Соблазненная инопланетным воином (ЛП)

Он посылает мне лукавую улыбку.
— Моя кровать больше.
Я пробегаю глазами по его массивному телу, стараясь не думать о похотливых мыслях.
— Держу пари, так оно и есть.
Его глаза темнеют, и я прочищаю горло, когда воздух вокруг нас, кажется, потрескивает от напряжения.
— Итак, — говорю я хриплым голосом. — Мы идем на компромисс?
— Компромисс. — Он пробует это слово на вкус, и я почти смеюсь.
— Я знаю, для тебя это сложно.
Все эти просьбы о разрешении более чем раздражают. Но я хорошо знаю одно: мы должны играть с той рукой, с которой мы имеем дело. Если милые разговоры с катаем дадут мне то, что я хочу, то я пойду на это.
— У тебя может быть доступ продуктовому кради и ко всем местам общего пользования лагеря, — наконец говорит он. — Ты не должна приближаться к тренировочной арене, оружейному кради, мишуа или стенам лагеря.
Я хмуро смотрю на него, позволяя себе это осознать.
— Стены лагеря, мишуа и оружейное кради — это я понимаю. Что не так с тренировочной ареной?
Он хмуро смотрит на меня.
— Ты моя. Ты не должна проводить время рядом с моими воинами.
— В этом утверждении так много неправильного, что я даже не знаю, с чего начать.
Он раздраженно скалится.
— Таковы мои условия.
— Прекрасно, Ваше Величество. Я буду держаться подальше от тренировочной арены.
Глава 5
ДЕКСАР
Прошло восемь ночей с тех пор, как Зарикс отправился в племя Текара, забрав с собой мальчика и человеческую женщину. Спустя всего несколько часов после их ухода за ними последовал Тазо, а с ним еще два воина.
Как только они прибыли в лагерь Текара, стало очевидно, что ему понадобится на сотни, если не на тысячи воинов больше, чем у него было. Лафа не только общался с вуальди, но и планирует напасть на племя Текара и разделить их территорию с Киллисом, лидером вуальди.
Я послал тысячи своих лучших воинов, которые двинулись к племени Текара. Я также послал гонцов к Ракизу и другим королям племен в этом районе с надеждой, что они присоединятся к битве.
Теперь ничего не остается, кроме как ждать.
Тем временем Алексис бродит по лагерю, разговаривая с моими людьми. Мои воины наблюдают за ней, докладывают, но пока она выполняет свою часть сделки.
С битвой против вуальди, а теперь и с племенем Лафы, прошло уже несколько дней с тех пор, как я разговаривал с Алексис. Я должен довольствоваться тем, что она в моем кради, и все же мне не хватает ее умных речей, хриплого смеха и озорной усмешки.
Сегодня я найду время поесть с ней.
— Катай?
Я смотрю вверх, когда в комнате становится тихо. Появился Брикс, его взгляд стал жестким, и мои советники обратили на него свое внимание.
— В чем дело? — спрашиваю я.
— Сообщение от Зарикса.
— Говори.
— Лафа мертва. Лидер вуальди, Киллис, тоже мертв. Один из наших воинов оказался предателем. Его звали Перик, и он был убит. Наши войска защищали племя Текара, и все вуальди или браксийцы, которые не погибли, отступили, как трусы.
В комнате воцаряется тишина.
— А Варик?
— Зарикс его не видел. Мы считаем, что он выжил.
Я стискиваю зубы. Когда-то новость о том, что воин выжил, встретили бы с радостью. К сожалению, годы изменили его. Три оборота назад я не ожидал, что он покинет мое племя, и если он решил последовать за Лафой и присоединиться к вуальди, то теперь он враг.
В детстве мы дружили. И все же, даже покинув мое племя, он никогда не рассказывал нам о планах Лафы.
Очевидно, он уже не тот мужчина, которого я когда-то знал.
— Разузнай о нем все, что сможешь, — с отвращением говорю я и поднимаюсь. — Я буду обедать один.
На самом деле не один. Наконец-то я снова буду есть с Алексис. Но этим мужчинам не обязательно об этом знать.
Я возвращаюсь к себе и зову слугу.
— Скажи Алексис, что она присоединится ко мне за обедом.
Слуга кивает, и через несколько мгновений они уже ставят еду на стол. Появляется Алексис, и я упиваюсь ее видом.
Она хмуро смотрит на меня.
