В поисках выхода (СИ)

А нам как раз пленный бы не помешал. Я, правда, не в той форме, чтобы в рукопашной с кем-то сойтись, так что не очень понятно, что делать. Выполз из туалета. Ночью тихо, так что любой шорох мог меня выдать. Хорошо, что Восприятие отлично помогало обойти обильно рассыпанный на полу мусор. Первым делом помахал рукой, привлекая внимание Крапивы. Надеюсь, она включит Восприятие и увидит. Да, заметила. Я приложил палец ко рту и показал жестами, что двигаюсь в комнату. Надеюсь поймёт, что не надо шуметь. Предупредив девушку, переключил внимание на гостя.
Диверсант приблизился к стене и встал. Сейчас ни из какого окна его нельзя было заметить. Боец стал аккуратно красться в сторону лестницы, которая была у окна в комнате, которую защищал я.
Я быстро прополз к спуску в подвал и прошептал:
— Крапива, у нас гости. Попробую его ранить и взять в плен.
— Осторожнее!
— Хорошо, — я пополз к входу в комнату.
Диверсант тем временем не спешил. Он не стал сразу лезть в окно по лестнице. Вместо этого он аккуратно встал на цокольный выступ и заглянул на пару мгновений в комнату. Фиговина, прикрывающая его глаза, не могла быть ничем иным, кроме как прибором ночного видения. Диверсант спустился на землю и двинулся к лестнице. Ага, значит собрался в дом. Я как мог тихо пополз внутрь комнаты, прикинул, что он увидит, когда залезет внутрь, и спрятался за спинкой кровати.
«Гланда, мне нужна скорость! Помогай» — послал я запрос, и тут же почувствовал себя бодрее. Не знаю, насколько я стал быстрее, но будем надеяться, что не облажаюсь.
Диверсант практически приклеился к лестнице, немного поднявшись, он снова осмотрел комнату и начал продвигаться к окну. В правой руке он держал пистолет. Движения человека были плавные и очень аккуратные. Пролезая в оконный проём, он не сделал ошибки предшественника и не убрал оружие в неправильное положение. Дверь он постоянно держал под прицелом. Вот он встал на подоконник и бесшумно сошёл на пол, после чего осмотрелся и медленно и осторожно направился к двери. Я сидел от него по правую руку, скрючившись за не такой уж и широкой спинкой кровати. Стоит ему пройти вперёд, как он меня увидит. Два метра, метр. Надо действовать.
Я перестаю дышать. Поскольку диверсант держит пистолет перед собой, то первое, что я увижу, это либо нога, либо сам пистолет. Выстрел в ногу гарантированно ранит, но не гарантированно выведет человека из строя, я вполне могу схлопотать пулю в ответ. Значит надо стрелять в сам пистолет. Это обезоружит и возможно покалечит руки моего гостя. Блин, попасть в пистолет… Ладно…
Вот появляется нога, вот пистолет. Выстрел! Попал!
Солдат отшатнулся, застонав от боли. Я успел заметить, что я сильно повредил ему указательный палец. Ну как сильно… Оторвало его пулей нахрен. Восприятием наблюдаю, что он пытается перехватить другой рукой оружие, чудом не вылетевшее из рук, поднимаюсь из-за спинки кровати и негромко говорю:
— Бросай пистолет.
Стараюсь, чтобы моя голова не высовывалась выше подоконника. Он подчиняется.
— Толкни пистолет ногой вперёд.
Подчиняется.
— Ложись на пол.
Лёг. Я гуськом спиной вперёд пячусь к двери. Последний раз так ходил несколько лет назад на гимнастике. Всегда считал это очень странным и глупым движением, а вот пригодилось. Выхожу из комнаты, подбираю пистолет.
— Ползи сюда.
Пленный, опасаясь правой рукой касаться пола, пополз вперёд. Когда он оказался в гостиной, откуда до входа в подвал было всего несколько метров, то с удивлением обнаружил высунувшуюся оттуда Крапиву с пистолетом в здоровой руке.
— У нас гости, Ка.
— Незваные.
— Снимай с себя всё, раздевайся до трусов, — приказал я, когда пленник спустился в подвал. — Потом мы тебя перебинтуем.
— А чего сразу не убили? — мрачно поинтересовался наш пленник.
Я наконец смог его рассмотреть получше. Щетина, правильные черты лица, возраст чуть за тридцать. Телосложение худощавое, рост невысокий. Форма скрывала телосложение, но, если вспомнить его ловкие перемещения, то перед нами непростой солдат.
 
— Хотим пообщаться. Ты заложник, — просветил я его.
