Разбитная разведёнка (СИ)

Во вторник Евгения позвонила бывшему мужу. Тащить сына в ресторан она не собиралась, но и оставлять его одного дома не хотела. Самостоятельно поужинать и лечь спать Гриша был способен, но её праздник и ребятёнка касается, вот она и решила предложить Андрею провести вечер с сыном.
— Я освобожусь не раньше восьми, — проныл в трубку он. — Ты не молодеешь ещё и беременна, в десять уже будете дома, какой смысл мне его забирать?
Женя могла бы в ответ пройтись по его возрасту, призвать к родительскому долгу или напомнить, что у Гриши в этот день футбол, и уж провести часок с почти пасынком за просмотром телевизора и порцией мороженого, ожидая Андрея с работы, Софья способна. Но в тот момент она посчитала уговаривать бывшего мужа провести вечер с ребёнком ниже своего достоинства, бросила:
— Начало апреля — отличное время для свадьбы, я на себя проверила и не пожалела, — и отключилась.
В день рождения с работы Евгения привезла пакет подарков. Прослышавшие про праздник коллеги, глотнув за неё шампанское во время обеденного перерыва, надарили ей мелочёвку вроде пустышек и погремушек для будущего карапуза. Вещи вроде бы полезные, но безрадостные. Зато удивил Гриша, как и в прошлом году подаривший ей купоны с услугами, включающими в себя помощь с Егором Руслановичем. Что именно он должен будет делать, мальчик не написал, но сам факт того, что он понимает, что помощь понадобится, и готов её оказать, радовал.
За это, когда он вернулся с тренировки домой, на кухне его ждал бумажный пакет с игрушкой и остывшими, но всё равно любимыми им наггетсами и картошкой фри. А его мама в это время уже у ресторана выбиралась из такси, опираясь на руку мужа. Пить она не собиралась, но в свой праздник быть трезвым водителем не положено.
И хоть Андрей был недалёк от истины, ведь в половине десятого Женя чувствовала нарастающую потребность скинуть ботильоны и расстегнуть бюстгальтер, вечер удался. Её поздравляли и восхваляли, она вкусно поела, немного потопталась на месте с Русланом, имитируя медленный танец, смеялась и пила безалкогольный глинтвейн, напоминающий по вкусу именно тёплое вино, а не компот.
Наталья и её уже постоянный спутник Михаил Харитонович ушли около девяти, причём отказались от такси, решив прокатиться на автобусе и немного пройтись. И когда Олегу позвонили, а Женя отошла в дамскую комнату, Руслан с Сашей затронули тему предстоящих родов. Сама будущая мама мужу о своём прошлом опыте не рассказывала и напуганной не выглядела, поэтому свои мысли он ей не озвучивал и волнением не делился. Зачем тревожить Женю, если можно получить ответы от её подруги?
— Естественный роды и называются естественными, потому что так придумано природой, так делали наши предки и всё такое, но Женя, — выдохнул Руслан. — У нас впереди полжизни, но ей сегодня тридцать семь, а роды это тяжело. Кесарить — безопасней и не так больно.
— К этому нужны показания, — покачала головой Саша. — Женя здорова, малыш в пределах нормы, а не огромный, бёдра разошлись, её тело само себя готовит к родам.
После они заговорили о вариантах обезболивания. Саша мало что могла вспомнить по этой теме из того, что учила и видела на практике в студенческие годы, а знания Руслана исходили из прочитанных в интернете советов, так что обсуждение вышло расплывчатым, а не информативным. Но они увлеклись, и пропустили возвращение Жени.
— Совсем без боли нельзя, — хмыкнула она, усаживаясь за стол. — Ребёнок должен ещё до рождения знать, через какие страдания я прохожу ради него, чтобы ценил меня и любил больше всех.
Женя умела держать лицо, поэтому Руслан и Саша так и не определили, поддразнивание это, или она действительно так считает.
Наступил апрель, и пора было подготовить Гришу к свадьбе. И если на Жене была только глажка рубашки и брюк, то Руслану достался «серьёзный разговор», которого он совсем не ожидал.
До свадьбы оставалось два дня, после ужина Женю подташнивало, и она ушла гулять с собакой, чтобы проветриться, а её сын и муж остались в квартире вдвоём.
 
