Похититель снов (СИ)

— Здесь директор Сандерсон. Соедините меня с главой службы безопасности. Это срочно.
— Минуточку, — ответил мелодичный голос. В нем не было ни капли удивления, словно директор заказал букет цветов на чей-нибудь день рождения.
Вскоре директор уже разговаривал с начальником службы безопасности. Он сдержанно описал ситуацию и приказал задержать двух подозреваемых и освободить его дочь. Он особо подчеркнул, что действовать следует с осторожностью, чтобы Ари ни в коем случае не пострадала. Об аресте подозреваемых следует немедленно доложить ему лично. Начальник службы безопасности заверил его в профессионализме своих людей, и запросил подробности о корабле и расчетном времени прибытия.
— Полагаю, они приземлятся около пяти часов по вашему времени. Следовательно, в четырнадцать по Гринвичу.
— Я сообщу, как только ваша дочь будет в безопасности, директор. Не беспокойтесь.
— Спасибо, Татум. Жду вашего звонка. 
Прихлебатели Хокинга ждали, когда босс вернется после разговора с директором станции.
— Учитесь! — заявил Хокинг с довольной миной, входя в помещение. — Я гений!
— Ну что, он купился? — с беспокойством спросил Тиклер.
— Еще как! Клюнул, — ухмыльнулся Хокинг. — Вы бы слышали! Я запросто убедил его, что они специально похитили его драгоценную дочь. Он в наших руках, джентльмены.
Тиклер позволил себе робкую улыбку. Миллен тоже довольно улыбался.
— И не надейтесь, — продолжал Хокинг, — что я забуду о вашем провале. Но на этот раз все получилось, как надо. Даже лучше. Пусть теперь группа перехвата GM поработает, а мы посмотрим. Сандерсон сбит с толку, он не знает, чему верить. Похищение посадочной капсулы — довольно убедительный аргумент.
— А дальше что? — простодушно спросил Тиклер. Его пока не очень радовало радужное настроение босса.
— На выход! — приказал Хокинг. — Времени мало, мы должны ударить быстро. Наземная служба безопасности уведомлена, нам надо узнать, где они намереваются приземлиться, это избавит нас от лишних хлопот. Я вернусь в офис Сандерсона и подожду там, не хочу упускать его из вида. И звонок надо отследить.
— А Сальников? — спросил Курт. — Он же может рассказать, как все было на самом деле?
— Да пусть говорит, что угодно! Главное, я убедил Сандерсона, что электрошокер был у Рестона, а Сальников тоже замешан в заговоре. Что бы он теперь не сказал, ему никто не поверит. Пока доктор Уильямс держит его в одной из своих палат. Еще некоторое время он нам не помешает. Захват начался. Скоро станция будет нашей.
Аджани вел посадочную капсулу. Топливные баки небольшого корабля не предназначались для длительного полета, но поскольку они не собирались возвращаться на станцию, Аджани прикинул, что топлива хватит для безопасной посадки. Спенс и Ари полностью доверяли ему.
— Нас, конечно, будут ждать, — проговорил Спенс. — Прошло четыре часа с тех пор, как мы стартовали. У них было достаточно времени, чтобы подготовиться.
— Надо связаться с отцом, — предложила Ари. — Сообщить, что все в порядке и рассказать о Хокинге и его подручных. Тогда он сможет добиться разрешения на посадку прямо на базе.
— Я бы не хотел лететь на базу. Лучше выбрать для посадки место поспокойнее, — Аджани говорил, не прекращая работать с компьютером. — Можем приземлиться где угодно в радиусе двадцати пяти километров от базы. Так будет безопаснее. Если есть другие предложения, я слушаю.
— Так мы что, летим пока вслепую? — обеспокоился Спенс.
— Не совсем так. Просто в памяти компьютера не так уж много возможных мест для посадки с точными координатами в континентальной части США.
— И что же мы будем делать? — в голосе Спенса звучало уже нешуточное беспокойство.
— Можно выйти на орбиту и за два оборота подобрать место.
— Я так понимаю, что большие города следует исключить? 
— Не обязательно. Эта машина может приземлиться практически где угодно. А вот топлива у нас маловато, долго выбирать некогда. Но, в общем, ты прав. Приземляться в Питтсбурге в час пик — так себе идея. 
 
