На костях богов (СИ)

— Как он назвался? — Летит первый вопрос.
— Никак. Я побоялся спрашивать. — Отвечает Сол.
— Почему ты уверен, что это были воины нашего королевства?
— Они выглядели так. Еще герб на плащах. — Мальчик не может, конечно, рассказать об исповеди души мертвого солдата.
— Ты тоже жил в деревне?
— Нет, я случайно пришел сюда, так как заблудился. — Сол решает использовать прежнюю легенду, ведь другие выжившие могут не подтвердить его рассказ.
— Можешь что-то еще рассказать об этом маге?
— Нет.
У собеседника заканчиваются вопросы, а полученными ответами вряд ли удовлетворен. Солу кажется, что Люц прискакал именно из-за сильного чародея, проблемы какой-то деревни его волнуют мало.
— Хорошо. Тогда на этом всё. Что касается напавших на деревню, то это были люди Махии, что первой развязала войну с нами. Их отряд напал на другой наш отряд, перебил их и украл снаряжение, а потом под такой маскировкой перемещался по стране. Запомни, это были не воины королевства Аклан. — Уверенно произносит Люц.
Соломон бы с ним ой как поспорил, ведь душа члена отряда не могла врать. «Похоже, они просто сваливают вину на врага, выгораживая своих людей. Если эта история расползется, то доверие к войскам короля может быть подорвано». — Думает мальчик, но лишь усиленно кивает в ответ на слова.
— А не слишком ли ты проницателен для ребенка? — Хмуро спрашивает собеседник.
— О чем вы? — Строит непонимающую физиономию Сол.
— Ха, да брось. Я ведь маг и могу читать чужие мысли. В чем-то ты не соврал, но вот про волшебника-спасителя явно наплел. И да, случай с Каннуком должен остаться в истории как диверсия Махии. И покажи правую руку.
Сердце бешено забилось, когда вранье оказывается раскрытым. Сол получает еще один урок, что не стоит нагло врать магам. Ребенок осторожно вытаскивает из-под стола руку и показывает ожоги.
— Пленники описали черный огонь, что сжигал плоть без остатка… — Произносит Люц.
— Я просто подошел слишком близко и обжегся. — В отчаянии говорит Сол, но собеседник мрачно качает головой.
— Опять врешь. Что же произошло на самом деле?
Прежний Сол бы уже свалился в пучину паники, но продолжает мыслить трезво. «Если бы этот маг действительно мог читать мысли, то уже давно бы узнал все ответы. Похоже, он просто может распознать ложь». — Объяснение кажется правдоподобным, но следом приходит контраргумент: «Но как же тогда он узнал, что я думаю о выгораживании отряда Каннука»?
— Я убил отряд Аклана с помощью магии из мести за нападение на деревню. — Сол ударяет чистейшим признанием.
— Ага. — Кивает Люц. — Кто тебя обучил магии?
— Колдун Тахет из Махии. — По сути и это правда.
— Где он сейчас?
— Был убит в Сиверглете.
— Угу, теперь говоришь правду. Что ты делаешь в Аклане?
— Сам не знаю, как тут оказался. — Признается Сол, улыбаясь про себя при виде смущения на лице волшебника. Ведь по факту он и вправду не знает, как лесной дух Сашра это провернул.
— Как интересно. Ты в бегах?
— Да. — Снова говорит правду Сол.
Некоторое время в комнате висит тишина. Похоже, Люц думает, что делать с мальчиком-колдуном, а Сол прикидывает, как бежать в случае чего. Атаковать чародея кажется довольно глупой затеей, но если придется спасать собственную жизнь, Соломон сделает это с отчаянным рвением.
— Ладно. Как насчет поступить на службу короля? — Неожиданно произносит маг.
— В качестве кого? — Осторожно спрашивает мальчуган.
— Ученика чародея, а после полноправным магом. Уж не знаю, ведаешь ли ты, но дар магии открывается очень небольшому количеству людей. Ты буквально помазанник богини, раз родился с даром. Или Небесного Чертога, в который верят в Махии. Ты даешь присягу королю, получаешь образование, кров и еду. Взамен служишь престолу до конца жизни. Если откажешься, то я убью тебя прямо здесь, чтобы однажды ты не стал врагом Аклана в рядах Махии или других государств. Что решил?
Ответ Сола вполне очевиден для мага, и уже вечером этого же дня Люц сажает мальчика в седло перед собой. Сегодня его вышла провожать Эльза, молчаливая и осунувшаяся. Но при этом робко машет вслед. Как тоже потерявший родителей, Сол искренне сочувствует девочке, и кроме ответного прощания ничем больше помочь не может. Для остальных Люц рассказал историю о диверсантах Махии и несуществующем волшебнике. Эта байка оказалась удобной для селян.
 