— Тебе нравится Михаил Харитонович? — плюхнувшись рядом с мужчиной на диван, спросил мальчик.
— Он не так плох, как мне раньше казалось, — признал Руслан. — Главное, что он нравится моей маме. А что?
— Ты мне не сразу сильно понравился, а теперь мы семья, хоть ты мне не папа, — ответил Гриша и ненадолго замолк, подбирая слова. — Софья уже считает нас с папой своей семьёй, она сама так говорит, а я ещё нет.
— Ты не обязан, — дошла до мужчины суть проблемы. — Она тебя не обижает?
— Нет. Она нормальная, иногда что-нибудь странное говорит, но женщины вечно так делают. А настоящие мужчины не обижаются.
— Ты должен уважать и принимать выбор своего отца, а вот любить и считать семьёй, только если сам захочешь. Свадьба на это не влияет.
— Тогда ладненько, — кивнул ребёнок и преспокойненько ушёл в свою комнату, а Руслан осознал, что успел вспотеть за этот короткий диалог.
  
106. Наследник родился
 
Пока все Майоровы, включая Григория Андреевича, гуляли на свадьбе, Руслан был занят уборкой.
Начав жить с женщиной, ребёнком и собакой, он не просто обнаружил, что убираться нужно чаще, но и узнал о том, что делать это нужно не только по мере загрязнения. Также уборка должна производиться по праздникам и перед приходом гостей, даже если дома и так было чисто, поэтому за день до их первой годовщины Руслан с Женей намывали квартиру и избавлялись от накопившегося хлама.
— Чем ещё хочешь сегодня заняться? — спросил он жену, выбросив пакет бумажек и фантиков, которые она выгребла из комнаты сына.
— Ты ведь не думаешь, что я специально ищу, чем бы отвлечься, чтобы не думать о свадьбе Андрея?
— До того, как ты об этом спросила, не думал, — хмыкнул Руслан. — А ведь уборка способствует мыслительному процессу. Хочешь поговорить?
— О чём?
— Я тебя знаю и вижу, ты слишком хитрющая, чтобы сойти за дурочку.
— Приму за комплимент, — закатила глаза Женя. — Меня не расстраивает то, что Андрей женился. Вызывает недоумение дата свадьбы, но это пустяк, недостойный внимания. Сегодня всё закончится, и мы никогда не будем это обсуждать.
Руслан бы давно забил на то, что там происходит в личной жизни Жениного бывшего мужа, если бы она сама так настойчиво не избегала этой темы. Одно дело, когда тебя действительно что-то не волнует, и другое — когда ты всячески от этого открещиваешься, подчёркивая, насколько тебя это не заботит. Должен ли он из-за своих подозрений выводить беременную жену на разговор? Не будет ли это выглядеть так, будто он ревнует её к прошлому? И почему с каждым месяцем беременности он становится всё большим параноиком?
— Я не говорю с тобой об Андрее, потому что не хочу слышать о твоих бывших, — проник в его мысли Женин голос. — Я понимаю, что в прошлом у тебя были женщины, и возможно они вполне себе достойные представительницы человеческого рода, с которыми ты мог бы поддерживать приятельское общения или даже дружить семьями. Куда проще расстаться и остаться с кем-то в хороших отношениях, если вы не обещали любить друг друга всю жизнь, хранить верность и вместе состариться.
— Ни с кем я не общаюсь. У меня работа, жена, ребёнок, собака и младенец на подходе, у меня нет ни времени, ни сил, ни желания узнавать, как там поживают те, с кем я когда-то спал.
— Это грубо, нельзя так потребительски отзываться о тех, кто дарил тебе свою лю…, тьпу ты, своё время и тело, — сказала Женя. — Лучше бы сказал, что на фоне твоей огромной любви ко мне, прошлое померкло и стёрлось из воспоминаний.
 
— Я тебе люблю, и ты затмила всех, кто был раньше, — потешил самолюбие беременной жены Руслан, и больше тема привязанностей к бывшим не поднималась, хоть Гришин отец и не исчез из их жизни, ведь поздно вечером они вдвоём спустились встретить такси с Майоровыми старшими и Гришей.