Это было в Китае (СИ)

Я вдруг почувствовал что-то на своей на шее, видимо, из всего того, что на мне было надето, одна только подвеска и уцелела во время вчерашнего сумасшествия, но это нисколько не умаляло моей постыдной наготы, и мне резко захотелось хоть чем-нибудь прикрыться. На душе было мерзко. Фостер, наверное, трогал меня.. везде.. И, видимо, вчера я даже кончил после всей этой порнографии.. прямо себе на живот, а он..
Затаив дыхание, я еще шире распахнул ошалевшие глаза и вздрогнул, тут же настороженно проводя похолодевшими пальцами по бедру, к ягодицам. Но такой же корки высохшей спермы, как и на моем животе, я там, к своему облегчению, не обнаружил. Куда тогда кончил он? Я же чувствую, что у меня в заднице что-то побывало! Значит, он все-таки.. Может, была резинка? Или.. на меня.. Фу! Убейте меня, умоляю!
Снова безнадежно всхлипнув, я взял своими непослушным пальцами кулон и перетянул его со стороны спины, который, видимо, после сна туда сполз, и вдруг увидел.. иероглиф. Что за..?
Я удивленно захлопал глазами, разглядывая его в крайнем недоумении. Это же был один из тех, что я тогда купил во время вылазки в город, а чмырь еще обманул меня с переводом, и я их решил выбросить. Это 美 «Мэй» – к..красота.
Я яростно расстегнул застежку и в сильнейшем гневе уставился на чертов кулон, сжатый за шнурок в руке. Сука! Это еще что значит?!
Нет, я был пьян! Я бы ни за что на свете не лег под мужика в здравом уме, а он воспользовался мной! Понравилось, наверно, трахать неадекватное тело?!
Мне волосы хотелось на себе рвать от всей этой мерзости, стоило только представить, как он.. Боже, я не могу.. Теперь чувство отвращения и ненависти заполняло во мне почти что каждую клеточку, не оставляя места чему-либо другому.
Я быстро посмотрел в сторону шкафа, возле которого на полу валялась рубаха ушлепка и моя футболка где-то там же. Память услужливо предоставила мне горячую сцену вчерашней ночи около этого самого шкафа, когда я отвечал на поцелуи в край обнаглевшего Фостера, жадно кусая его мягкие, настойчивые губы в ответ, из-за которых даже сейчас мои слегка ноют. Он же меня облапал с ног до головы, а самое откровенное я совершенно не помнил, будто его и не было вовсе. Относился я к этому двояко: с одной стороны, это просто огромнейшее облегчение, что все это безобразие словно прошло меня стороной, оставив только последствия, но с другой, я хотел знать наверняка, как я допустил такую хрень! И допускал ли.
Мои джинсы нашлись на полу с другой стороны кровати, не мог найти я только свои трусы. Но потом обнаружились и они где-то на ее краю, и я кое-как вытянул их из-под Фостера, мысленно обматерив бараноида уже по какому кругу. Я быстро оделся, быстро настолько, насколько мне позволяло мое комплексное состояние и слабость, а потом, проклиная вчерашний день, Фостера, себя и вообще все существующее на свете, гневно швырнул подвеску с иероглифом на кровать, почти что на козла. И больше всего я сейчас боялся увидеть его глаза. Смеющиеся и издевающиеся, в которых только высокомерие и самодовольство, особенно после того, что он со мной сделал.. Нет, я никогда ему не прощу этого унижения!
Я снова стоял перед ним, и мне нестерпимо убить его хотелось. Ожесточенно пинать по всем открытым местам, чтобы он страдал и мучился, жалея о том, что со мной сотворил! Я даже не помнил, как вообще все было.. Было мне больно или.. Чертов пидор! Это же так гадко и отвратительно! У меня в заднице был его член.. Я теперь, получается, голубой? И Фостер тоже? Блин.. я домой хочу, я больше не могу здесь находиться.. не могу!
И сколько я ни порывался, липкий страх не давал мне разбудить мерзавца сильным ударом с ноги, и тогда, схватившись за гудящую голову, я развернулся и просто поковылял к двери, едва переставляя ноги в массивных ботинках. Пока я шел, то несколько раз останавливался, чтобы все-таки его отмудохать, но все равно снова направлялся к выходу, а потом вывалился в коридор и простонал теперь уже в голос.
