Глобальный вступительный экзамен в университет (ЛП)

Гао Ци подсознательно хотел было развернуться и отбежать в укрытие, но вовремя остановил себя. Он заметил, что направление огневых позиций было немного странным…Спустя мгновение он внезапно всё понял! Понял, почему Цинь Цзю не разрешал им уничтожать огневые точки, понял, почему Ю Хо и остальные направились в здание.
Группа людей, вошедших в здание, насильственным образом заставила огневые точки сменить направление обстрела. Система атаковала саму себя! В следующее мгновение 30% огневых точек обстреляли сами себя, остальные 70% были успешно ликвидированы экзаменующимися.
Послышались взрывы. К счастью, люди за пределами здания по указанию Цинь Цзю спрятались в найденном убежище. Сидя в бункере, Гао Ци притиснулся поближе к 001 и зашептал:
- Только вы двое могли додуматься до такого! Потрясающе!
- Других вариантов не было. У нас же недостаточно оружия.
Изначально всего оружия на привале №2 было достаточно, чтобы продержаться до конца. Но на этот раз система оказалась более умной и разместила главный центр управления внутри экзаменационного центра, что вынудило их израсходовать часть своего оружия и боеприпасов.
Учитывая этот факт, оставшегося снаряжения им хватило бы, чтобы продержаться 60% времени - не больше. Рассчитав эти цифры, система совершенно не беспокоилась об исходе битвы. Вот только она не ожидала, что даже не имея на руках достаточно оружия, эти люди всё равно продолжат пробиваться внутрь.
Она не понимала, что как только они ступили на этот путь, для них дороги назад не было.
В 05:11 степень повреждения главного центра управления достигла 60%. Протоколы атаки и защиты были повышены до уровня 4, а количество огневых точек увеличено до 6 000.
Это был смертельный уровень опасности. На этом этапе система могла с лёгкостью заставить исчезнуть любого присутствующего здесь человека.
Однако благодаря действиям Ю Хо, эти 6 000 огневых точек атаковали друг друга, в результате чего 4 821 из них были уничтожены на месте и больше не могли использоваться.
В результате ущерб оказался намного меньше, чем они ожидали. Гао Ци и другие сразу же воодушевились. Они ждали приказа Цинь Цзю взять оружие и начать новый раунд бомбардировок. Эта команда из более чем 3 000 человек походила на асфальтоукладочный каток. Они атаковали систему с неудержимой силой.
В 05:20 степень повреждения главного центра управления достигла 80%, при этом оставалась 721 огневая точка.
_______________________
Внутри здания 922 обменялся рукопожатиями с остальными Наблюдателями. Собрав остатки оружия, они все бросились к двери. Ю Хо шёл в самом конце группы. Они с Цинь Цзю наизусть знали эту процедуру. Как только степень повреждения ядра достигнет 80%, полномочия главного управления будут переданы так называемой команде S.
Три года назад они так и не дошли до этой стадии.
Три года спустя им нечего было бояться.
Осталось разрушить всего 20%. У них хватит оружия, да к тому же снаружи их подстраховывают Чу Юэ и 154.
Именно в этот момент Ю Хо вдруг почувствовал, что внутри него как будто кто-то нажал кнопку. Он остановился на месте и оглянулся. Ему вдруг захотелось увидеть эту команду S. А затем он не смог сделать ни шагу.
А всё потому, что возле главного пульта управления молча возникли три человека. На них были белые халаты и тонкие резиновые перчатки. Один из них нажал кнопку, и вокруг главной панели управления появилось несколько белых экранов. Ю Хо оказался заперт в ловушке с этими тремя людьми.
Он протянул руку и попытался прикоснуться к одному из экранов. Как и ожидалось, как только он прикоснулся к “экрану”, перчатка на его руке частично исчезла - как будто кто-то отрезал от неё кусочек.
Это был защитный щит.
Но не это заставило Ю Хо застыть на месте. Причиной того, что Ю Хо не ушёл из здания, были эти три человека. А точнее, один из них.
Это была высокая, худая женщина. Её лицо всегда было болезненно-бледным, но, несмотря на это, она была очень красивой.
Нет, она не была роковой красоткой, перед которой склонялись все мужчины. Её скорее можно было назвать Снежной королевой - настолько холодными и прекрасными были черты её лица.
 
Её глаза были очень похожи на глаза Ю Хо. При взгляде на других в них всегда читалось безразличие и холодность, как будто никто из людей не мог заставить её хоть немного оттаять.
