S.T.A.L.K.E.R. Кроличья клетка (СИ)
По длинному коридору, плавно изгибающемуся вправо, я быстро нагнал Саяна и Брелок, практически несущую на себе Тайгу. Пёс бежал чуть впереди, остановился на развилке двух каменных кишок, встав напротив левой. Верно указывал направление, куда умчалась наша группа. Ника освещала себе дорогу маленьким фонариком, кажется отобранным у пленного бандита.
— Бегом давайте! Щас шарахнет, что мало не покажется! — захлопнув зажигалку, я снова подхватил Тайгу под другую руку. Уже жалею, что взял его с собой!
— Чего шарахнет? — спросил бородатый, старательно хромая вперед. Отвечать ему не стал, только зло оскалился. Опасался, что в любой момент нас нагонит огненная волна.
Саян привёл нас прямо к железной лестнице наверх, в конце короткого метров в пять ответвления. Выходной люк был открыт и свет от чьего-то фонарика светил на лестницу.
— Ребята, помогайте! — крикнул я, подводя тяжелого Тайгу ближе к спасительному бледному лучу. Молчун с Попугаем смогли втащить его наверх, и я передал свободовцу факелы. Только он принял третий, как тоннель содрогнулся. Со стен и потолка посыпалась каменная крошка. С улицы я услышал приглушённый грохот взрыва, и как охнула Лиза. Мужчины были более красноречивы в выражении своего потрясения. В глубине подземного лабиринта загрохотал обвалившийся потолок, блокируя пути назад. Согнув спину, я свистнул Саяну, и пёс сразу понял, что я прошу его запрыгнуть мне на горб. Прыжок вертикально вверх он, само собой совершить не мог, поэтому, вытянувшись на задние лапы, положил передние на верхние перекладины лестницы и неуверенно полез карабкаться наружу. Молчун, схватив чёрную овчарку за загривок, потянул её на себя, помогая вылезать.
— Какой он у тебя тяжёлый! — прокряхтел бандит, — потяжелее Тайги даже.
— Ника, — я кивнул фанатичке, давая ей первой покинуть тоннели. Я помню, что она не любит темноту и, наверняка, испытывает немалый стресс, хоть и держит лицо беспристрастным. Наконец сам, оказавшись под открытым небом, я лицезрел впечатляющую картину: наше убежище стояло доверху объятое ярким пламенем, что казалось, освещало половину пространственной аномалии. Гул вихря огня сплетался с воем горящих мутантов, запертых внутри крепких стен. Успевшие выскочить из дома, катались по траве, поджигая её, или неслись бессмысленно по полю ослеплённые болью. Я не мог точно определить, кто из них снорк, кабан или другой какой мутант. Запах горелой древесины, палёного мяса и шерсти доносился до нас за десятки метров. Глядя на горящее убежище, я словно чувствовал его жар, открытой кожей лица. Почему-то появилась тонкая надежда, что среди них нет Машки со своими двумя детьми. Да, она псевдо-медведь, входящий в плеяду опаснейших тварей Зоны. Но она как бы помогла мне в деревне, помогла фактически в лесу… Жалко, если погибнет именно этот мутант.
— А как же Сёма? — тихо спросил Багира и почти все повернулись к нему. Пойманные бандиты стояли среди обитателей горящего дома, еще связанные, но зато живые, в отличие от Кулака. И Семёна среди нас не было.
— Он сказал, что нагонит, — ответил я снайперу, — он же бессмертный, оживёт в скором времени. Не знаю только, как выберется из огня…
— Ну, теперь у нас только один путь, да? — Стёпа посмотрел себе за плечо, на близкую теперь плотную стену тумана. В заутренней синеве она смотрелась куда зловещей. Белоснежные её клубы еле заметно плыли за дуновением слабого холодного ветерка. И никакого звука из недр тумана.
— Предлагаю подождать Сёму немного… минут десять… и выходить, — Костя как-то виновато обвёл нас всех взглядом поверх очков, — просто… семеро, как говорится, одного не ждут.
— Ничего, подождём, — строго ответила ему Брелок, несколько удивив меня, — нам торопиться некуда. Если надо, то посидим до утра.
— Жачем до утра?!
Знакомый голос донесся из квадратной дыры в подземелья. Люк, замаскированный под холмик, был еще раскрыт и Сёма без труда вскарабкался по лестнице к нам. Не смотря на то, что он бессмертный, что доказано было не один раз, я всё равно был рад его видеть. Целого, невредимого, но с заметным запашком дыма.
— Сёмка! — широко раскинув руки, Попугай крепко стиснул в объятиях смутившегося сталкера. — Ах ты, шелудивая макака!
