В поисках выхода (СИ)

— Я волнуюсь, поэтому глючу. Извини. Конечно, ты прекрасная и юная, а я просто раненый. В общем, слушай, — я замолк, собираясь с мыслями. Волнуюсь всё-таки.
— Словом недобрым ты можешь обжечь,
Больней, чем углём раскалённым.
Сталь твоих глаз может душу рассечь –
И ране не быть исцелённой.
Ярость способна лёд в пар превратить,
Улыбка вулкан заморозить.
Мне это видеть — как заживо гнить,
Спасенья нет даже в наркозе.
Но я буду рядом, я не уйду,
Пусть на агонию жизнь здесь похожа.
Я знаю шипов твоих остроту,
Но это доспехи… — я замолчал выжидательно глядя в тёмные из-за крови, почти чёрные, но при этом яркие глаза.
— Не кожа, — прошептала Крапива. Она долго смотрела на меня, потом тихо сказала, — ты не враг мне.
— Не враг.
— Ладно, не враг, пошли, я тебе есть наложу, — быстро отвернулась Крапива.
— Пошли.
Есть левой рукой, пить левой рукой, чистить зубы левой рукой — вот это тренировочка отстающей в развитии группы мышц! Но ничего, справился.
Крапива взяла кофту и пошла на своё «рабочее» место. Я остался сидеть на крыльце один. Так, получается, мои боевые способности заточены под совсем другой уровень развития тела. Да, надо как-то эволюционировать. Убивать, проникая Восприятием в тело, я могу, а как насчёт лечить? Вот и проверим.
Я сосредоточился на руке, наблюдая за процессами, которые проходят в теле. Сконцентрировался на процессе заживления и сращивания костей. Если я пойму, что происходит, то, возможно, смогу на это повлиять. Я увидел, что несмотря на осторожное обращение с рукой, концы кости немного сместились, и если так оставить, то срастётся всё неправильно. Я «надавил» на кости так, чтобы они максимально точно сошлись концами. Получилось. Потом я долго смотрел на то, что происходит с движением жидкостей в местах соединения обломков. В итоге примерно понял, как идёт процесс, но как сознательно повлиять на него, было непонятно. Я дал кости команду «срастайся», но особого эффекта не заметил.
Вспомнил, что тела на этой планете «бракованные», или, более точно, «заблокированные». Судя по тому, что я читал о био-теле во время пребывания на базе имперцев, оно имеет огромный потенциал в плане жизнеспособности и прочности. Но как эти блокировки обойти, я не знал. Никакого пульта управления телом не было. Тем не менее я помнил, что тело — это совокупность систем, которые работают в комплексе. Я сосредоточился на крупных нервных каналах и, вложив кучу мысленных сил, послал мысленный импульс «помогай!».
Дважды Дебил!!! Орден дебила второй степени!!! На мой мощный приказ нервы прореагировали мощным всплеском энергии, который привёл к спазму всех мышц тела.
Всех, сука, мышц.
Понемногу я отошёл от шока, встал с земли, где оказался валяющимся в судорогах, скатившись с крыльца. Хорошо, не заорал, было бы перед Крапивой стыдно за очередную глупость. Проверил руку, которую я так активно «лечу». С ней, как ни странно, всё оказалось в порядке, кости не сместились. Видимо, хорошо забинтовали. Блин, ладно, если не нервы, то что мне поможет. Мышечные и фасциальные связи казались тут немного не в тему. Все-таки перелом кости. Самое логичное — это эндокринная система, она улучшает или ухудшает обмен веществ, а мне сейчас нужен интенсивный восстановительный обмен веществ. Как обратиться-то к ней?
Я охватил вниманием, все известные мне железы и не скомандовал, а спокойно сказал «помогай». Что-то произошло. Был какой-то отклик, что-то произошло, но я так и не понял, что. Я повторил «помогай». Что-то опять произошло. Больше всего похоже на то, что кто-то спит и ворчит, что его будят. Пришла эмоция «отвали». Поскольку ничего болезненного не происходило, я как можно чётче проник Восприятием внутрь каждой клетки каждой железы и резко послал мощный мысленный импульс «ПРОСЫПАЙСЯ!».
Что-то произошло. Что-то, сука, произошло. Но я не знаю, что, так как отрубился напрочь. Не быстро заснул, а снова упал на землю без сознания.
  
Глава 6
 
6
Проснулся я в печали.
 