— Раз уж мы все равно летим в сторону Бостона, почему бы не присмотреться к старому бостонскому аэродрому? Там полно заброшенных взлетно-посадочных полос. Сейчас же оттуда летают только реактивные самолеты.
— Папа может получить разрешение, — вставила Ари. — Да и с координатами он поможет.
— М-да, — протянул Аджани, — я мог бы и сам сообразить.
— Не только у вас мозги работают, — Ари тряхнула головой.
Аджани повозился с узлом связи и через несколько мгновений нашел канал космической станции и отправил идентификационный код. В динамиках раздался четкий, спокойный голос оператора связи. Ари назвала код доступа к директорскому каналу и почти сразу выкрикнула в эфир: «Привет, папочка!» 
— Ари! Дорогая! С тобой все в порядке? — В голосе директора звучали панические нотки. Видно было, как он взволнован.
— Я в порядке, папа. Правда, правда, в порядке. Тебе, наверное, уже доложили все подробности? 
— Да, дорогая, я в курсе. И я уже отдал нужные распоряжения, чтобы исправить ситуацию.
Спенс и Аджани обменялись вопросительными взглядами. Возможно, Тиклера и Миллена уже поймали. Тем временем директор Сандерсон продолжал:
— Должно быть, ты очень волновалась, верно?
— Да все со мной в порядке! Не беспокойся обо мне.
— Куда они тебя везут? Ты знаешь?
— Мы хотим попасть на старый Бостонский аэропорт. Но нам нужно твое разрешение! И координаты. Если ты дашь нам эти две вещи, все будет хорошо.
— Конечно, я сделаю все, что ты попросишь, дорогая. Все, что угодно. — Последовала долгая пауза, а потом директор обеспокоенно спросил: — Они нормально с тобой обращаются?
— Ну что за ерунда, папа! Не глупи. Мы собираемся к маме. — В эфире повисло молчание. — Папа? Ты еще здесь?
Директор долго не отвечал, а потом задушенным голосом спросил: 
— Я здесь, Ари. Но почему?
— Ой, это все очень непросто, я не буду тебе объяснять прямо сейчас. Но как только мы разберемся с делами, я тебе позвоню. Не волнуйся, все будет хорошо. Следи за своим давлением.
— Хорошо, дорогая. Ждите. Я передам разрешение и координаты в ближайшее время.
— Спасибо, папа! — Ари оглянулась на мужчин и сказала: — Наверное, это пока все. Я позвоню, когда мы повидаемся с мамой, и все тебе расскажу.
— Я буду очень ждать твоего звонка, дорогая. — Директор Сандерсон голосом подчеркнул слово «очень». 
Ари попрощалась с отцом и повернулась к остальным. 
— Знаете, как-то мне его голос не понравился. Похоже, он очень нервничает. Он даже про вас не спросил.
— Думаю, я бы тоже волновался, если бы моя дочь носилась в космосе, отстреливаясь от злодеев. — Спенса передернуло. 
— А вот мне показалось другое, — медленно произнес Аджани. — По-моему, он думает, что тебя похитили.
— Да с какой стати? — рассмеялась Ари. — Это же бред какой-то! Он бы никогда в такое не поверил. 
— Ну и как я говорил? Убедительно? — спросил директор Сандерсон.
— Замечательно! — одобрил Хокинг. — Вы очень хорошо провели разговор.
— Надо сообщить службе безопасности. Пусть заберут их прямо на Бостонском аэродроме.
— Не спешите! У меня есть план получше, директор. Лучше я сам задержу их.
— Вы? Но почему?..
— Послушайте меня, директор. Лучше пока не предавать дело широкой огласке, особенно, учитывая, что с ними ваша дочь. Вам же не нужно, чтобы об этом проведала пресса?
— Нет, Хокинг. Я вам не доверяю.
— Тогда отправляйтесь со мной, директор. Да, прекрасная мысль! Отправимся вместе.
  
Глава 22
 
Спенс видел искусственные интерьеры Готэма, он оставил следы в красной марсианской пустыне, и потому смотрел теперь на белый трехэтажный особняк, окруженный прекрасно подстриженной лужайкой, как на средневековый замок. Холиок-Хейвен совсем не изменился за последние триста лет. Некогда он был домом богатого владельца многих судов, а теперь стал гаванью для беспокойных душ, бродивших по его коридорам и невнятно бормотавшим у живых изгородей.