— Жаценили вжрыв? — хохотнул Семён, только анархист отлип от него, — это от генератора так шарахнуло!
— М-да, нехило, — Молчун шагнул ближе к Сёме и пожал с благодарностью ему руку. Я сам ободряюще ткнул его кулаком в плечо. Саян, видимо, следуя моему примеру, лизнул руку сталкера, получив взамен почесывание макушки.
— Ну что? Давай, командуй, — сказал я, протягивая ему один из факелов.
— Я? — бессмертный отступил поначалу, но неуверенно принял ножку от стула.
— Ты тут дольше всех нас, и уже бывал в тумане, — я покосился на Тайгу и стоявшего рядом с ним Кота. Пленники разумно помалкивали, стояли как истуканы, только слушая наши разговоры.
— Ну-у-у… лады… — Сёма кашлянул в кулак, опуская руку с факелом, — для начала, наверное, надо уже нормально предштавитьшя. Я — Юрий Щемецкий!
— Кто-о-о? — протянул Багира, прищурив глаза и скривив рот, — да ладно, блин… Тот самый, легендарный?!
— А ты знаешь еще бессмертных сталкеров? — рассмеялся Молчун, дружелюбно хлопнув растерянного снайпера по плечу, да так, что тот покачнулся.
— Хах! Каминг аут! — проорал Попугай, показав Семёну, вернее Юрию, большой палец, — я голосую за тебя!
Сказать по правде, я не был сильно удивлён. Скажи он, что является самим Чёрный Сталкером или материальным воплощением Монолита, я бы и этому поверил. Потому как внезапные оживления Сёмы уже достаточно впечатлили. Я думал, что лаборант Михайлов и Лиза стоят с раскрытыми от шока ртами, но им было совершенно по фигу. Ну Семецкий и Семецкий, что такого-то? И Брелок стоит до кучи — морда кирпичом! Зато Стёпа и бандиты прониклись этой новостью, что шары глаз готовы выскочить из орбит.
— Короче, дружья, надо кое-что обшудить, — Семецкий перекинул в руки Попугая свой факел и взял у меня второй. Третий решил оставить у меня. — Как некоторые иж ваш уже жнают: туман приподношит нам вше наши главные штрахи на блюдечке. Так что, вшё, что вы увидите — это лишь фантомы. Не реагируйте на них! Или… это… пытайтешь побороть!
— Легко сказать, — проворчал Багира, пожав плечами, — я вот, например, боюсь глубокой воды. И что? Как мне туман этот фантом покажет?
— Покажет, — Юрий хмуро кивнул свободовцу, — ты только жнай, что это вшё не настоящее.
— Я з-зомби боюсь, — с запинкой пробормотал Михайлов, — а Лизонька вот… крыс и насекомых…
— Я тоже насекомых боюсь, — произнёс Стёпа и передернул плечами, — вернее пауков…
— Если кому-то интересно, то я тоже боюсь пауков, — негромко проговорил Тайга. Брелок со Стёпой бросили в него презрительный взгляды, и бородатый тут же покорно опустил голову. Уже не рад был, что раскрыл рот.
— Арахнофобия довольно распространённая, — наклонившись к Саяну, я погладил его по макушке. Пёс нервничал, прижав уши негромко поскуливал. Он хорошо помнит свою одинокую прогулку по туману, где столкнулся со своими потаёнными страхами, — не волнуйся, малыш, я буду рядом с тобой… Ты только не отходи от меня. Брелок, ты тоже!
— Само собой, — девушка невесело улыбнулась, — Юрий, а ты чего боишься? У вечного сталкера есть свои страхи?
— У вшех они ешть, — быстро пробормотал Семецкий и, добавил громче, — ну что? Двинули, народ! Нечего время терять.
Странно, что он так ушел от ответа. Наверное, слишком стыдно рассказывать о своих страхах. У меня вот, отец лягушек боится! Хотя в Афганистане воевал и много всяких ужасов там видел.
Нелепые факелы были запалены, группа наша выстроилась ромбом и ступила в туман. Впереди всех решил идти я с Саяном. Само собой, потому что пёс почует первым опасность. За мной шла Брелок с Багирой. В руках девушки вместо утерянной винтовки был ВАЛ Варяга. После них шла Лиза, между Костей и Попугаем. Далее Стёпа с Молчуном и пленники, а Семецкий замыкал. Распределили так, чтобы свет факелов охватывал весь наш отряд. И правда, тёплый воздух от огня разгонял от нас щупальца тумана. Я видел под ногами асфальт, видел его впереди, всего в паре шагов от себя. Куда лучше, чем не видеть ничего дальше своего носа.