Наследие Маозари (СИ)
— Товарищи! Все мы знаем сложившуюся тяжёлую ситуацию, жилых мест для всех не хватает, пищи тоже, в поселении начинается массовый голод. На большое количество людей, собранных в одном месте и практически беззащитных, со всего леса сбегаются твари, как на приготовленное специально для них угощение. Я долго размышлял, когда строил вам жилье, как нам выйти из этого положения, как мне спасти свой народ, но так и не смог найти выход из ситуации. Тогда я решил обратиться к своей стихии, и прыгнул в недра земли, чтобы погрузиться в глубокую медитацию, найти дзэн и очистить чакры. И я смог! Я открыл третье око! И нашёл священное место, в нём нет тварей, внутри него всегда тепло и светло, в нём много еды и воды, а самое главное, туда не попадут твари во время гона. И я поведу вас туда, где вы будете в безопасности, где вы сможете растить детей, и не переживать за их будущие. Я отведу вас туда, где вы будете счастливы. Ура, товарищи! Ура-а-а!!!
Сначала не смело, но потом всё чаще подхватывая, они всё громче и громче кричали, до этого момента, неизвестное им слово, и вскоре над всем островом, слышалось громкое: "Ура! Ура! Ураа!".
Спустившись, я пошёл к Рику:
— Ну как? Пафоса не многовато? — спросил я у него.
— Это, это было нечто, даже меня пробрало, — ошеломленно ответил Рик, — но зачем ты им наговорил какой-то чуши про священное место?
— Что сразу чуши, — завозмущался я, — пойдём в дом, если меня накормят, то я всё расскажу.
После сытного обеда, я поведал своим домочадцам о своих приключениях, а также и о своей находке. После минутного шокированного молчания, Рик сказал, обведя всех тяжёлым взглядом:
— Про звёздный металл, никому не слова, да и про подземелье надо было не всем говорить, если эта информация дойдёт до аристократов, они сделают всё, чтобы присвоить его себе.
— Ну, ты просил успокоить людей и дать им надежду, я сделал. А секретность разводить, сейчас не время, это что касается подземелья, а вот про звёздный металл, есть у меня одна идея. Я в том отнорке построю себе кабинет или дачу, ну что-то между ними, а звёздный металл останется за стеной, которую я возведу. Я не теряю надежды, что в будущем, всё таки поступлю в академию, и отучившись в ней, смогу взаимодействовать с металлом, а не с гранитом или глиной, хоть я сейчас только на них и тренируюсь. И если я получу специализацию маг металла, то вот тогда, этот жирненький запасец мне и пригодиться, а если нет, то оставлю его в наследство потомкам.
Все за столом закивали соглашаясь со мной, а Мария прикусила губу, и я вспомнил, что хотел с ней поговорить, о её нездоровых увлечениях. Все начали вставать из-за стола, и я попросил:
— Мария, пройдём ко мне в комнату, мне нужно с тобой кое-что обсудить.
Она кивнула, и мы отправились ко мне. Закрыв дверь на засов, я указав Марии на лавку в углу, чтобы она присела, приступил к тяжёлому разговору:
— Мария, понимаешь, ты очень привлекательная женщина, но ты не в моём вкусе, — сказал я, и уставился на женщину.
— Ч-ч-что? — поникшая до этого Мария, сразу встрепенулась, — да что ты себе позволяешь, мальчишка? Да как ты о таком мог подумать? — возмутилась она.
— Всё, всё, — успокаивающе произнёс я, — пойми, сердцу не прикажешь, и вообще, мне кажется, что тебе нужно, обратить внимание на кого-нибудь постарше.
— Да ты совсем, да как ты, ты как разговариваешь со своей бабушкой? — вся раскрасневшаяся вскочила она.
— Что-о? — протянул я.
— Я твоя бабушка, — устало сказав, села она обратно на лавку.
— Ну-у, хоть не отец, — задумчиво проговорил я.
— Что? Про что ты? — не поняла она.
— Про штампы. Про отца слышал, про сестру тоже, а вот про бабушку не слышал.
Глава 27
— Наше родовое имя Сидэро. За графа Олифа Сидэро, я вышла замуж, когда мне было всего двадцать, и стала третьей женой твоего деда. Родила ему трех сыновей и одну дочь, которую назвали Софией. Она была самой младшей из детей Олифа, и её часто баловали. Она с детства дружила с Берадом, он был сыном нашего вассального барона. А потом случилась родовая война с соседним графством. Дело обычное, — пожала Мария плечами, — с разрешения сюзерена два графства проверяют друг друга на прочность, если империя в это время ни с кем не воюет. У графов и баронов подрастают младшие дети, и они не хотят, чтобы они были обычными безземельными дворянами, они хотят, чтобы они были владетелями, чтобы у них был титул, ведь свой титул они могут передать только одному своему ребёнку, обычно старшему. Строить баронство сызнова, а перед этим зачистить территорию от тварей, очень затратно и долго, а вот отобрать у слабого соседа намного проще.