Нет, вчера ничего не было, и точка! И пусть думает, что хочет! Я ничего не помню и вообще ночевал у себя. Он, как всегда, проснется один и тоже ничего не вспомнит, он же был бухой, почти как я! Как бы я хотел ничего не помнить, просто проснувшись в своей кровати..
 
В коридоре было пусто, да и время-то еще раннее: часы на телефоне показывали почти что пять, так что скоро народ должен начать просыпаться на зарядку. Мне блевать хотелось, да и стоило только еще и представить, что я делал этой ночью, и что делали со мной.. А теперь, когда я трусливо смылся из комнаты мудилища, я осознал, что поступил глупо! Надо было все-таки убить его на месте, даже не дав ему взглянуть на меня, а я просто зассал отстоять свою же честь! Которой у меня уж и нет вовсе.. Черт! Да я от шока просто растерялся! И мне не хватит сил все равно, чтобы ему покрепче вмазать, а он вместо этого опять меня зажмет.
Я вздрогнул от мурашек, стоило только это безобразие представить, и, источая недовольство, обиду и бесконечное смущение, уверенно пополз в сторону своей комнаты. Мужчина во мне был оскорблен и унижен основательно, и это меня безгранично угнетало.
Я кое-как открыл дверь ключом, который нашарил в кармане, а потом, не разуваясь, максимально быстро влетел в ванную, резко падая на колени перед унитазом, словно перед великим божеством. Последние силы постепенно покидали меня, особенно после того, как я прочистил желудок, что принесло мне хоть небольшое облегчение. А потом, поднявшись на ноги, я посмотрел в зеркало, откуда на меня пялился опухший китаец. Как же страшно. Да и картинка слегка расплывается, и спать снова хочу, я же часа три от силы спал, если не два..
Несколько секунд погипнотизировав двойника, который вчера, видимо, тоже сильно упился, я остервенело стянул с себя футболку, отшвыривая ее в угол, и, пораженно выдохнув, принялся считать засосы на теле, широко разинув при этом рот. Мать моя.. такое чувство, что меня не поцеловать хотели, а сожрать, как минимум! На шее два больших пятна, на груди аж пять штук и еще два чуть правее и выше пупка, а на плече даже след от зубов! И я помню лишь то, как он ставил засосы на шею, и я, дурачина, позволял ему сделать это.. Блин, ну, зачем?! Еще и стонал от кайфа.. потому что мне было очень круто от того, что он со мной делал..
Брезгливо скривившись, я попытался отскарябать сперму с живота, которая легкими хлопьями податливо осыпалась на пол. Из-за нервного перенапряжения только с третьей попытки расстегнув штаны и разувшись, я встал под холодные струи воды, даже не надев резиновые шлепанцы, хоть и не особо хотелось мне наступать раньше на этот пол, чтобы грибок какой не подхватить.
– Блять, Фостер.. как ты мог?! – сокрушенно шептал я, уже не пытаясь отскоблить отметины, оставшиеся после его губ на моем теле, потому что это было бесполезно. И я все еще продолжал надеяться на его натуральность, которая просто дала кратковременный сбой по пьяни. Как и моя.
В ванной я пробыл долго. Точнее, мне вообще не хотелось оттуда выходить, и даже чувство сильного, бурчащего голода не могло выгнать меня оттуда. Я всячески пытался отмыть с себя ужас прошлой ночи, и если тело и было чистым, не считая засосов, то в душе творилась самая настоящая помойка.
Может, ничего не было? Может, он не стал надо мной надругаться? Но я был бы больше уверен, если бы не это самое «но» в заднице. Хотя.. тут тоже все под вопросом. Либо у него такой тонкий член, что, естественно, вряд ли, либо на мне все заживает, как на собаке, либо он толкал мне туда что-то другое. И я даже не знал, какой вариант мне нравится больше. Нет, в смысле, здесь не может что-то нравиться вообще, но меньшее зло из всего этого, наверное.. ээ..
Вдруг я услышал, как раздался громкий долбеж в дверь нашей комнаты и испуганно вздрогнул. Нет.. только не это.
С замиранием сердца я осторожно подошел к двери ванной и опасливо прислушался, так как слепо кому-то открывать я точно не буду, вдруг он придет ко мне? Зачем-нибудь..
– Би Эр, пьяная морда! Открывай лучшему и любимому другу, да побыстрее, пожалуйста! – глухо звучал относительно бодрый голос Стива, а я с нескрываемым облегчением уткнулся лбом в деревянную дверь.