— Охренеть, — невесело прокомментировал наш пленный, начав стаскивать с себя жилет. — Вы кто такие вообще?
— Вот видишь, и вопросы у нас похожие друг к другу. Только ты первый отвечай. Вы кто такие вообще?
И без того мрачный мужик насупился ещё больше и ничего мне не ответил.
— Это какая-то тайна?
— Военная, — буркнул пленный.
— А что не тайна? — поинтересовался я. — Сколько ваших уже погибло? Пять? Шесть? Мы вам ничего не сделали. Это вы разбой устроили. Так у нас тут всё к встрече остальных гостей готово. Я последнее время сторонник теории, что душа бессмертна, но проверять это мы будем на вас. Давай, рассказывай, кто вы такие и чего от нас надо.
— Я ничего не скажу, — решительно посмотрел на меня солдат. — Да и зачем? Вам всё равно конец.
— С чего ты взял?
Солдат задумался. Потом поднял на меня глаза и вдруг как-то весело сказал:
— С того.
До меня дошло. Нас сейчас атакуют, а этот товарищ просто тянет время.
— Ка, забирай оба пистолета, потом отдохнёшь, сейчас начнётся атака. Он просто тянет время.
Я быстро снял кобуру и передал девушке
— Да, я тоже уже поняла, — Крапива пристроила пистолет на пояс.
— Они разве не попробуют насчёт тебя договориться? — поинтересовался я.
Пленник просто пожал плечами. Чего-то он тянет, с раздеванием. Я «присмотрелся» Восприятием. Чёрт! Он гранату одной рукой уже почти выковырял из подсумка, делая вид, что ему неудобно снимать жилет с пораненной рукой. Я же отдал пистолет Крапиве, и никакого оружия в руках не держал.
— Ка! Стреляй!
«Стреляй» можно было не кричать. Выстрел прозвучал уже на «Ка!». Пуля ударила в шею солдата и раскрошила позвоночник. Умер мужик практически мгновенно. Я поспешил к дробовику и карабину. Вооружился. Также подобрал трофейный пистолет. Такого у бандитов не было. Вытащил магазин, ага полный, восемнадцать патронов. Пистолет был на вид потолще, чем те, которыми пользовалась Крапива, хотя патрон был тот же. Я подошёл к трупу и вытащил из подсумков четыре гранаты и ещё два снаряжённых магазина к пистолету.
Запихал магазины в карманы. Кобуру снимать не стал, так как долго, а времени у нас вряд ли много. Пистолет оставил в руке. Разобрался с предохранителем.
— Они скорее всего опять начнут с гра…
Бах-бах-бах! Договорить я не успел. Забахали гранаты. В доме начался хаос. Я подошёл к лестнице, но Крапива молча меня отодвинула и встала первой. Ладно, будем считать, что я ей спину прикрываю. «Гланда! Сейчас на максимум!» Пришёл отклик, что, мол, будет сделано, но на былую скорость и мощь я могу не рассчитывать.
Загрохотали взрывы ручных гранат. Ага, вот и закидыватели. В дом ворвались с трёх сторон — в дверь и в окна.
Одновременно с открывающейся дверью Крапива подскакивает вверх по лестнице и делает два выстрела, тут же проваливается вниз и по стене поверх наших голов стучат пули короткой очереди.
— Они в подвале в углу кухни! Саня, от тебя слева! Там проём в полу примерно метр на метр! Жека ранен! — описывает наше укрытие и результат работы Крапивы солдат, который стоит в дверях и держит на прицеле автомата спуск в подвал.
Я отодвигаю Крапиву и встаю у лестницы. Как удачно я пленного взял. У меня в руках граната с вытащенным кольцом. Солдат, который приближается из комнаты достаёт гранату и готовится кинуть в наш угол из-за угла. Готовится он недолго, две секунда и граната летит в наш угол. Я уже вижу, что она не попадает в не такой уж маленький проём. Жду. Сдвинувшись от лестницы так, чтобы не попасть под осколки. Боец, который стоял в дверях и кричал про подвал, скрывается за углом. Две секунды, три… Взрыв! Я тут же поднимаюсь по лестнице и кидаю свою гранату в сторону двери. Мне даже высовываться сильно не надо — над полом показалась только моя рука. Граната не летит, а скорее катится. Залетевшие сразу после взрыва в помещение солдаты не сразу замечают небольшой предмет под ногами. Один замечает и поворачивается бежать обратно, другой успевает выпустить очередь в сторону подвала. Ещё двое только успевают выбежать из-за их спин. Взрыв! Четыре тела получают удар взрывной волной, очень надеюсь, что и осколками тоже, и падают.