Во власти шторма (СИ)
Выхожу с набережной по направлению до ближайшей остановки, иду мимо кафе. Рядом на улице расположены несколько столов с зонтиками. Люди пьют кофе, едят мороженное.
— Алина! — окликает меня знакомый голос.
Поворачиваюсь, за дальним столиком сидит Денисов. Вот его я точно не ожидала увидеть. Я застываю, как ни странно, он улыбается, подходит ко мне.
— Привет. Классно выглядишь.
— Привет спасибо. Ты как здесь?
— Приезжал Мамонта навестить, он в аварию попал, лежит в травматологии с переломами.
— Ничего себе! Как он?
— Жить будет, — смеётся Женя — слушай, давай присядем, чего здесь стоять. Кофе будешь?
Я на автомате озираюсь, не видит ли нас кто-нибудь, боюсь, чтобы вдруг не появился Волков. Боже, у меня паранойя. Занимаем его столик, он заказывает мне капучино, от десерта я отказываюсь.
— А я в общежитие заезжал, Аня мне сказала тебя нет, и неизвестно когда будешь. И вдруг, такая встреча.
— Я по работе ездила, она действительно не знала, на сколько задержусь. Как ты поживаешь? — мне почему-то, тяжело смотреть Жене в глаза, чувствую себя с ним неловко. Думаю, поднимать ли вопрос нашего последнего с ним разговора или не стоит трогать эту тему.
— Работаю, в сентябре в квартиру въехал, всё в обычном режиме.
— А ты как? Знаю, что уже не с Волковым.
— Откуда?
— Мамонов сказал, не спрашивал, откуда он знает.
— Учусь, с работы меня уволили. Занимаюсь частными заказами, тоже всё как обычно.
— А после универа куда?
— Пока не знаю, за год определюсь.
— Алина,…я всё время думаю о тебе, не могу вырвать из памяти. Пытался знакомится с девушками — всё не то…Если разрешишь, я буду к тебе приезжать по выходным или к себе забирать. Давай снова попробуем? Я не буду на тебя давить, мне просто нужно, чтобы ты была рядом.
Комок подкатывает к горлу. Какой же, все-таки, хороший парень. Ну почему я ничего к нему не чувствую?
— Жень,…Влад тебя ко мне не подпустит…
— В смысле? Ты же ушла от него.
— Не хочу тебя разочаровывать, но я вряд ли полюблю тебя по щелчку, это так не работает, сам понимаешь. И даже, если мы дадим друг другу время, в первый же приезд попадёшь на соседнюю койку с Мамонтом. Не ввязывайся в это. Мне ещё за прошлый раз до сих пор неловко.
— Да я уже забыл этот прошлый раз! Сейчас какое отношение он к тебе имеет? У нас что, крепостное право? Ну, заберу я тебя к себе на несколько дней, увезу в другой город, что он сделает? Приедет убивать меня в мою квартиру?
— Не знаю, Жень. Знаешь, я и сама не хочу никаких отношений сейчас…
— Аля, что он с тобой сделал?
Не могу больше выносить этот разговор, смотрю на часы, искусственно делаю озабоченное лицо.
— Ой, я опаздываю, у меня встреча с клиентом через пол часа, прости, пора бежать.
— Давай я тебя подвезу.
— Нет, не нужно, я доберусь, спасибо. Рада была тебя увидеть, — встаю и сбегаю на остановку, сажусь в первую попавшуюся маршрутку и только тогда выдыхаю.
Домой добираюсь позже, чем планировала. Аня собирается в кино.
— Я пообедала без тебя, решила, что ты где-то перекусила. Чего так долго?
— Гуляла по набережной, а потом встретила Денисова. Пили кофе.
— Понятно. Он и сюда приходил, тебя искал. Выглядит потрясно, прямо бизнесмен.
— Такой же, как и был. Отношения мне предлагал.
— Да ладно! Камикадзе, — улыбается подруга.
— Я попыталась объяснить, надеюсь, понял.
Разогреваю себе суп, пока ем, читаю в телефоне пришедшее на почту письмо.
— Ух ты! Новый заказ. Откуда они мою почту знают? Сарафанное радио работает исправно.
— Аля,…я не знала, говорить тебе или нет, но решила, что ты должна это знать.
Мне уже не нравится, хотя она ещё ничего не произнесла. Молча жду, что скажет.
— Я копалась в телефоне Арсена и нашла переписку с заведующей детского сада. Ее зовут Светлана Сергеевна?
— Да, — с замиранием отвечаю я.
