина держалась молодцом. Не причитала, не отставала и даже отказывалась от воды — единственного, чем с нами поделились разбойники.
— Я надеюсь, вы не оставите этот инцидент без внимания? — поинтересовалась я у Кассергенов, когда они поравнялись с нами. — По этим бандюганам тюрьма плачет.
— Это земли Кхбит Табхан, — ответил Ирвин с сожалением. — У них иные законы. Наги всегда были попираемы другими расами. Поэтому основав свои владения в далекой пустыне, они разорвали связи с соседними территориями. Сейчас с Кхбит Табхан уже налажены некоторые торговые отношения, иначе здесь не проходила бы железная дорога. Но во многом табханцы еще отличаются от цивилизованных стран.
— Наги? — уточнила я. — Это что, полулюди-полузмеи? Я правильно поняла? У них змеиные хвосты?
Ирвин улыбнулся:
— А ты не обманывала, когда говорила, что ни разу не покидала фермы.
— У них змеиная натура, — ответила леди Кассерген. — Отравят даже взглядом. Когда будем в городе, держитесь от них подальше, юная леди.
Она прошла мимо меня с таким важным видом, словно только что прочитала лекцию о морали распутной девке. Беззвучно передразнив ее, я вызвала мимолетную улыбку у Эгорта и зашагала дальше.
В городе уже кипела жизнь, когда мы ступили на каменную плитку, которой были вымощены дорожки. Туда-сюда сновали люди, похожие на бедуинов. Мяукали кошки. Визжали дети. Кое-где между крышами натягивали палатки, скрывая город в тени, чтобы днем он не изжарился на солнце. Открывали торговые лавки. Что-то рубили, строгали, варили. И хотя на нас таращились, как на пришельцев, никто не поднимал панику. По всей вероятности, мы были не первыми, кого обворовывали и выбрасывали с поезда местные разбойники.
— «Каршеринг метел и верблюдов», — в переводе зачитал Эгорт рекламную вывеску — выцарапанные символы на глиняной табличке.
— Ты говоришь по-табхански? — удивился Ирвин.
— Говорил когда-то, — признался он и, вынув серьгу из своего уха, двинулся к продавцу. Обсудив с ним товар, сжал маленькое украшение в руке и вернулся. — За это он даст только половину верблюда. То есть вон ту шкуру. — Кивнул на соседнюю палатку.
Я красноречиво посмотрела на герцога. Он должен помнить, как я спасла им с его матушкой жизнь.
— Оно фамильное, — напрягся он, прикрывая ладонью перстень на своем пальце.
— Как хотите, — пожала я плечами. — Лично мне вообще не принципиально, за кого замуж выходить. Найду себе богатого нага и буду целыми днями кальян курить, разлеживаясь на шелковых простынях.
Гордо задрав платье, взяла курс в первый попавшийся проулок. Ни за что бы не подумала, что богачи, которые попой бриллианты жрут, зажмут одно-единственное колечко, чтобы поскорее добраться домой.
Ну и ладно. Сама справлюсь.
Уйдя с людной площади, попала в объятия стойкого ощущения, что за мной следят. Улочка, перекрытая плотным брезентом, едва пропускала солнечный свет. Здесь было прохладней, чем в остальной части городка. Прилипшее к влажной спине платье стало казаться ледяной пленкой. Я поежилась, опасливо озираясь по сторонам. Никого рядом не было, но слух отчетливо резало глухое шипение.
И вдруг на мой рот легла чья-то крепкая ладонь. Рывком меня прижало к мужской груди, и коварный, ползучий змеями голос прошептал мне на ухо:
 
— Какая сладкая у нас сегодня гостья.
Приоткрыв рот, он выпустил на волю длинный, извилистый язык с раздвоенным концом, скользнувшим снизу-вверх по моей щеке.
— М-м-м… — замычала я, задергавшись, но лишь рассмешила незнакомца.
