Счастливый торт Шарлотты (СИ)

— Мередит, если хочешь — пойдём со мной, посмотришь. Может, что-нибудь придётся исправить, подскажешь.
— Госпожа Шарлотта, я никогда не видела невесту в белом платье, и не слышала, чтобы шили наряд к свадьбе специально. Обычно выбирают просто самое красивое из того, что есть. Но вы необыкновенная, вы можете себе позволить даже моду ввести.
Я рассмеялась.
— Ты очень сильно преувеличиваешь, моду на белые свадебные платья введу точно не я. Но мне платье очень нравится.
Оно получилось такое, как я и задумывала — похожее на белое облако. Рукава были схвачены в двух местах голубыми лентами. А волосы я решила убрать жемчужными нитями.
Торт мы с Мередит тоже задумали в бело-голубом цвете. А украшением зала станут голубые гортензии, которые в изобилии цвели в замке Чарльза. Мы планировали поехать за ними вместе.
— Госпожа Шарлотта, его светлость закончили с примеркой, портниха ждёт вас.
— Пойдём, Мередит, — заторопилась я, — не стоит задерживаться, у нас много дел
* * *
За два дня до свадебного приёма приехали Гвендолин с Дилвином. Я в приглашении попросила приехать их раньше, чтобы пообщаться подольше с любимой подругой.
— Дорогая, я рисковала начать рожать в дороге и приехать к вам уже с малышом, — смеясь, обняла меня подруга, — ты выглядишь просто чудесно, прямо светишься! Если бы вы были уже женаты, я предположила бы, что ты беременна.
Я подумала про себя, что такая возможность существовала, но при Дилвине откровенничать не стала.
— Гвен, не выдумывай, тебе еще рано, мы можно сказать, поэтому и поспешили со свадьбой, чтобы вы успели- пошутила я.
Эти два дня мы, с Гвендолин говорили, казалось, круглосуточно. Хотя у меня здесь была Мередит, но по подруге я очень скучала.
Когда Гвен узнала, что мы с Чарльзом уже живём вместе, как муж и жена, она засыпала меня вопросами, ей было интересно буквально всё.
— Ты знаешь, а я не удивлена, — заявила она, — у герцога второй брак, вы живёте в одном месте, я бы тоже не устояла. Сейчас Дилвин осторожничает, спит в отдельной спальне, — вздохнула она.
— Это абсолютные предрассудки, Гвен, вам вполне можно спать вместе.
— Я тоже так думаю, но его невозможно переубедить. А может, я не нравлюсь ему такая? — высказала она свои опасения.
— Этого не может быть, милая, ты стала еще красивее! — попыталась я её успокоить, — однако, нам сегодня следует спать пораньше.
— Да-да, завтра ты должна быть свежей и отдохнувшей, пойдём.
Я вошла в нашу с Чарльзом спальню. Он уже готовился ко сну.
— Маркиза, — улыбнулся он, — сегодня твоя подруга отпустила тебя ко мне пораньше?
— Через несколько часов ты уже сможешь называть меня герцогиней, я пришла специально пораньше, чтобы успеть напомнить тебе об этом.
Он протянул руку и привлёк меня к себе.
— До сих пор не верю. Столько всего происходило, что могло навсегда разлучить нас, а мы вместе.
Я смотрела в любимое лицо и тоже хотела поверить, что мы всё преодолели.
— Я тоже не верю, что уже завтра стану твоей по-настоящему.
— Ты и сейчас моя по-настоящему, — прошептал он, касаясь губами моего виска.
— Ваша светлость, я вас тоже очень люблю, — ответила я тоже шепотом и почувствовала уверенность в том, что уже никто и ничто не сможет нас разлучить.
Я проснулась очень рано, Чарльз еще спал и я долго рассматривала его мужественный профиль. Сейчас я даже не могла себе представить, что когда-то любила кого-то другого. Чарльз был единственным в мире для меня. Во всех мирах.
Ресницы его дрогнули, он повернулся ко мне и обнял, не открывая глаз.
— Доброе утро, герцогиня, — пробормотал он сонно.
— Пока еще нет, — ответила я и с сожалением выпуталась из его объятий, — и если мы не начнём вставать и готовиться, рискуем опоздать на собственную свадьбу.
— Да, было бы жаль пропустить это событие, — подтвердил Чарльз с комично серьёзным лицом, — хотя, мы могли бы чуть-чуть задержаться и…
— Нет, любовь моя, с сегодняшнего дня мы будем делить брачное ложе на законных основаниях, — я показала ему кончик языка и поспешила встать с постели. В самом деле нужно было торопиться — было слышно, что начинают подъезжать гости.
 
