Это было в Китае (СИ)

Я не понимал, как это так получилось, что он со мной сделал, но это.. было так потрясающе прекрасно, что я безумно захотел еще.
– Тебе хорошо? – жарко и самодовольно спросил Фостер, снова принимаясь касаться моей щеки губами и опускаясь ниже, к шее.
Он продолжил трогать меня там, внутри, а я лишь молча закивал, не заботясь о том, видит он меня или нет. Ах.. позор мне, но сделай же так еще, я так хочу еще..
Это что получается, мне.. стало нравиться? Теперь я смущенно дернулся в обратную сторону, когда эта вспышка удовольствия меня отпустила, и я снова ощутил в себе его пальцы сполна, но Фостер не заставил долго ждать. Он нащупал ту самую точку снова, и я протяжно вскрикнул, выгнувшись и вцепившись в его плечи пальцами изо всех сил, что во мне еще были. Это просто волшебно, так сладко, и моя рука нетерпеливо скользнула к члену, тут же накрывая сверху неторопливые пальцы Тома и ускоряя темп, но он остановил.
– Подожди уж, – с коварством усмехнулся парень, и я нетерпеливо нахмурился и даже обозленно захныкал. – Рано.
Он легко чмокнул меня в губы и вдруг добавил еще и третий палец. Боже.. Я сейчас умру. Был бы здесь свет, я давно бы скончался, стыдно и.. возбуждающе.
Фостер вовсю трахал меня пальцами, которые скользили во мне уже почти что свободно, и я на задворках сознания позорно мечтал, чтобы он трогал там еще и еще. Боль и это неприятное растяжение дырки мучительно давили меня на дно, а сомнительное, но все равно обладающее своей нерушимой силой удовольствие спасительно тянуло меня обратно. Его стоны, раздающиеся практически рядом с моим ухом, ласкали мой слух, я снова весь горел, пылал, мне кричать в голос хотелось и.. снова же вытолкнуть его пальцы.
Все равно стремно, как ни крути. Это что-то чужое, и этого там ни в коем случае быть не должно. В прошлый раз я так был шокирован, когда он рассказал мне о том, что он со мной, пьяным, делал, и я же стонал.. блин, это же действительно так и могло быть.
– Фостер.. – взволнованно и в то же время интимно низко выдохнул я и еще шире развел колени, приподнявшись с шумным выдохом.
Губы пересохли, пальцы дрожали, и спина уже вспотела от моего напряжения, но я хотя бы перестал сжиматься, чувствуя, что так действительно становится легче, и я даже привык, не испытывая особого дискомфорта.
Вскоре пальцы исчезли, и я молниеносно испытал резко контрастирующее чувство опустошенности, растянутые стенки не могли сомкнуться так же плотно, как и раньше, и это меня угнетало своей ненормальностью и неприличием. Снова откинувшись на подушку, я закрыл глаза и тщетно попытался расслабиться, до умопомрачения боясь того, что будет дальше. Дрожь разящим холодом прошлась по моей влажной коже, сердце гулко забилось где-то в горле, и я все равно остервенело сжался, зарывшись ступнями в полусмятое одеяло. Блин.. сейчас же будет самое страшное.. Нет.. Я так не хочу..
Раздался звук рвущейся упаковки, от которого у меня все съежилось в груди, принося ощутимую боль, а возбуждение стало ослабевать, хотя мне он ничего еще и не сделал. Стыдно.. позорно и унизительно. Еще более унизительно, чем пальцы в заднице. Как же я умудрился так попасть.. И неужели после всех кошмарных переживаний, которые я только перенес, можно так легко послать человека на все четыре стороны?!
Я с силой закусил губу, когда он угрожающе приблизился, а его руки без труда приподняли меня за бедра. Я все равно его послушно обхватил ногами, даже несмотря на всю мою внутреннюю борьбу и метания, отчаяние и беспросветную беспомощность. Спустя миг Том приставил скользкий член ближе, коснувшись им промежности, и безнадежный всхлип все равно сорвался с моих губ.
– Не бойся меня, – ласково и успокаивающе шептал он, а я мотал головой, откровенно боясь и мучаясь от стыда и смущения, на которое теперь уже точно не было какой-либо управы.
В голове шумело, колени истерично дрожали, и я безмерно хотел отключиться, да хотя бы за последнюю секунду до того, как он это сделает. Не хочу чувствовать, ощущать и вообще знать это. Почему я сейчас не пьян? Я был бы хотя бы спокоен.. Но я сам разрешил, сам все затеял и раздразнил его, и теперь..
