Соблазненная инопланетным воином (ЛП)

Бэт фыркает.
— В самом деле? Ты бы спала рядом с этим прекрасным мужчиной каждую ночь и не переспала бы с ним?
— Заткнись, — бормочу я, мои щеки пылают.
— Хочешь знать, что я думаю?
— Даже не знаю. Ты такая злючка, — говорю я, и она смеется.
— Ты ведь тоже ему лгала, верно? Ты не собиралась оставаться здесь целый год. — Она поднимает руки, а я, прищурившись, смотрю на нее. — Просто говорю, как есть.
— Дексар тоже так сказал, — говорю я. — Но это не одно и то же.
— Неужели? Почему?
— Потому что он пробудил во мне чувства! То, что, как мне казалось, он тоже должен испытывать! Но эти чувства даже не настоящие.
Она наклоняет голову.
— Откуда ты знаешь, что они не настоящие? Это он так сказал?
Я вздыхаю.
— Нет, он сказал совсем другое. Но я потеряла бдительность, Бэт. И он сделал мне больно.
— Так что теперь ты должна решить, насколько это важно для тебя. Если бы тебе была гарантирована долгая, счастливая жизнь здесь, с Дексаром, ты бы согласилась?
— Я не знаю.
— Тогда скажи мне вот что. Как ты думаешь, почему он не рассказал тебе о пророчестве?
— Он сказал, что это потому, что я думаю, что он хочет, чтобы я была здесь только по этой причине.
— И это правда?
— Да.
— Так можно ли винить его во лжи? Если парень действительно испытывает к тебе чувства — а это видно любому не вооруженным глазом, — значит, он солгал тебе, потому что не хотел причинить тебе боль. И потому что знал, что ты ему не поверишь. Он был прав?
Я ковыряю нить, вытрепавшуюся из подушки. Честно говоря, я отталкивала Дексара с того самого момента, как мы переспали, и поняла, что сама того не желая, была очарована. Я бы ухватилась за любую причину, чтобы заменить мое растущее влечение гневом.
— Ничего подобного, — упрямо говорю я, но жар в моих словах куда-то пропал, и теперь я просто чувствую себя подавленной и измученной. — Я слышу, что ты говоришь, — вздыхаю я. — Я тоже ему врала. Так что мы оба — парочка лжецов, уличенных в обмане.
— Ты можешь расценивать и с такой точки зрения. А можно и с той стороны, что вы оба пытаетесь защитить себя. И люди делают это только тогда, когда боятся быть уязвимыми.
— Когда ты успела стать такой мудрой?
Бэт смеется, вытягивая ноги на полу перед нами.
— Где-то между тем, как попасть в эту ловушку и согласиться вернуться в этот лагерь с Зариксом, я осознала, насколько коротка жизнь. Мы пережили нечто невероятное, Алексис. Тот факт, что мы все выжили в этой катастрофе, не что иное, как чудо, и найти браксийцев? Это же просто невероятная удача.
— Или судьба, — мрачно бормочу я, думая о дурацком пророчестве.
Бэт снова смеется, ее смех, словно музыкальный перезвон.
— Или судьба. Как бы то ни было, у нас есть выбор: будем ли мы жить в настоящем? Или мы надеемся на будущее, которое нам не гарантировано?
— Поэтому ты решила остаться?
Она отрицательно качает головой.
— Я решила остаться, потому что мысль о том, чтобы быть вдали от Зарикса, была невыносима. На твоем месте я бы представила себе жизнь, в которой ты никогда больше не увидишь Дексара. Если тебя устраивает такая жизнь, то у тебя нет никаких проблем. Стряхни с себя это пророческое дерьмо и жди своего часа, пока не сможешь убраться отсюда к чертям собачьим.
Я пытаюсь игнорировать отрицание, которое мгновенно пронзает меня.
— Как думаешь, я слишком остро отреагировала?
Бэт бросает на меня сочувственный взгляд.
— Думаю, что ты отреагировала, основываясь на своем жизненном опыте. Думаешь, Дексар обвинит тебя в том, что ты расстроилась? Он ожидал этого, поэтому и не сказал тебе. Это был глупый ход? Конечно. Но парень привык все время держать все под контролем. Он, вероятно, барахтается так же, как и ты.
Я вздыхаю. Теперь, когда я немного абстрагировалась, я понимаю это. Я вызверилась на Дексара, доказывая, что он был прав, не сказав мне. Хотела бы я, чтобы он сказал мне раньше? Конечно. Но могу ли я винить его? Нет.