Она обернулась и оценивающе уставилась на Ю Хо своим ледяным взглядом. Женщина выглядела так, будто и правда была жива.
Ю Хо не двигался с места.
В этот момент, когда он встретился с ней взглядом, его сердцебиение участилось, и он почувствовал прилив крови к телу. Но чем больше он нервничал, тем холоднее становилось выражение его лица.
Он и подумать не мог, что однажды увидит мать в таком месте. В течение тех 11 лет, что они прожили вместе, они были не особо ближе, чем два незнакомца, волею судеб оказавшиеся под одной крышей. Увидевшись после стольких лет, что они могут сказать друг другу?
Ты повзрослел.
Ты всё ещё узнаёшь меня?
Как твои дела?
Что сказали бы нормальные мать и сын, встретившись после стольких лет разлуки? Ю Хо не знал этого. Их отношения никогда не были нормальными.
Взгляд женщины упал на гранатомёт в руках Ю Хо, и она произнесла своё первое предложение:
- Сын, ты собираешься разрушить это место?
Ю Хо внезапно подумал, что вся эта ситуация такая смешная. От этой мысли его сердцебиение пришло в норму, и он моментально успокоился.
Он думал, что её первые слова будут каким-то ничего не значащим приветствием. Но это было бы не в стиле его матери. Она всегда логически оценивала ситуацию, а затем сразу переходила к делу, не теряя времени на ненужную болтовню.
Окинув её взглядом, он наконец ответил:
- А что, это место нельзя разрушить?
- Не то, чтобы нельзя. Просто это будет досадно.
У женщины были светло-карие глаза, а голос мягким и спокойным. Такой человек обладал врождённой способностью говорить убедительно, как будто всё, что она говорила, было рациональным и имело смысл.
- Многие вложили много денег и сил в эту систему: те, кто ещё жив, и те, кто уже мёртв - как мы, например. На создание системы ушло много лет, человеческих ресурсов и передовых технологий. Уничтожить её будет глупой тратой этого всего. Ты можешь подумать, что я так говорю только потому, что всё ещё живу благодаря системе, но дело не в этом. Даже те, кто все эти годы оставался снаружи и пытался уничтожить систему, даже они начнут сожалеть, если система будет разрушена. Ты мне веришь? Они предпочтут закрыть этот проект, но не разрушать его.
- Так это или нет, это неважно, - ответил ей Ю Хо. - Может тебе сначала нужно спросить мнения более чем 4 000 человек, что сейчас стоят в экзаменационном центре? Будут ли они сожалеть о её разрушении? А можешь спросить тех несчастных, что даже сейчас пытаются выжить, находясь в тысячах экзаменационных центрах. Можно спросить ещё кое-кого, но все те люди уже мертвы. Они умерли, сдавая экзамены. Почему бы тебе не спросить их мнения? Сначала поговори с ними, а уже затем скажи мне, нужно ли уничтожать систему или нет.
Женщина долгое время молчала, не отводя глаз от Ю Хо. Было непонятно, то ли ей нечего ему возразить, то ли она обдумывает дальнейшие действия.
- Сын, ты зол, - наконец произнесла она. - Даже будучи ребёнком ты редко злился. Это непривычно - слышать от тебя такую длинную речь.
В её голосе послышалась нежность. Губы Ю Хо сжались в прямую линию. Он холодно посмотрел на неё, но не перебивал.
- Ты тогда был мне по пояс, - продолжила женщина. - Такой маленький. Иногда я думаю, что жизнь - удивительная штука. Такой малыш на самом деле был моим сыном. Ты был молчаливым и не любил разговаривать. Ты не был похож на тех глупых детишек, что постоянно задают по сто вопросов в минуту. Ты также не был упрямым и не проявлял сильных эмоций. Иногда я представляла, каким ты вырастешь. В такие минуты мне казалось, что тебе удастся избежать многих проблем взрослой жизни. Большинство людей всю жизнь оказываются в плену собственных прихотей. Я уже даже не говорю о физиологических потребностях, таких как еда и сон. Я говорю о чувствах: любовь, ненависть, страсть… Эти чувства всегда заставляли людей вести себя иррационально. Идти на поводу эмоций. Обнажать свои не самые лучшие качества. Но ты… В те дни я чувствовала, что ты не поддашься всем этим дурацким чувствам, когда вырастешь. Ты всегда был другим, - помолчав, она добавила, - Ты вырос таким, как я и представляла. Я очень…