Разбитная разведёнка (СИ)

Оправдываться за своё оригинальное времяпрепровождение он не стал. Оказалось, что торчать дома одному, зная, что Женя работает, совсем не так приятно, как проводить выходные в четырёх стенах вместе с ней. Руслан не причислял себя к сторонникам патриархата в отношениях полов. Заплатить за ужин, такси или номер в гостинице — это обязательно, но в остальном был только рад, что у подруг есть свои обязательства и интересы, и никто не сидит у телефона, ожидая, когда же он о ней вспомнит и позовёт. Но знание того, что пока он в тепле и уюте восстанавливает здоровье, Женя, приготовив завтрак и выгуляв таксу, по лужам и грязи шурует к остановке, чтобы доехать до места работы, грызло что-то внутри, заставляя ощущать себя не приболевшим, а ущербным. Поэтому, чтобы занять голову, он был готов не только обсуждать праздничную мишуру с ребёнком, но и уроки мог за него сделать, чтобы хоть как-то быть полезным.
Руслану нравилось говорить с Женей. Но с тех пор как Гришка заболел, между ними только разговоры и были, поэтому жаловаться, выпрашивая ласку, он ей не стал, а молча прошёл мимо неё в кухню, всем видом показывая, что всё идёт по плану.
Жене пришлось до боли вцепиться зубами в нижнюю губу, чтобы сдержать приступ смеха, когда, поднося колпачок с лекарством ко рту, её будущий муж начал чихать. Расплескав сироп на себя и пол, он начал тихо материться, отпихивая ногой Таксу, проявившую интерес к пахнущей ментолом жидкости.
На этом события в этот вечер не закончились.
Результат пятичасового урока оригами было решено сложить в коробку и взять с собой в ресторан. Может, кто-нибудь из гостей захочет взять себе на память?
А спустя час на пороге объявился Андрей Майоров.
Веря в то, что хорошее питание, сон и покой важен для скорого выздоровление не меньше чем аптечная химия, Евгения вынудила Руслана перекусить и уговорила полежать в спальне, чтобы если не поспать, то хотя бы дать отдохнуть спине и глазам, поэтому визитёра она встречала без него.
— Что это? — спросила Женя, хоть по картинке на коробке и так поняла.
— Телевизор, — Андрей опустил коробку на пол, и вышел из квартиры, предупредив. — Я сейчас вернусь, от домофона не отходи.
Вернулся он с коробкой поменьше и со специальным ящиком с ручкой, по виду которого было ясно, что в нём хранят инструменты. Бывший муж снял куртку, разулся, и в два захода перенёс всё в Гришину комнату.
— Кронштейн чтобы пока на стене висел, — объяснял свои действия последовавшей за ним мрачной бывшей жене и довольному сыну Майоров. — А когда для учёбы компьютер понадобится, на стол поставим как монитор, и нужно будет только процессор с клавиатурой докупить.
— Гриш, давай-ка сегодня ты с Тонькой прогуляешься, — обратилась к ребёнку Женя. — Только прямо сейчас иди, пока ещё не совсем стемнело. И сапоги резиновые обуй.
Понятливый Гриша упрямиться не стал, для порядка повздыхал о своей тяжёлой доле и вместе с таксой вышел из квартиры.
— Сам придумал? — процедила Женя, услышав щелчок, с которым захлопнулась входная дверь.
— Я когда Гришу к родителям возил, он канючил о том, что в комнате без телевизора скучно, а папа сказал, что телевизор ерунда, а вот компьютер когда-нибудь понадобиться.
— И ты решил объединить две идеи в одну гениальную?
— А тебя что-то смущает? — спросил Майоров, открывая ящик. — Я не хотел тебя расстраивать. Мы же теперь просто ставим друг друга перед фактом, а не советуемся, принимая решения? Покупка техники, свадьбы и прочие мелочи не нуждаются в предварительном обсуждении.
— Тебя задело, что я твоего благословения не попросила? Ты ведёшь себя как обиженный болван!
— Сама ты обиженка! До сих пор злишься на меня после развода и поступаешь незрело, лишь бы мне назло!
— А как ты поступаешь? Эту фигню, — указала Женя на крепление, которое соединит стену и телевизор. — Кто-то должен держать, пока ты сверлить будешь, и я тебе помогать не собираюсь!
— Сам справлюсь!
Донеслось ей уже в спину, потому что она вылетела из комнаты. Правда, далеко ей «улететь» не удалось, ведь Гриши в квартире не было, поэтому его родители не сдерживали голос, высказывая друг другу претензии, из-за чего до задремавшего Руслана донёслись их возмущения.
 
