Блондинка в боевой академии. Не хочу учиться! (СИ)
— Напомни держаться подальше от тебя в стрессе, — велел Натаниэль, посмотрел недовольно и добавил. — Да и не в стрессе тоже. Так на всякий случай.
Девчонки с интересом наблюдали за нашей пикировкой, но не вмешивались. Все понимали, насколько важно продержаться на кладбище до победного. Я вот, например, сильно переживала, что Натаниэль в два прыжка поймает зомби и вернет мою туфлю, и не останется ни одной причины задерживаться тут дольше. Я не готова была проигрывать Адаму на первом же этапе.
Но к великому счастью, удача была на нашей стороне. Мертвяк оказался шустрым, девчонки понятливыми. Один носился по кладбищу как угорелый, а другие суетливо путались под ногами Натаниэля, словно соскучившаяся Тварь.
Мертвец проскакал по вершинам памятников. Сбил с ног в свежую могилу одного своего сотоварища и схватил за длинную косу Рианну. Наша заучка заорала и, рухнув навзничь, смешно завозилась в рыхлой земле. Ей на помощь пришла Мирра, и они вместе освободили косу. Умертвие, в очередной раз увернувшись от рук Натаниэля, кинулось дальше нарезать круги по кладбищу, распугивая девчонок и других не таких шустрых мертвецов.
Я активно делала вид, что тоже участвую в операции по поимке туфли, но сама мечтала лишь о том, чтобы воздухе, как можно быстрее появился этот проклятый светляк, и мы уже могли отсюда свалить, найти Тварь и лечь спать. С туфлями я попрощалась еще в муравейнике. Я вообще спокойно относилась к вещам. Но время тянулось удивительно медленно, а мертвяк бегал быстро. Натаниэль, наконец, его настиг, прыгнул сверху, как коршун, и тут над нашими головами вспыхнул маленький огонек.
— Все! — заявила я и с облегчением выдохнула. — Подумала хорошенько и решила. Я не буду носить эти туфли! Они грязные. Хочу домой. Пойдемте, а то вставать рано!
— Рина! — взвыл Натаниэль, который как раз вырвал мой каблук с куском глазницы зомби, не удержал равновесие и рухнул в заботливо взрыхленный холмик свежей могилки.
— Ну что? — отозвалась я.
— Вот ты сейчас, как никогда близка к тому, чтобы даже на физподготовке присутствовать исключительно в этих туфлях. Ты меня поняла?
— Со всей ясностью. Молчу, восхищаюсь и уже бегу спать.
— Обувь свою не забудь! — рыкнул он и вручил мне две непригодные для носки туфли.
Я послушно схватила потрепанные жизнью лодочки, смущаясь, сказала: «спасибо!» и следом за девчонками сиганула с кладбища. Огонек поблескивал где-то вдалеке, и так как Натаниэль ничего не сказал по этому поводу, я сделала вывод, что он или не заметил, или не придал значения непонятно откуда появившемуся магическому светлячку.
У меня в планах не было заходить в комнату. Я рассчитывала заглянуть в соседнее крыло к парням и попытаться выловить свою Тварюшечку. Я давно заметила, что называю ее так, только если очень соскучилась. Но этим планам не было суждено сбыться. Натаниэль твердо решил, что проследит лично за тем, как мы доберемся до комнат.
— А то знаю я вас! После того как вы! — Он указал нас с Зейной. — Клятвенно пообещали идти спать, попавшись мне в коридоре, я нашел вас на кладбище в окружении зомби, которые, между прочим, все наперечет! Вот не дай боги, если завтра сэрш, отвечающий за хозяйственную часть недосчитается кого-нибудь из мертвяков! Объяснительные замучаетесь писать и материальный ущерб возмещать!
— И правда, не дай боги! — мысленно испугалась я, представив лицо папы, когда я буду у него просить денег на возмещение ущерба за испорченных зомби. Рука в сумке внезапно показалась живой и очень тяжелой. Может, повезет и ее пропажу не заметят?
Натаниэль проводил нас до комнаты и проследил, чтобы мы не только зашли внутрь, но и закрылись на защелку. А внутри ждал сюрприз. Живая, невредимая и довольная жизнью Тварь, которая дрыхла у меня на кровати, лежа на спине и смешно растопырив кривенькие тощие лапки и выставив отъеденное пузо.