Причина печали была не в том, что проснулся я не в доме, а на природе у костра. И костёр, который грел меня всю ночь, тоже не мог быть причиной моей грусти. И тем более Крапива, которая спала в кресле по другую сторону от костра.
Даже отчётливый запах дерьма не вызвал бы у меня никаких негативных эмоций. Но когда источником этого запаха являешься ты сам, то жизнь выглядит очень печальной.
Посмотрев Восприятием, я лишь подтвердил свои худшие подозрения. Мой кишечник явил миру своё содержимое, штаны при этом остались на мне. Ужасно.
Сканирование тела никакой особой информации не дало. Проверил руку. А вот тут были странности. В местах, где соединялись обломки костей теперь была не кровавая кашица, а более плотная ткань. Не кость, но и не кровь. Что-то типа соединительной ткани. Рука болела, но не сильно. Очевидно, что регенерация проходит весьма успешно. Я постарался тихо встать, чтобы не разбудить Крапиву. Вроде, получилось. Судя по положению солнца, сейчас раннее утро.
Я прокрался мимо Крапивы в дом, взял чистые трусы и штаны и пошёл к ручью. Спустившись, к воде, я начал раздеваться. Одной рукой снимать с себя вещи было очень неудобно. Собственно, всё, что происходило потом, тоже было очень неудобно. Я помылся в ледяной воде, потом кое-как постирал вещи, потом вылез на берег и оделся. Действия простые, но без помощи правой руки превращаются в продвинутые гимнастические упражнения. Для человека, умудрившемуся за один день дважды выполнить норматив мастера спорта по глупости, эти сложности — достойная награда.
Наверх я поднялся замёрзший и злой.
— Юный прекрасный рыцарь, не поведаете ли симпатичной девушке, что за недуг случился с вами намедни, — меня встретил звонкий весёлый голос.
— Вчера был день экспериментов. Ты наблюдала результат одного из них. Не самый удачный, кстати, результат. Расскажи хоть, что было вчера?
— Я после очередного погружения в недавнее, очень, кстати сказать, интересное прошлое, подошла крыльцу и увидела тебя, храпящего и пускающего слюни. Ну, и не только слюни ты пускал. Ты выпустил из себя всё, что можно выпустить, при этом спал и не просыпался, несмотря на мои попытки тебя разбудить. Сильно тормошить тебя я не хотела, да и в доме такой источник вони помещать было бы неправильно. Я тебя подтащила сюда. Опасным твоё состояние не выглядело, ты просто спал и при этом громко храпел. Ночью было холодно, поэтому я развела рядом с тобой костёр, ну и сама тут устроилась, чтобы последить, вдруг, ты ещё какой эксперимент затеешь. А теперь ты расскажи, что было вчера?
— Я хотел подлечить руку, и, несмотря на ужасающие аэро-эффекты и репутационные потери, это удалось.
Я рассказал про то, как перед экспериментами с эндокринной системой пытался что-то сделать с нервной. Потом про попытки разбудить непонятно что. Собственно, и всё. Рассказ был недолгий.
— Ну, а с рукой в итоге что?
— Место перелома зарастает очень быстро.
— А какие-то ещё изменения есть?
— Не знаю. Придётся разбираться. Но теперь я буду очень осторожен.
— Насчёт «очень» ты соврал.
— Да? Это значит, я даже сам себе вру. Когда-нибудь надо подумать об этом. Ну а ты как? У тебя какие новости?
— Слушай, а у тебя только чай или ещё и кофе есть?
— Только чай.
— Тогда пошли в дом, ставь чай, а я расскажу, что там у меня, — отношение Крапивы ко мне заметно потеплело. Это радовало.
Мы пошли в дом. Только чай готовить пришлось самой Крапиве. Я со своей рукой больше мешался.
— В общем, я вспомнила с чего началось наше сотрудничество. Ты на моих глазах убил трёх человек, которые странным образом парализовали нашу волю. Но твою, видимо, не до конца, раз у них ничего не получилось. Вспомнила, как мы помирились, как ты топил трупы, как я покупала мешки. И вспомнила, что у меня тоже были способности. Примерно, как у тебя. Но сейчас их нет. Я не чувствую ничего такого. Потом не помню, как, но мы очутились в странном месте, где мне в мозги закладывали много всякой фигни. Собственно, именно всякие внушения на тему, что и как мне думать, что мне нравится, а что не нравится, я и вычищала до тех пор, пока не решила закончить. Затем пошла к дому, а там юный и красивый рыцарь…