— Не ходи тута, — сказала Женя, чуть не врезавшись в него. — Там один припадочный свою значимость доказывает.
Но Руслан пошёл. Остановился в дверном проёме, дёрнул головой, вытряхивая лишние мысли, и начал переговоры.
— Твой сын просит у тебя телевизор, и никто не вправе тебе запрещать его ему купить.
— Именно! — согласился Андрей и ослабил хватку, которой сжал ручку дрели, когда секундой ранее обнаружил позади себя Жениного мужика, чей жёсткий взгляд вызывал опасение.
«Совсем нервный из-за них стал, — передёрнул плечами Майоров. — Драться из-за телека он со мной не станет. Морда небритая, и сам бледный, как будто из запоя вышел… Связался с вредной Женькой, и результат на лицо. Всё зло от женщин, — подумал он, вспоминая, как Софья не давала ему спать, громко вздыхая и «случайно» пинаясь, лишь за то, что он после работы подвёз коллегу к торговому центру, и позже эта клуша позвонила и спросила о забытых в машине перчатках. Софья разговор услышала, чего-то себе напридумывала и устроила ему разнос. — Никакого здоровья на них не хватает».
— Но это мои стены, и я решаю, будут в них сверлить дырки или нет.
— То есть…
— У вас с Женей общий ребёнок и всегда есть что обсудить, но она без двух дней моя жена. Я ещё не знаю всех примочек и правил женатой жизни, но могу сразу сказать, что какие бы отношения вас не связывали, орать на неё ты больше не будешь.
Руслан говорил спокойно, как будто безразлично, но это не помешало Андрею снова почувствовать угрозу. Но переговоры и налаживание контакта было его профессиональным навыком, поэтому он быстро взял себя в руки.
— Потому что скоро ты сам будешь на неё орать, — с понимающей улыбкой посочувствовал Майоров.
  
99. Назад пути нет
 
— По справедливости это ты должен спать на диване, а не я, — бурчала Женя, размешивая сливки в своём «мягком» кофе на сон грядущий. — Диван хуже кровати, а раз ты предатель, то должен страдать.
— Лягу на диване, — апатично согласился Руслан, прихлебывая чай с имбирём.
— Нет, мне на нём будет удобней, чем тебе, — отмахнулась она от его предложения. — А я забочусь о твоём комфорте, хоть ты этого и заслуживаешь.
— Спасибо, я это ценю.
— И поэтому ты не только помог Андрею присобачить к стене этот дурацкий телевизор, но ещё и выслушал его нытьё!
— Я проснулся от вашей ругани и собрался предложить ему немедленно удалиться, — деликатно описал Руслан своё первоначальное намерение за шкирку вывести Жениного бывшего мужа из квартиры, на прощание предупредив о неприятных последствиях, если он ещё раз будет разговаривать с ней таким тоном. — А потом вспомнил, что послезавтра свадьбы, а я и так эту неделю похерил, и конфликт с Гришкиным отцом нам не нужен.
«Да и жалко мне его стало, — мысленно добавил он. Гришин папа соперником не воспринимался, поэтому его потерянный вид, который он пытался скрыть за бравадой, не грел самолюбие. — Этот Андрейка по исключительной дурости бывшую жену из разряда женщин перевёл в бесполые родственники, а поняв, что это не так, испугался и пытается застолбить своё место в жизни сына, видя во мне конкурента. На него даже разозлиться толком не получилось, только пожалеть или поржать. Он потерял, я нашёл… Нет, нашёл — будто подобрал, а я таким не занимаюсь. Лучше: он про*бал, а я верно всё просчитал и выиграл. Выиграл тот ещё джекпот».
 
Об этих философских размышлениях Евгения не догадывалась, ей было достаточно озвученного. Это бескомпромиссное и объединяющее «нам», пришлось по душе, и с основным посылом она была согласна, но сказать Руслану какую-нибудь колкость очень хотелось. Из-за этого пришлось поджать губы, напомнив себе, что она сама затеяла выяснение отношений с Андреем, и по-хорошему должна ощущать вину за то, что вынуждает его быть свидетелем и участником мелких разборок.