Я хмыкнул: "Это актуально для всех миров, всех времён и народов", — подумал я. Когда Мария успокоилась, она принялась объяснять мне, почему она решила, что является моей бабушкой.
— Также думал и граф Олиф. У него был план, как отщипнуть от соседнего графства Марул, несколько баронств. Он поставил на этот план всё, и проиграл. Оказалось, что это была, специально для него, расставленная ловушка. Сосед только притворялся слабым, а ещё ему помогли другие соседи, за долю. И графство Сидэро растерзали почти полностью, осталось два потрёпанных баронства и частично разрушенный графский город Сидэро. Обычно при таких родовых войнах, самих магов не убивают, истощают, а потом берут в плен, одевают антимагический ошейник, и держат у себя, пока пленников не выкупают родственники, а если у пленника нет родни и его некому выкупить, всё равно не убивают, ведь пленённый маг это ценный актив. А ещё за убийство мага, сюзерен наругает золотом, а может и обидеться, это гораздо хуже, ведь маг — это боевая единица и источник дохода любого герцогства. Чем твой дед не угодил герцогу Лаурелию, я не знаю, но наш род вырезали, детей и взрослых, даже тех кто сдавался, и им за это ничего не было. Чудом в живых остались мы вчетвером, я, твой дед, твоя мать София и твой дядя Марк. А дальше мы пытались выжить и восстановить разрушенное. И всё вроде бы затихло, но через год, граф Марул сделал твоему деду предложение, от которого тот не мог отказаться, а именно породниться, взять восемнадцатилетнюю Софию в жёны, в противном же случае род Сидэро перестанет существовать. А София в это время крутила роман со своим другом детства Берадом, твоим отцом, и они хотели пожениться. Когда София узнала о том, что её ради спасения рода, собираются выдать замуж за старого графа, она бросилась ко мне вся в слезах, и просила помочь ей, — Мария не выдержала и зарыдала, немного успокоившись продолжила, — а я уговаривала её, говорила ей, что это всё во имя рода, что стерпится — слюбится, но она меня не слушала, сказала, что выйдет только за Берада, и если её насильно выдадут замуж за графа, то она покончит с собой. Она просила меня помочь ей бежать, а я рассказала обо всём мужу, и Олиф запер её дома, — и Мария снова заплакала.
— Ну а дальше то, что случилось? — поторопил я её.
— А потом, её выкрал Берад, не знаю, как это у него получилось, но пока Олифа и нашу охрану отвлекали друзья Берада, София пропала из своей комнаты, а решётка на окне её комнаты, была вырвана вместе с оконной рамой. Мы отправились на их поиски, подняли на уши весь город, но так и не нашли эту парочку. Граф Марул был в ярости, когда узнал, что его невеста сбежала с другим, и дал нам последний шанс породниться, выдать свою сорокалетнею дочь Оливию за Марка. Мы быстро сыграли свадьбу, и не прошло и месяца, как Олифа отравили, а через полгода погиб и Марк, якобы на охоте его тварь загрызла. И так в доме осталось только двое из рода Сидэро, я и Оливия, и обе пришли в этот род из других родов, Оливия не стесняясь, дала мне понять, что если я не хочу, чтобы со мной тоже произошёл несчастный случай, то мне нужно валить из этого дома, и никогда не возвращаться. Собрав свои вещи, я отправилась на поиски дочери, но твои родители умели прятаться, твоя мать обладая магическими способностями, выдавала себя за простолюдинку, а отец выдавал себя за обычного воина. Их след обрывался в столице, а куда они уехали с Арона, я долго не могла выяснить. Я потратила годы и много золота на их поиски, но всё-таки вышла на их след, и спустя несколько лет, приехала в Поебушки. Ну а дальше, ты и сам всё знаешь. Их внешность я описала воину с деревни, он подтвердил, что у них такие были, и рассказал про их судьбу. Я хотела умереть, — и она опять разрыдалась, — но когда ты рассказал про себя, поняла чей ты сын, — она подошла, и обняла меня, продолжая вздрагивать от плача, — внук, прости меня дуру если сможешь, если бы я помогла твоей матери, то твои родители остались бы живы, и жили бы в достатке где-нибудь в городе, — между всхлипами проговорила она.