— Быть взрослым иногда отстойно, — бормочу я.
— Это точно. Что ты собираешься делать?
 
— Я дам ему несколько часов, чтобы он остыл, а потом пойду поговорю с ним, — вздыхаю я. — Отвлеки меня. Расскажи мне, как ты?
Бэт усмехается.
— Ну, у меня есть моя прекрасная новая танцевальная студия. Думаю, что должна поблагодарить тебя за… эй!
Мы обе резко оборачиваемся, когда кто-то появляется в палатке, и у меня отвисает челюсть.
— Тавис? — Что случилось?
Он игнорирует меня, и волосы у меня на затылке встают дыбом, когда я замечаю меч в его руке. Его глаза холодны, когда он смотрит на Бэт, которая уже откидывается назад на подушки, потянувшись за ножом.
— Не двигайся, — говорит он, делая шаг вперед и приставляя свой меч к моему горлу. Я все еще не двигаюсь, сидя на земле и пытаясь осмыслить это новое развитие событий.
Оказывается, Тавис вовсе не тот краснеющий и робкий мальчишка, каким он притворялся.
Бэт замирает, глядя на меня широко раскрытыми глазами.
— Ты собираешься убить меня? — спрашиваю я со странным спокойствием.
— Нет. Но если твоя подруга не перестанет искать оружие, она умрет следующей.
Я задыхаюсь от этих слов.
— Кого ты убил?
«Пожалуйста, Боже, скажи мне, что это не Дексар», — но нет, я видела, как Дексар тренируется. Вряд ли Тавис сумел бы его одолеть.
Если только он не напал на него, когда тот меньше всего этого ожидал. Но кто-нибудь уже нашел бы его тело. Дексар почти всегда окружен людьми.
Тавис игнорирует меня, бросая кусок материи в Бэт.
— Засунь это себе в рот и обвяжи вокруг головы.
Руки Бэт дрожат, когда она завязывает кляп, и я оглядываюсь вокруг, отчаянно пытаясь придумать что-нибудь, что могло бы вытащить нас из этой ситуации. Однако Тавис настороже, и лезвие его меча так близко к моей шее, что я едва осмеливаюсь дышать.
Тавис бросает мне на колени кусок веревки.
— Свяжи ей руки.
Я медленно двигаюсь вперед. Бэт умна, и она держит свои запястья раздвинутыми, пока я связываю ее так свободно, как только осмеливаюсь, пытаясь сделать так, чтобы это выглядело хорошо. Надеюсь, она сможет выбраться отсюда и получить помощь, как только мы уйдем.
Но все напрасно, потому что, как только я заканчиваю, Тавис делает шаг вперед и наотмашь бьет Бэт по голове, и та падает на землю без сознания.
— Что ты делаешь? Ты мог убить ее!
Тавис улыбается мне, и ясно, что ему на это наплевать.
— Ты пойдешь со мной в загон мишуа, как будто мы просто прогуливаемся, и Дексар приставил к тебе еще одного охранника. Ты никому ничего не скажешь, или я позабочусь о том, чтобы Ровакс пришел сюда и перерезал горло этой женщине. Поняла?
Ровакс тоже в этом замешан?
— Понятно, — выдавливаю я. Если Тавис не собирается меня убивать, то, скорее всего, у него на уме что-то похуже. Что бы это ни было, мне это вряд ли понравится.
— Вставай.
Я медленно встаю на колени, и Тавис убирает меч. Я напрягаюсь, и он предупреждающе качает головой, глядя на Бэт.
— Не заставляй меня убивать ее.
— Ты подонок. Дексар заставит тебя заплатить за это.
— Дексар подумает, что ты сбежала.
Я смотрю на него, и он снова улыбается. Как ему удалось так легко обмануть меня? Читать людей — моя сверхспособность. Однако он прав — после нашей сегодняшней ссоры Дексар наверняка решит, что я сбежала.
«Неважно. Я нужна ему из-за его глупого пророчества. Он наверняка выследит меня».
Да, я все еще не успокоилась.
Я скрежещу зубами, когда иду к загону мишуа. Я не знаю, как Тавис собирается вытащить меня отсюда. Как только меня увидят на мишуа, кто-нибудь немедленно сообщит об этом Дексару.
— Жди здесь, — говорит Тавис.
Я жду, наблюдая, как Тавис входит в загон мишуа. Внезапно он становится застенчивым, робким молодым воином, который просит другого воина о помощи, выбирая одного мишуа из стада.