Страж Вселенной (СИ)
Дэй Сольвейг
Страж Вселенной
Пролог
«Ад среди Рая»
Посреди огромного, опаленного беспощадным огнем пшеничного поля, обильно залитого кровью, были разбросаны изуродованные тела и черные стрелы. Шел проливной дождь, размывая следы кровавого побоища у Пиков Ярости. Таинственный воин с обезображенным лицом, шедший по развороченному полю, был облачен в серые окровавленные пластинчатые латы, а его красная мантия волочилась по почерневшей от огненного пепла земле. В руке он держал древний алый клинок, сотканный из пустоты, украшенный древними письменами и шестью магическими камнями. В его уставшем сером взгляде отражались события, произошедшие у подножия древнего пика, где некогда плодородные земли стали выжженной землей, тела ковром застилали поле, а кровь успела впитаться в когда-то незамаранную почву. У подножия Пиков Ярости, в кровопролитном сражении сошлись две могучие армии; залпы орудий с ревом обрушивались на поле, останки тел солдат Союза, культистов и искаженных разметало по всей округе. В воздухе пахло горелым мясом, кровью и желчью гниющих тел искаженных. Полчища искаженных душ деассераев заполонили пространство. В Союзе их презренно называли десармертами — искаженными. Они вгрызались в глотки солдат, отрывая их конечности и ломая хребет со звонким хрустом. Битва в первые же минуты превратилась в кровавую бойню. Ранее невиданные создания с ревом прошлись по армии Союза крови.
Император, возглавляя войска, беспощадно рубил головы культистов и искаженных. Его ученики — чародеи рвали глотки, читая разрушительные заклинания и обрушивая на головы врагов огненный дождь и разряды кроваво-красных и белых потрескивающих молний, которые разили без промаха. Культисты шли, сомкнув строй. Орудия искаженных обстреливали поля живыми снарядами, совершенно не боясь императора, ведь их вел Мастер-оккультист по прозвищу Верховный. Он был их неизменным лидером. Найдя взглядом императора, Мастер стремительно бросился на Серого владыку и рассек правую половину его лица. Император качнулся на месте, кровь полилась по его лицу, а Верховный усмехнулся и заговорил:
— Вот мы и встретились, Серый владыка. Я уничтожу вас — потомков тех, кто устроил геноцид моего народа, и сына того, из-за кого я стал таким, — сняв полумаску, Верховный показал свое лицо. Проведя кончиками пальцев по лезвию катара, показал нанесенный на него яд, после чего, усмехнувшись обожженной половиной лица, он процедил:
— Вы не только уничтожили мой народ. Твой отец приказал своей адьютантке сравнять мой город с землей. Это ее плети оставили на моем лице и позвоночнике эти следы…
В этот момент из пепелища тяжелой поступью вышла, выжигая нападающих на нее культистов, женщина в красно-сером латном доспехе, обвешанном черепами. Сняв свою золоченую маску с синим камнем во лбу, она закричала, увидев того, кого не ожидала встретить:
- Бо'шал! Сын предателя, ты же был мертв! Я лично тебя прикончила в Крацпоре!
- Моя мучительница, ты тоже здесь. Замечательно! Кхирна предсказывала этот день, — засмеявшись, крикнул Верхновный, после чего добавил:
- На мой катар нанесен тот же яд, что когда-то убил великого Шадорнаала, твоего отца, Дейвенскард.
— Невозможно! Твои глупые предки — брасийцы истребили всех кабригари ради их яда — очень недальновидно, — процедила женщина в красном капюшоне.
— Почти всех, да, но не последнюю пару, — усмехнулся Верховный, после чего нанес еще один удар, отсекая правую руку императора.
Тот закричал от боли и пошатнулся, но не упал. После чего Верховный рассмеялся и цинично добавил:
— Ты будешь умирать дольше, чем твой отец, Дейвенскард. Я уже победил.
После этих слов он исчез в клубах дыма, но его ученики продолжали сражаться, командуя его армиями, с еще большим упорством и натиском дробя силы Союза Крови. Неожиданно для всех прогремел мощный взрыв. Император был рядом с эпицентром, и его отбросило на большое расстояние. Тех культистов, что не умерли после взрыва, добивали солдаты Союза: искаженные продолжали сопротивляться, но натиск войск Союза был сильнее. Взрыв разбросал армии культа и искаженных, разделив их, и битва продолжалась с новой силой. На стороне искаженных по прежнему было численное превосходство, но силами Союза командовал сам Серый владыка, который, несмотря на текущий в его жилах яд и отсутствие руки, поднялся и продолжал сражаться, используя остаточные силы своего меча — Алого жнеца. Враги — оставшиеся в живых культисты и мятежники — бежали без оглядки. Из последних сил Дейвенскард подошел к древнему пику, издревле являвшимся объектом поклонения перворожденному аспектралу — Кайару, которого почитали все перворожденные таллауры из его почти уничтоженного ордена Эмпиров.
