Кофе для олигарха. Месть на десерт (СИ)

- Я заметила, что кубик, который оставил мой сын кто-то крутил. Цвета сбиты.
- Это я, - улыбнулся доктор. – Не удержался. В молодости увлекался подобными головоломками.
Время летело неумолимо. Наступил апрель. Скоро природа окончательно очнется от зимней спячки.
Теперь я навещала Кирилла каждый день. Чаше приходила одна, иногда брала Егора. Он тихонько сидел рядом и смотрел на отца. О чем он думает? Только жалеет, или в душе злится, что отец объявился при таких странных обстоятельствах? Вообще большой вопрос, выживет Суровцев или нет. От этого сердце сжималось и мне становилось очень плохо.
Стала заезжать в «Дом малютки». Его директор сказала, что детям нужно общение. Это совсем не сложно, и занимает не так много времени. Я читала ребятишкам книжки с яркими картинками, мы строили дома и дворцы из кубиков. Егор сначала стеснялся возиться с «мелкими», как он называл их. А потом ему понравилось. Он сдружился с Вероничкой.
Девчушка висла на Егоре, он катал ее верхом, изображая лошадь. Даже тут он походил на Кирилла.
- А если кого-то не возьмут в семью, он так и останется здесь на всю жизнь? – спросил Егор. – Потом будет тут работать?
- Мне сказали, что разбирают всех детей. А уж если кого-то не возьмут, будет жить в детском доме. Когда вырастет сможет сам решить, где ему работать. Совсем не обязательно становиться воспитателем или нянечкой.
- Тебе нравится Вероничка, - заметил Егор.
- Хорошая девочка. Тут все хорошие. Но она какая-то особенная.
- Мне она тоже нравится. Давай заберем ее? Дом у нас большой, всем места хватит.
- Отличная идея. Но детей дают только в полные семьи. Мы не подходим.
- Жаль, - вздохнул Егор.
Я бы не отказалась взять приемного ребенка. Почему не подарить тепло тому, кто большое всего в нем нуждается?
Однажды позвонила Анжела и попросила о встрече.
Мы снова встретились в кафе. Анжела уже ждала меня. Она сидела за столиком в углу, пила апельсиновый фреш и, судя по выражению лица, была очень расстроена.
- Ты навещаешь Кирилла? – спросила она.
- Заходила пару раз, - небрежно произнесла я. – Медсестра сказала, что все без изменений. Тебе похоже придется долго ждать развода.
- Да. Все затягивается на неопределенное время. Лучше Кириллу уже не будет. Я бываю у него каждый день, а потом плачу и не могу успокоиться. Мои нервы на пределе. Конечно, он сам себя загнал в угол, потерял контроль над ситуацией, не справился с эмоциями. И вот результат. Несмотря ни не что, мне жаль его. Врач сказал, надежды на то, что Кирилл поправится нет, - всхлипнула она. – Он может промучиться так несколько лет. Кирилл страшно страдает, ему постоянно колют обезболивающее. Он испытывает ужасные боли. Это просто невыносимо.
- Держись. Тебе сейчас нелегко, - я попыталась изобразить сочувствие. Умеет Анжела врать. Ловко у нее это получается.
- Все-таки порой гуманнее прекратить страдания человека. Как жаль, что у нас запрещена эвтаназия. Не могу смотреть на мучения Кирилла. Просто сердце разрывается.
Я насторожилась. К чему она ведет?
- Дорого бы я дала, чтобы весь этот кошмар завершился, - Анжела вытерла сухие глаза и посмотрела на меня коровьим взглядом. – Тебе его тоже жалко, да?
- Да, разумеется.
- Понимаю, что он тебя обидел. Но ты взяла реванш. Теперь ты не держишь на него зла, правда? Согласись, он не заслуживает таких физических страданий.
Я молчала и ждала продолжения пламенной речи Анжелы.
- Если произойдет чудо, и Кирилл очнется, он все равно останется овощем. Даже говорить не сможет. Так сказал врач. Для Кирилла это будет уже не жизнь, а жалкое существование. Ты, наверное, понимаешь, что не без твоей помощи мой муж попал в аварию. Он был очень зол на тебя. Ты перегнула палку, унизила его. Кирилл был слишком гордым человеком, чтобы снести такой позор. Самоубийство было для него единственным выходом. Но судьба оказалась слишком жестока к нему.
- Я старалась для тебя, если помнишь, - похоже, Анжела решила заставить меня раскаиваться в содеянном. Все еще не понимала, к чему она ведет. Но мне не понравилось, что о Кирилле она говорит в прошедшем времени.
 