Глава 11
— Тваречка! — радостно заорала я и кинулась обниматься с блудной скотиной. Моя песечка проснулась, смешно, как навозный жук замолотила лапками и, наконец, перевернулась и спрыгнула с кровати, чтобы броситься мне под ноги, виляя не просто хвостом, а всей своей задней частью. — Слава богам, ты нашлась! Ну, куда ты сбежала? Я так переживала!
Тварь радостно подпрыгивала, повизгивала и всем своим кошмарным видом демонстрировала непроходящую радость. Но хотя бы молчала. Подозреваю, все еще действовало заклинание Зейны, а тявкать тихо Твари не нравилось.
— Вот видишь. — Зейна облегченно выдохнула. — А ты волновалась.
— Я тебе больше скажу, — ответила я, не прекращая трепать Тварь за ухом. — Я и сейчас продолжаю волноваться. Мне совершенно не нравится, что она сбежала и весь день пакостничала непонятно где, кому и как.
— Ты снова посадишь, бедняжку в клетку? — Элоиза посмотрела на меня таким жалобным взглядом, будто в клетку я планировала посадить ее. Но мне, и правда, стало жалко Тварь. Я ведь понимала, что сбежала она, исключительно потому что скучала тут одна. Но и оставить ее разгуливать, пока нас нет, было не лучшей идеей.
— На ночь не запру, — решительно сказала я и подхватила трясущуюся от удовольствия Тварь на руки. — А вот завтра с утра подумаем, как усовершенствовать защиту на клетке. Бегать без присмотра опасно, прежде всего, для нее самой.
Я вытащила из сумки трофей, потому что мысль о том, что рука мертвеца лежит в моей любимой брендовой вещи, не давала покоя. Подумала и положила гадость на тумбочку на входе в комнату. Девчонки уже спали, академия тоже и я решила, что это самое хорошее время, чтобы быстренько сгонять в душ. Не думаю, что сейчас там меня ждет какая-нибудь подстава. Я управилась за пятнадцать минут и решила, что три ночи — это самое лучшее время для водных процедур. Вернулась в комнату и, наконец, с блаженством рухнула на узкую и не очень удобную кровать. Прижала к себе слабо сопротивляющуюся Тварь и уснула в тот же миг. Успела только с тоской подумать, что с утра у нас стоит в расписании какое-то ОФП, а потом уборка кладбища, куда идти еще раз совершенно не хочется.
С утра нас всех разбудила ответственная Зейна. Сначала я кинула в соседку подушкой, а потом заметила, что Твари под боком нет, и моментально проснулась. Не понадобилось даже идти в холодный душ для прояснения сонного сознания.
— Где Тварь?
От моего вопля на кровати сонно подскочила Элоиза и, еще не проснувшись, забормотала.
— Кто тварь? Я не тварь, я уже встаю и иду, куда скажете, только не ругайтесь.
— Да успокойся, — отмахнулась от нее Зейна. — Рина снова свою скотину потеряла.
Я заглянула под кровать, в клетку, под стол на подоконник и поняла, что мерзавка опять сбежала. Но самое гадкое заключалось не в этом. С тумбочки исчез наш трофей.
— Я убью эту поганку… — обреченно заявила я.
— Что произошло?
— Она не просто снова сбежала, она еще стащила руку мертвеца! Что мы предоставим Адаму? Но это ладно, мы опять пойдем на кладбище и попытаемся стащить еще что-нибудь, но…
— Что «но»? — спросила Элоиза, которая, наконец, открыла глаза и сейчас уныло сидела на кровати.
— Ты же понимаешь, что рано или поздно таскать руку скелета, которая размером в полтвари, собачке надоест.
— Ой…йо… — протянула Элоиза и несчастно посмотрела на меня.
— Вот именно, — отозвалась я глубокомысленно и уселась на кровать. — И зачем только я притащила сюда это несносное существо? Надо было оставить ее на растерзание маме.
— Или маму ей, — философски заметила Зейна и тоже замолчала, переваривая, видимо, масштаб неприятностей, в которые могла нас втянуть безобидная, на первый взгляд, собачка. Хотя кого я обманываю. Даже вид у моей Твари безобидным не был. Ей можно пугать непослушных детей. К слову, как-то я испытала на двоюродном племяннике. Сработало на ура. Из маленького вечно орущего поганца получился очень вежливый и тихий мальчик. Ну, по крайней мере, он таким был те два дня, что гостил у нас. Не самый мой благородный поступок, не скрою, но сработало же.