Культ Верховного планировал осквернить Пики Ярости своей порченой магией и вернуть свою древнюю покровительницу Кхирну — падшего старшего аспектрала Смерти и Чумы. Дейвенскард, лишенный благосклонности своего покровителя, не отчаялся и решил пресечь попытку Слияния душ — ритуала, позволявшего соединить душу избранницы со множественной душой аспектрала. Но падший аспектрал мог поработить душу носителя.
Дейвенскард медленно шел по направлению к Пику и, упав на колени, закричал. От силы его крика на мече загорелись фиолетовый и желтый камни. Он взывал к своему покровителю:
- Ну и где твоя хваленая поддержка, а, Кайар?! — воин снял свой шлем и продолжил кричать:
— Где ты был, когда моих людей убивали орудия искаженных?! Где ты был, когда я едва не погиб?!
Неожиданно небеса раскрасились алым и воина накрыл мощный столб кроваво-красного света. Его глаза покраснели, и он услышал голос в своей голове. Пронзительный, божественный, он давил на сознание, и воин не мог ему противится: «Не тебе меня судить, Дейвенскард. Ты повел своих воинов на смерть сам!»
— Что?! Ты хочешь сказать, что бойня, случившаяся у этих древних пиков, произошла по моей вине? — разочарованно произнес Дейвенскард. — Ты не помог им даже тогда, когда искаженные вгрызались в их глотки, когда кровь лилась рекой, а теперь просишь тебя не винить?! Нет! Я буду тебя осуждать, имею право как твое воплощение!
«Чего ты от меня хочешь?! Я откликнулся на твои мольбы, Дейвенскард. Ты хочешь отомстить за своих солдат? Я помогу тебе», — рассмеялся Кайар.
- Да! Я хочу отомстить за своих людей, убитых этими тварями! — гневно закричал Дейвенскард.
После своих слов он встал и, волоча массивный алый клинок, пошел вперед, искрясь энергией своего божественного покровителя — Кайара. На противоположной стороне поля собрались объединенные силы культа и искаженных, жаждущих крови. Дейвенскард воззвал к силе меча и, превратившись в чародейский доспех с двумя парами сияющих глаз, с грохотом ринулся к ним. Шум его массивной чародейской брони и рев десармертов озарили начало новой битвы. Воин скомандовал женщине в красном капюшоне грозным металлическим голосом:
— Мирра, поднимай мертвых, их бой еще не окончен. Пора напомнить этим отродьям Падшего, где их место!
— Как прикажете, — таинственно ответила та, и ее глаза загорелись синим пламенем.
Мертвые поднялись и собрались в могущественную армию, которая готова была следовать за ней хоть на край света. Обожженные и разрубленные, без руки или с вырванным сердцем — все они готовы были сразиться вновь. Женщина с удовлетворением оглядела «плоды» своих трудов и громогласно закричала:
- Братья и сестры, ваше время погибнуть еще не пришло. Пора отомстить тем, кто вас убил, это ваш последний бой!
Армия мертвецов с яростным скрежетом костей, мечей и топоров бросилась на армию культистов и десармертов, и вновь кровь полилась рекой. Но на этот раз победа была на стороне мертвой армии. Искаженные падали разломанными куклами под натиском восставших. Дейвенскард с Миррой сражались бок о бок, искры от смешавшихся божественной магии и магии мертвых разлетались в стороны, не давая людям культа нарушить страшный ритуал. Алые нити смешивались с зелеными, где-то сплетаясь в узоры, а где-то смешиваясь в грязно-коричневые кляксы. По мере увеличения вливания силы от колдуньи, мертвые воины слабели и слабели, но их помощь была больше не нужна. Самые стойкие добивали убегавших искаженных, разваливаясь по пути на комья земли. Слабые полегли, и только еле заметное зеленоватое мерцание выдавало подпитку их силой. Люди культа понимали, что им не выстоять и в бесполезных попытках предотвратить ритуал не было смысла, но их подстегивала воля Сильнейшего.