- Разумеется, разумеется... Но я не просила тебя доводить мужа до самоубийства. Теперь все очень запутано. Трудно разобрать, кто прав, кто виноват… А если еще и полиция вмешается... Я тебе не завидую, честно скажу. Доведение до самоубийства — это уголовная статья, если что. Я думаю, лучше прекратить мучения Кирилла. Знаешь, есть такое лекарство, Метродинит. Очень эффективно повышает давление. Если его смешать с тем раствором, что в капельнице у Кирилла, через час произойдет остановка сердца. Человек просто засыпает и все. Никаких мучений. Я бы тебя отблагодарила… Кстати, продается без рецепта, - она достала из сумочки и пододвинула мне блистер с белыми таблетками.
Я взяла его, повертела в руках. Обычные таблетки со стандартной маркировкой. Кто бы мог подумать, что они способны убить. Главное знать, как их использовать. Я швырнула таблетки Анжеле. Серебристая упаковка скользнула по поверхности стола.
- Ты хочешь, чтобы я… - неужели Анжела готова пойти на убийство? Я не верила своим ушам. – Чтобы я убила Кирилла?
- Нет, нет, нет! – резко прервала меня она, убирая таблетки в упаковку. – Не говори ужасных вещей. Нет конечно же, я не хочу, чтобы ты кого-то убивала. Но избавить человека от физических страданий - гуманный поступок.
Я не верила своим ушам. Что она говорит? Неужели готова убить мужа? И что делать? Обратиться в полицию? С чем я там появлюсь? С голословными обвинениями? Надо было записать наш разговор, а я об этом не подумала. Не предполагала, что Анжела готова так далеко зайти.
Сама Анжела руки марать не хочет. Но если прижмет, думаю, решится на преступление.
- Анжела, ты сошла с ума, - выдохнула я.
- Я просто размышляю, чисто риторически. Кирилл уже все равно не человек. Надо смотреть правде в лицо, - Анжела закрыла глаза рукой, изобразив душевную муку. – Мне больно смотреть на Кирилла. Его страдания разрывают сердце.
Вот змея! Такого лицемерия не ожидала даже от нее.
- Анжела, не делай глупостей, - предупредила ее.
- А то что? – в ее словах я уловила раздражение и злость. – Мы обе по уши в этом завязли. И ты – в первую очередь. Ладно, я тебе ничего не говорила. Не придумывай того, чего нет. Клянусь, не собираюсь я ничего делать. Просто мысли вслух и все.
Анжела взяла себя в руки, и невинная улыбка озарила ее ухоженное лицо.
- Нервы, - виновато произнесла она. – Сама не знаю, что говорю, что делаю. Ужасно, когда муж в таком состоянии. Впрочем, ты прошла через подобное.
- Конечно, у тебя сейчас сложное время, - я ей не поверила. Но попыталась сгладить возникшее напряжение. Пусть Анжела думает, что я не придала ее словам должного значения. – Ты справишься, уверена. Просто тебе надо большое отдыхать.
- Я знала, ты поймешь меня, - она благодарно пожали мне руку. – Я едва держусь…
Попрощалась с Анжелой, вышла из кафе, села в машину и задумалась.
Анжелка от жадности тронулась умом. Готова на все, чтобы получить деньги мужа. Стать вдовой ей даже выгоднее. Если я пойду в полицию, мне не поверят. Снова вызвать Анжелу на откровение и записать разговор вряд ли получиться. Она не идиотка.
Может, рассказать обо всем Николаю? Он предан Суровцеву. Но чтобы он поверил, придется рассказать все. Как я согласилась помочь Анжеле с разводом, как подставила Суровцева. А это вряд ли ему понравится. И не факт, что он меня просто не пришибет под горячую руку.
Решила посоветоваться с Игорем. Может он даст путный совет. Или в крайнем случае найму его телохранителем для Кирилла. Чем не вариант? Хотя и очень странный…
 
 
 
Глава 33 
Игорь слушал меня молча и чем дольше я говорила, тем тяжелее становился его взгляд.
- Ленка, ты совсем дура? – наконец не выдержал он. – Хотела наказать своего Кирилла. Наказала и забудь о нем. Чего теперь лезешь? Тебя это как касается? Убьет его жена или нет - тебе что до этого? Наймет она кого или сама отравит мужа – ее дело. Для тебя все закончено. Прожито, забыто.