В поисках выхода (СИ)

— Ладно, давай грузить. День, конечно, насыщенный получился.
Когда мы перекидали всё из Форестера в огромный багажник Лэнд Ровера и ехали обратно к базе Кадиллака, я спросил:
— А что ты вспомнила сегодня?
— Ничего особо нового. Ещё один сеанс промывания мозгов почти разобрала, как меня этот ублюдок отвлёк.
— Кстати, про ублюдков. Не хочу искать хорошее в той куче дерьма, которую они собой представляют, но кое в чём они помогли. У тебя запустились способности. Ты отбила брошенный нож мачете. Обычный человек не смог бы этого сделать, — то, как она под ускорением рубила бандиту голову, я решил не упоминать.
— Да, я почувствовала что-то, но мне это кажется нереальным.
— Это результат внушения. Все проявления способностей должны казаться тебе нереальными и сомнительными. Разберёшься. Главное, тебе это доступно.
— Мне было страшно.
— Мне тоже. Мы выкрутились, но надо срочно становиться сильнее. Очень не хочется снова попадать в такие ситуации.
— Да, я понимаю. Надо становиться, согласна, — Крапива замолчала, и какое-то время мы ехали в тишине. Крапива молчала всю дорогу до дома бандитов. Остановив машину и заглушив мотор, она повернулась ко мне. — Мне надо привыкнуть к новой жизни. Принять её. Я уже поняла, что ты был прав в том, что похитил меня и увёз, прав, что уговорил начать вспоминать, но у меня оставалась надежда, что это приключение кончится, и я вернусь к привычной жизни. Ну да, что-то сделали с моими воспоминаниями, но я думала, что смогу вернуть память и продолжить обычную жизнь. А сейчас понимаю, что ни к какой обычной жизни я не вернусь. Если я вся такая необычная, то откуда же тогда взяться обычной жизни? Надо принять это.
— Да, надо. В чём-то мы необычные, в чём-то обычные. Нас втянуло в игру, правил которой мы не знаем. Наш общий стратегический план такой: а — узнать правила этой игры, б — выиграть.
— Я уже соскучилась по твоим планам из двух пунктов, — улыбнулась девушка. — Но этот мне нравится. Он всё-таки лучше, чем твои обычные в стиле: а — попробуем, б — теперь как-то надо выкрутиться.
— Ты что-то вспомнила ещё про наши с тобой приключения?
— Нет, я вспомнила, про то, как ты действуешь по жизни. Я же тебя с четырёх лет знаю. И, что странно, обычно тебе даже этих пунктов достаточно, чтобы выкрутиться в любой ситуации. Так что поддерживаю.
— Спасибо! Тогда сейчас выгружаемся. Ты вещи заноси в дом. Сама определи комнаты, где мы будем жить, а я займусь трупами. В общем, ты внутри хозяйничай, а я снаружи осмотрюсь.
— Ладно.
До конца дня я занимался тем, что прятал трупы. Хорошо, не пришлось яму копать. Нашёл упавшее дерево. Оно не сломалось, а вывернуло корень из земли, и в этом месте образовалась не очень большая яма. Отнёс туда тела. Перед этим снял с них всю одежду и сжёг. Засыпать не стал. Тут же мишки ходят. Шанс, что не отроют, невелик. Да и рука правая не действует.
В сумерках пришёл в дом. Поели. Общались мало, каждый думал о своём. Обсуждать планы с Крапивой было преждевременно, ей всё ещё предстояло очень многое вспомнить. Единственное, что решили, это побыть ещё какое-то время в этом доме. Сами бандиты никаких случайных людей тут не ждали, значит есть большая вероятность, что никто сюда в ближайшие дни не пожалует.
— Какие ты нам комнаты выбрала? — поинтересовался я у Крапивы, когда мы пили чай.
— Себе спальню на втором этаже, тебе кабинет там же. Там диван удобный. Или ты на постели хочешь спать?
Ещё не настало время шутить на тему, в какой постели я хочу спать, но я обратил внимание, что Крапива расположила нас подобно тому, как это было на базе «Удочка». Не буду ни спорить, ни комментировать.
— Я видел диван. Очень удобный. Мне в самый раз!
Девушка серьёзно посмотрела на меня и вздохнула.
— Врёшь.
— Не сильно. Этот диван, возможно, не самый удобный, но он точно самый близкий к тебе, а это сейчас важно. Так что меня точно всё устраивает. Сейчас вру?