Вот таким образом у Сола начинается новая жизнь вдалеке от родных мест. Как рассказывает в пути Люц, они направляются в столицу Аклана, что называется Силбоун. Там мальчик поступит в ученичество к одному из чародеев, где проведет от шести до десяти лет, чтобы стать мечом и щитом в руках короля. Собеседник предупреждает, чтобы Сол не думал таким образом обмануть доверие. Присяга — не только устная клятва в верности, но еще магический контракт, который оборвет жизнь того глупца, что решит воспользоваться королевской милостью, а потом предать.
«Видать, таким образом уже очень давно вербуют магов в свои ряды», — думает Сол, смотря на дорогу перед собой. Позади скачут воины местного управителя, но в какой-то момент прощаются и поворачивают в ближайший город. Остаток пути Сол проведет наедине с чародеем.
Люц Акромс в пути обращается к ребенку только по делу, а Сол не хочет лишний раз приставать с расспросами. Они в пути уже три дня, на ночь останавливаются в придорожных трактирах. Мимо пробегают огромные поля, на которых трудятся сотни крестьян, в Махии таких земель Сол никогда не видел, так как родное королевство примыкает в пустошам, где совсем нет плодородных почв. Хребет Киринвор защищает Аклан от такой же участи, а может, дело в другом.
При этом диких мест всё равно хватает, хотя чем ближе к столице, тем чаще попадаются деревни и города. На пятый день они въезжают в Силбоун, обнесенный настоящей каменной стеной. В Махии даже столица таких стен не имеет. А вот постройки в городе по большей части из дерева, как и во враждебном государстве.
По улицам Силбоуна перемещается множество людей и домашнего скота, по пути попадаются целых три базара с галдящим народом и разноцветными палатками. Люц накидывает на голову капюшон, как всегда делает в окружении большого количества незнакомых людей. Возможно, не хочет, чтобы они таращились на рунические татуировки. Конь постепенно передвигается к центру города с более высокими домами и даже стенами из темно-коричневых кирпичей.
В дворе одного из домов Люц спешивается и помогает слезть спутнику. Всадник вручает поводья конюху, а потом ведет Сола внутрь дома, в котором, оказывается, живет. Внутри жилище вполне обычное, разве что есть полка с книгами, как у Тахета.
— Сиди здесь и никуда не выходи. — Приказывает Люц. — Сбежать все равно далеко не сможешь, я тебя быстро отыщу с помощью магии. Через час тебе принесут еду, а я пока доложусь о прибытии и узнаю, кто из магов согласится тебя взять на обучение.
За Люцом закрывается дверь, так что Сол садится на стул и просто сидит. Мысли о бегстве он сознательно гасил в пути, так как волшебник мог их прочитать, но бежать сейчас действительно не стоит. Во-первых, вряд ли маг соврал, что может отыскать мальчика с помощью магии. Во-вторых, Сол не представляет, куда хочет пойти. Возможно, стать королевским чародеем и получить службу до смерти не такая уж плохая участь. Магов здесь явно уважают, а жизнь бездомного попрошайки явно не сладкий пирог.
Чтобы скоротать время, мальчик без спросу берет одну из книг с полки и начинает читать. Неудивительно, что книга написана на тему магии, но без прикладных знаний. В тексте очень много запутанных формулировок, размышлений автора о жизни, смерти и магии, что «берется из неведомых источников мироздания, которое живет в каждой душе». Сол с сожалением возвращает книгу на полку, ничего толком не поняв на первой же странице.
 
Увы, но почти все книги написаны схожим образом. «Философия мысли», «Размышления о страхе перед магией», «Чувства и реальность», «Двадцать одна ступенька в осознанности бытия». Кажется, что волшебнику очень нравятся такие сложные темы. Учебников, где бы объяснялось что-то конкретное про магию, или приводились описания заклятий, попросту нет. «Да и вряд ли Люц стал бы хранить учебники на видном месте, ведь даже Тахет самые ценные прятал в подвале».