Второй рукой обвив мою талию тугим обручем, он сдал назад, утаскивая меня вглубь улицы, но замер в тот момент, когда в проулке грозной тенью вырос Эгорт в сопровождении Аро и Карлуши.
— Отпусти ее! — потребовал он так угрожающе, что даже мне сдаться захотелось.
— Ты кто такой? — фыркнул ему незнакомец.
Эгорт выдержал секундную паузу и сделал шаг вперед, выйдя на жалкую полоску света.
Языкастый незнакомец расслабил свою хватку и ошеломленно хрипнул:
— Эгорт Лигэллоу? Это действительно ты?
Тот едва заметно кивнул, ответив:
— Здравствуй, Максуд. Давно не виделись.
Вырвавшись из лап этого Максуда, на включенном режиме здорового инстинкта самосохранения бросилась в объятия Эгорта. Схватилась за него крепче, чем за спасательный круг в открытом море. Уткнулась лицом в горячую широкую грудь и, только услышав ровное биение его сердца, выдохнула. Он нисколько не волновался. Наверное, поэтому Алкария называла его деревянным. Эгорт ладил со своими эмоциями. А еще он вкусно пах. Не потным конем, а горькой травой и силой.
Ответных объятий от него я, увы, так и не получила. Отодвинув меня от себя, вышел вперед и… пожав Максуду руку, похлопал его по плечу.
— Сколько лет прошло, брат!
Брат?! Я моргнула. Похоже, громко, раз они оба обернулись на меня. Почти одного роста и телосложения, но абсолютно разные. Максуд был смуглым брюнетом. Вокруг его ярких желто-зеленых глаз с вертикальным зрачком блестела переливами змеиная чешуя, переходящая в человеческую кожу и даже брутальную мужскую щетину. На тыльной стороне его ладоней тоже виднелась змеиная кожа. И немного я заметила на шее под платком. Одетый в брюки, заправленные в сапоги на тугой шнуровке, рубашку и жилетку, но без головного убора на волнистых волосах ниже плеч, он заметно отличался от остальных табханцев. К тому же, у него был перстень, браслет и несколько цепей с кулонами. Роскошь, которую я ни на ком здесь не видела.
Так вот какие они, эти наги. Ногастые, чертовски красивые и слишком самоуверенные.
— Твоя? — кивнул он на меня.
— Дочь хозяина, — ответил Эгорт. — Везу ее в Ликроун. На отбор невест для Агосто.
— Дэлл перебесился?
— Не поверишь, но жениться собирается Айвор.
Максуд скептически усмехнулся, снова пройдясь по мне своим гадючим взглядом.
— Она хоть знает, во что ввязывается?
— А у нее выбора нет.
— Угум, — промычала я, насупившись. — Благодаря кое-кому.
Максуд посмотрел куда-то за мою спину, где послышались нерешительные шаги. Кассергены соизволили к нам присоединиться. Хороши помощнички. Пока они собирались, меня бы тут уже дважды изнасиловали. И зачем я вообще их спасала? Рыцаря в Ирвине разглядела, которого там отродясь не было. Красивых речей наговорил, ужином накормил, на танец пригласил. Романтичный трус и жмот!
— Леди Илма Кассерген и ее младший сын, — представил их Эгорт.
— Какая честь, — улыбнулся Максуд. — Веками соседствуем, а ни разу не встречались. Алшеих Кхбит Табхан — Максуд Харзра Алсах Раа. Будьте моими почетными гостями. — Его приглашающий жест указал нам путь вглубь проулка.
Я сглотнула. Никто не спешил сделать первый шаг. Даже Карлуша сел на мое плечо, а не полетел вперед. Сняла его и, прижав к груди, стала поглаживать перышки.
Уголок рта Максуда отодвинулся в сторону уха. На ведьму я не тянула, и разумеется, это всех веселило. Развернувшись, он направился в указанном направлении. Я же дождалась одобрения Эгорта.
— Ирвин, это плохая идея, — заупрямилась леди Кассерген.
— А какие у нас еще варианты? — вздохнул ее сын, отправившись вслед за нами.