 
Стиснув зубы и зажмурившись, я неожиданно расслабил будто созданные из стали мышцы, все же отдавая себя ему окончательно.
– Мм.. я так мечтал о тебе, Билл, – с нескрываемыми нотками счастья и ликования шептал он, погрузив в меня лишь головку, а я замер, боясь лишний раз дернуться и сделать даже короткий, ничтожный вдох.
Я торопливо потянулся к своему полуобмякшему паху, чтобы как-то сохранить то возбуждение, которое чуть не сделало меня безумцем поначалу, а сейчас так просто хотело покинуть меня. Больно.. Но терпимо, я, видимо, привык, пока он меня растягивал, и теперь мучилась лишь моя искалеченная гордость, которая считала себя почти добровольно втоптанной в землю.
– Да-а.. – вскоре он толкнулся глубже и снова остановился, проводя ладонями по моим бедрам, а я представлял ситуацию со стороны.. и откровенно впадал в шок. Я занимаюсь сексом с парнем..
Эта мысль, мелькнувшая снова, вдруг пробудила притупленное возбуждение, и я глухо простонал, раскрывая губы для очередного поцелуя. Том склонился ко мне и ласкал своими руками, все еще находясь внутри и распирая меня своим размером, а я прижимался холодными ступнями к его горячей коже и крепко вцепился в него, ощутив новый толчок. Его член вошел в меня по самое основание, заставляя сжаться и болезненно, надрывно охнуть, с силой уткнувшись носом в плечо парня.
– Больно? – шумно дыша, спросил у меня шикнувший Фостер, и я отрицательно помотал головой, не собираясь показывать слабость. Просто теперь он сломал меня окончательно, и я вряд ли стану прежним после всего этого..
Внутри какой-то неподъемный камень, меня тянет и рвет на куски, и в то же время непонятно так греет мысль, что я большей частью только ради него и пошел на такую жертву. И я на самом деле просто боюсь, что меня бросят уже дома, а там я, наверное, сразу сойду с ума..
Он легко провел рукой по моим растрепавшимся волосам, снова лаская и всюду трогая, и я прикрыл глаза. Новый толчок, уже более уверенный, и я обвил шею Тома своими руками, притягивая к себе. Гордость вопила и по-прежнему не могла смириться с моей горькой участью, ведь я добровольно отдался тому, кому так не хотел подчиняться сначала, да даже тупо поднять с пола телефон и извиниться!
Меня перекосило в гримасе внутренней боли и садистского удовольствия, смешанных воедино; каждое его движение во мне странно приносило все более приятные ощущения, он скользко проникал внутрь, от чего я содрогался в такт его фрикциям, пока еще медленным и осторожным. Похоже, он уже хотел ускориться, чтобы брать меня более жестко и страстно, но я просто отрывисто дышал, облизывая быстро пересыхающие губы и теряясь в своих ощущениях. Удовольствие все громче окликало меня, и я прислушивался к нему и тянулся словно обеими руками, избавляясь от всех своих страхов перед лицом этой прекрасной услады.
– Да, черт возьми, да-а.. – прерывисто дыша, страстно нашептывал мне на ухо Том, бесконечно сыпал комплиментами, и я снова таял и мало-помалу расслаблялся, даже подаваясь ему навстречу.
И мысли наконец оставили меня в покое, позволяя получить максимум блаженства, потому что.. плюс во всем этом я все же нашел.
Я резко выгнул спину, громко простонав имя этого извращенца, мои пальцы до боли впились в простыню, и я, не вытерпев и потеряв всякий стыд, уже снова водил по члену в такт каждому толчку, вбивающему меня в кровать. Губы искусаны, сердце успокоится еще не скоро после нашего жаркого танца тел; огонь пылал в груди, в каждой клетке моего тела, я задыхался, терялся и дрожал от обилия эмоций и сладких ощущений. И теперь мне казалось, что сегодняшняя ночь точно изменит в моей жизни все, и если не в жизни, то в отношениях с Томом точно.
Несмотря на прежний дискомфорт, я подавался ему навстречу и еще глубже насаживался на его член, от чего мне за себя было бесконечно стыдно. Я уже подумал и о маме, о Стиве, вообще обо всех, кто осудит меня за это, а таких найдется немало, и вообще..