— Иди к себе скорее, мне дольше собираться, ты можешь уже начинать встречать гостей.
В дверях Чарльз столкнулся с горничными, которые пришли помогать мне готовиться.
После того, как я приняла ванну, одна из служанок занялась моими волосами, а другая стояла наготове с платьем, с любопытством разглядывая его.
— Госпожа Шарлотта, платье прелестное. Такое необычное и нежное.
Голубые ленты так к глазам подходят. Его светлость уже видел его?
— Нет, платья он не видел, я попросила его не проявлять любопытства, каждая невеста хочет, чтобы подвенечное платье жених увидел на ней только в день свадьбы.
Надев свой наряд, я убедилась, что выгляжу в нем просто волшебно. Фасон немного напоминал греческий, талия была чуть завышена.
Я волновалась, но не очень сильно, просто сердце билось чуть чаще. Немного замедлив дыхание, чтобы чуть успокоить его, я присела на кушетку, ожидая, когда распорядитель позовёт меня.
Зал в украшенном виде я еще не видела, специально попросила сделать это ночью, чтобы созданная праздничная атмосфера была и для меня тоже.
Кстати, уговорила меня на это Мередит, и сейчас я была очень этому рада, предвкушая это нежно-голубое великолепие. Украшение зала тоже не было здесь в ходу, поэтому гостей тоже ожидал сюрприз.
— Госпожа Шарлотта, пришел распорядитель, все вас ждут, — заглянула служанка.
Я встала и только сейчас почувствовала сильное волнение. В голову полезли всякие мысли — Сайорис, Бронуин, Мэбон. А вдруг кто-то из них захочет сорвать наше бракосочетание? У меня вспотели ладони и я на минуту ощутила настоящую паническую атаку. Кое-как справившись с ней, я вышла из своих покоев и пошла за распорядителем. Чтобы успокоиться, я представила лицо Чарльза в те моменты, когда мы были одни, то, с какой любовью он смотрел на меня и постепенно страх отступил. Он не допустит, чтобы нам что-то помешало сегодня.
Зал утопал в цветах — голубые гортензии и бледно-розовые розы чудесно сочетались. Свадебная арка была украшена ими.
Гости стояли по обе стороны от прохода, громко восхищаясь окружавшей их красотой. Я сделала шаг вперед и постепенно смолкли голоса, невесту в белоснежном воздушном платье им еще не приходилось видеть.
Глаза Чарльза горели восхищением и я пошла к нему проходу, сжимая в руках свадебный букет, что тоже было чем-то новым и необычным. Как говорила Гвендолин о своей свадьбе — главное, чтобы о ней говорили до следующей свадьбы. О нашей с Чарльзом говорить точно будут, подумала я.
Так через час или около того я стала герцогиней, леди Корнуолл.
Поздно вечером мы оставили гостей и удалились к себе.
— Что ж, герцогиня, я был счастлив присутствовать на нашей с вами свадьбе, — прокомментировал Чарльз.
— А я ожидала услышать что-нибудь более романтичное, что достойно первой брачной ночи, хотя она у нас и условная. Я заметила разочарование на лицах некоторых гостей.
— Прости, я исправлюсь, — Чарльз встал на одно колено и поцеловал подол моего платья, словно флаг, — теперь я мечтаю только об одном — чтобы нам было отведено как можно больше дней вместе, долгие-долгие годы, наполненные счастьем.
— А что бы сейчас хотел услышать от меня? — я опустилась рядом с ним.
— Я бы хотел услышать, что ты ждёшь ребенка, — признался он.
— Ну пока я не могу тебя этим обрадовать, — ответила я, — но с нашим усердием это произойдёт быстрее, чем ты думаешь.
 
Чарльз подхватил меня на руки и понёс к постели.
— Тогда начнем.
После свадьбы я вплотную занялась сетью кондитерских. Пока что составлялись расчеты и рассылались письма владельцам земель, на которых мы хотели бы разместить наши “Счастливые тортики”. Я попросила Чарльза помочь мне с полным техническим описанием нашей пекарни, решив, что лучше построить сразу по уму, чем переделывать.