Из переписки я поняла, что это подруга их семьи. Он писал ей, что заказ оплатит его друг, такой подарок учреждению от мецената. Ей нужно только связаться и заказать… Я думаю, все твои работы Влад заказывает через других людей и сам оплачивает. Они как-то сразу начали появляться после твоего увольнения, не заметила?
— Заметила. А откуда он узнал, что меня уволили? — спрашиваю, но уже ни капли не сомневаюсь, что Аня права.
— Я рассказывала Арсену. Возмущалась, как с тобой поступила Князева. Видимо, он передал.
Внутри у меня всё обрывается и падает, пазлы складываются в общую картинку. Он всё это время регулирует мою жизнь, всё обо мне знает, а я, идиотка, свято верю, что самостоятельно решаю свои проблемы.
— Я сейчас позвоню и скажу ему всё, что о нём думаю!
— Алина, не горячись. Подумай перед тем, как предъявлять претензии. Значит, он думал о тебе, о твоем благополучии. Не мог просто предложить деньги, ты бы не взяла. Он же понимает, что на стипендию не разгонишься. Может, не говори ничего?
— И продолжать дальше играть в его игру? Ты хоть представляешь, какой дурой я себя чувствую?
Агинян вздыхает. Конечно, понимает, потому и рассказала.
— Всё равно, не пори горячку. Давай сходим в кино, развеемся, а завтра на свежую голову подумаем, как быть.
— Не хочу я в кино.
— Аля!
— Правда, не хочу. Иди с девчонками, я побуду дома.
— Ты уверенна?
— Да.
Девочки заваливают в комнату веселые, шумно общаются с Аней, пока та наносит последние штрихи макияжа.
Они уходят, в комнате становится тихо и пусто. Ложусь на кровать, обнимаю подушку, и на меня накатывается полное бессилие. Не знаю, как реагировать на действия Влада, но мне крайне неприятно то, что я сегодня узнала. Сколько ещё будет таких сюрпризов и сколько он в состоянии курировать мою жизнь? Так не может больше продолжаться. Как до него достучаться? Встаю, натягиваю джинсовку, впрыгиваю в кроссовки и вызываю такси в «Якорь».
Глава 26
Влад
Сегодня хоронили Марию Константиновну. Иваныч совсем сдал, тяжело ему придётся. Ещё вчера утром, когда он сообщил, что умерла, разделили с парнями хлопоты. Мусаев взял на себя поминки, а мы с Шаталовым всё остальное. В ресторане выпил совсем немного, не хотел усугублять и так хреновое настроение. После поминок отвез маму домой, пришлось ещё некоторое время побыть с ней. Стареет, тяжело перенесла похороны, снова укоряла, что совсем одна.
Приехал в яхт-клуб, принял душ. Лежу и пытаюсь уснуть, мне реально нужно отдохнуть, пять часов за сутки спал. Звонок телефона раздаётся прежде, чем я успеваю закрыть глаза. Звонят с ресепшина.
— Владислав Викторович, вас тут молодой человек спрашивает. Евгений Денисов.
Этот тут что делает? Бл*дь, не день, а полный звездец.
— Сейчас спущусь.
В холле никого нет, Денисов стоит, возле окна, держа руки в карманах брюк.
Подхожу к нему, молчу.
— Добрый день, — голос уверенный, спокойный.
— Добрый.
— Мне нужно поговорить.
— Пойдем, поговорим.
Выходим на улицу, спускаемся к бару у верхнего бассейна, тут заняты несколько столиков, занимаем самый крайний, чтобы нас не слышали. Достаю сигарету, закуриваю.
— Я про Алину хотел поговорить.
— Я понял.
— Отпусти её…
— Куда?
— От себя отпусти. Она имеет право быть счастливой.
— С тобой, что ли?
— Хоть бы и со мной. Она же не твоя собственность, она отдельный человек со своими потребностями и желаниями, — говорит он спокойно, но взгляда моего избегает, не выдерживает.
— А ты, вероятно, знаешь её желания?
— Я знаю, что каждый человек должен быть свободен в своем выборе, дай ей это право, это будет честно.
— Ей или тебе?
— Я смогу ей дать, всё, что она захочет. Но без прессинга и самоуправства, — голос срывается, слышу нотки страха, он перегибает и понимает это.
Несмотря на усталость, меня начинает раздражать этот муфлон.
— Ты что, головой ударился? Ты, правда, думаешь, что я позволю тебе быть с ней и буду спокойно жить, пока ты будешь каждую ночь еб*ть мою женщину?