— Сейчас не врёшь, — улыбнулась Крапива. — Я там всё бельё поменяла, так что можешь спокойно ложиться. Надо, кстати, с электричеством тут разобраться. Оно, вроде, должно быть, но его нет.
 
— Это уже завтра. Тут генератор в подвале. Я в них, к сожалению, не очень соображаю. С утра буду разбираться. По идее всё просто, но сейчас в темноте не хочу ковыряться. Опять же оружие надо будет всё рассортировать.
— Хорошо.
— Тогда пошли отсыпаться.
— Ты иди, я снаружи побуду.
— Да я тоже не очень спать хочу. Пошли на крыльце посидим. Я ещё чаю попью, ты покуришь. Ты не против моей компании?
— Пошли. Не против, — Крапива пошла к выходу.
Я набрал на тарелку печенек, налил себе большую кружку чая и присоединился к девушке, которая сидела на верхней ступеньке крыльца и курила. Я сел рядом, но не вплотную, а поставив между нами чашку и тарелку с печеньками. Пока я ёрзал и устраивался, девушка молчала, но стоило мне взять чашку в руки, как Крапива повернулась ко мне и пристально глядя в глаза спросила:
— Маугли, а вот как ты видишь в принципе жизнь супермена в России? Вот, например, научишься ты летать, ускоряться, прожигать взглядом дыры в стенах, станешь неуязвим, и что дальше?
— Ну, во-первых, я не буду спешить всем и каждому рассказывать обо всех своих способностях, во-вторых… — я задумался, но потом понял, что знаю, что ответить. — Во-вторых, я буду либо с кем-то или чем-то бороться, либо кому-то или чему-то помогать. Мне очень понравилась стройка. Вот ничего нет, а вот мы поработали и в результате стоит здание. Я, правда, больше по реставрации, но и с нулевого цикла здания ставил немного. Очень странно, что практически все положительные супергерои что-то разрушают, ну если судить, как это представлено в культуре. А почти все злодеи что-то создают. Что-то плохое — вирус, бомбу, страшный механизм, огромную организацию — но создают. Да, они создают что-то, что поможет им разрушать, но меня смущает, что хорошие герои не создают ничего в принципе. Ну, может и есть исключения, но немного. А мне хотелось бы как-то все свои способности использовать, чтобы что-то создать. Хотя не очень я вижу, как мои способности можно применить для создания, но мне интересно. С другой стороны, я готов и противостоять кому-то. Кому — сам не знаю, но чем больше я знаю о себе и об окружающем мире, тем больше нахожу уродов, с которыми надо что-то делать. В общем, план мой пока тот же: понять правила игры и выиграть. Но для меня выиграет не тот, кто останется жив, а кто достигнет своей цели. А у меня пока и цели-то нет. Только подцель — выжить и помочь тебе вернуть память. Как-то так.
— Не смотрела с этой стороны, — Крапива, какое-то время обдумывала мои слова. — А ведь в большинстве сказок, фильмов и комиксов действительно так: супергерой разрушает злодея, который создаёт что-то плохое, но нет историй, как кто-то стал супергероем и взял и создал что-то хорошее. Просто взял и создал. Не вопреки злодею, а просто так. Что-то супергеройское.
— Вот и я о том же. Но главное в принципе не забывать о том, что способности — это не только разрушить, но и создать. А то всё, что с нами происходит, как-то не способствует никакому созданию. Вот я, например, только и успеваю ворогам шеи сворачивать, а стройку прогуливаю. Поэтому супергероев во всех книгах и не любят. Что-то создать могут обычные люди. Построить огромный дом, создать интернет, заводы, самолёты, пароходы. А супергерои считаются супергероями только потому, что способны всё это разрушить. Нигде не читал и не смотрел, чтобы супергерои использовались для созидательных целей. Максимум для защиты. Любой супергерой — это потенциальная угроза. Поэтому их, или уже нас, будут бояться. И это придётся как-то решать. И первое решение, возможно, временное, — это не афишировать свои способности.
— Тут соглашусь. А что же можно создать с помощь суперспособностей? Вот, хотя бы твоих?
— Ну, честно, ещё не думал. Разве я нескольких человек, занимающихся физическим трудом, смогу заменить. Но если меня подучить, я диагнозы смогу ставить, а если прокачать Восприятие, то, возможно, и лечить. Как сканер могу работать. В медицине это можно применить. В общем, созидательный эффект не впечатляет, а вот разрушительный уже сейчас вызывает уважение. Могу понять имперцев с их паранойей в отношении Рангов.