 
— Знаешь, ты не можешь все время щелкать пальцами и получать то, что хочешь.
— Не могу? — я улыбаюсь ей.
— Ты думаешь, что очарователен, но на самом деле ты просто властен, — сурово говорит она, хотя намек на улыбку играет на ее губах.
— Поешь со мной, Алексис. Я был занят все эти дни и соскучился по твоему лицу.
Она колеблется, поднимая бровь, и я почти улыбаюсь. Любая другая женщина покраснела бы и запнулась, если бы я сказал им такие слова. Эта женщина подозрительно прищуривается.
Стоит ли удивляться, что я очарован ею?
— Почему ты так занят? — спрашивает она.
— Поешь со мной, и я тебе расскажу.
Она беспечно пожимает плечами, и у меня возникает ощущение, что она таким образом смеется надо мной. Она подходит к столу, и я расправляю плечи. В отличие от нашей последней трапезы, эта не закончится резкими словами.
Она садится и тянется за чашкой воды.
— Так что?
Я присоединяюсь к ней, накладывая еду на ее тарелку. Это необычно для катая — служить другим, но я чувствую себя умиротворенным, подавая этой женщине пищу и наблюдая, как она наслаждается ею.
— Как ты знаешь, Зарикс и твоя подруга отправились в племя Текара.
— Бэт. Ее зовут Бэт. И я уверена, что ты это знаешь.
Я смотрю на женщину, раздражение растет.
— Ты хочешь пререкаться?
— Нет. Я хочу, чтобы ты назвал имя женщины, которая затащила одного из твоих раненых воинов на мишуа и нашла помощь, чтобы он не умер.
Я подавляю желание рявкнуть на нее. Вместо этого я обдумываю ее слова.
— Ты права, — говорю я, и это стоит того, чтобы увидеть удивленное удовольствие в ее глазах. — Прошу прощения.
Она награждает меня улыбкой.
— Может быть, старый пес все-таки научится новым трюкам.
Я не знаю, что это значит, но все равно киваю.
Она откусывает кусочек от своей еды и мурчит от явного удовольствия, когда глотает.
— Ты что-то говорил?
— Зарикс и Бэт отправились в племя Текара, и там произошла битва.
Алексис замирает, откидываясь на спинку сиденья.
— С ними все в порядке?
— Да. Они убили вуальди, который думал захватить племя Текара вместе с Лафой — предателем, королем племени, который был с ним заодно.
— Круто. А сейчас что происходит?
— Сейчас мои воины возвращаются в лагерь, и мы разрабатываем стратегию. Все браксийский воины, присоединившиеся к Лафе, должны присягнуть новым племенам или встретить свою смерть.
— Смерть? — лицо Алексис бледнеет.
— Предательство недопустимо. Эти воины могли присягнуть на верность Лафе, но они знали, что лучше не идти за ним в бой рядом с вуальди. Им повезло, что у них появился второй шанс.
Алексис отодвигает тарелку.
— Значит, Зарикс и Бэт вернутся в этот лагерь?
Я хмурюсь.
— Зарикс — один из моих воинов. Я не знаю, что он сделает с… Бэт, — заканчиваю я, когда Алексис предупреждающе прищуривает глаза.
Она ухмыляется мне.
— Ты думаешь, он бросит ее? Ты же знаешь, что между ними что-то есть, правда?
— Что-то?
— Да, они вместе.
Я смеюсь. Идея нелепая. Лицо Алексис серьезно, и я качаю головой.
— Зарикс никогда не возьмет себе пару. Призвание всей его жизни в том, чтобы охотиться на вуальди и заставлять их платить.
— Пару?
Я забыл, что эти человеческие женщины не знают обычаев нашего народа.
— Единственная женщина, рядом с которой он будет спать всю оставшуюся жизнь. Защищать и иметь детей.
— Оу. Как жена.
Я пожимаю плечами. Я не знаю этого слова.
— Ты правда думаешь, что Зарикс сейчас просто бросит Бэт?
— Я не трачу время на мысли о женщинах, с которыми кувыркаются мои воины.
— Ты можешь быть настоящим болваном, ты знаешь это?
— Будь осторожна, женщина.
— Женщина? Тебе не на что надеяться. Вообще никаких шансов. — Она качает головой, и я скриплю зубами. И снова наш разговор перешел на резкие слова. Мои руки сжимаются от разочарования. Возможно, это бессмысленно. Возможно, я никогда не смогу понять эту женщину.