Блондинка в боевой академии. Не хочу учиться! (СИ)

Вопрос, как из этой феи сделать боевого мага? А главное, нужно ли? По мне, она была прекрасна феей. И менять ничего не стоило. Этак, выдашь фее топор и что получишь в итоге? Правильно ничего хорошего. Опасное «ничего хорошего»!
Думать о том, что ее имя в списках оказалось исключительно благодаря мне не хотелось. Потому что тогда я тоже был зол и планировал отомстить ей, ну и хоть что-то сделать так, как хотел я, а не как приказали. Понятно, что король ни слова не сказал против ее кандидатуры. Формально она подходила под все требования. А на остальное ему было наплевать. Так и завелась в моей группе личная зубастая фея. Тогда это показалось хорошей идеей, а сейчас уже было поздно что-то менять.
Я проводил Рину до комнаты. Для феи девушка держалась отлично. Даже не краснела, лицо безмятежное, на губах улыбка довольная. Возможно, я рано сбрасываю со счетов их группу. Все же в своих учебных заведениях девушки были лучшими, а значит, целеустремленности им не занимать и уровень силы у них не средненький. Ладно, время покажет, чего ждать от экспериментальной группы. А пока надо решить вопрос с их проживанием.
На самом деле ситуация меня злила. Как и всегда злила нарочитая несправедливость. Да, идея учить девушек боевой магии не нравится никому, кроме его величества. Сами девушки тоже не в восторге. Так почему же нужно изначально их ставить в максимально неудобное и некомфортное положение? Они-то в чем виноваты? Можно подумать, сами рвались? А даже если и сами? Задача академии обеспечить все условия для комфортного проживания курсантов, потому что учеба трудная, нагрузка большая, а значит, в быту проблем быть не должно.
С этими мыслями я и явился в приемную ректора, напугав своим видом хорошенькую секретаршу, которая за десять лет на своей должности могла бы уже привыкнуть к полуголым мужикам. Тут кроме нее женщин было не так и много. Несколько преподавателей по теоретическим дисциплинам и обслуживающий персонал.
— У себя? — рявкнул я и подбородком указал на дверь кабинет ректора.
— Да… — проблеяла секретарша. — Н-но…
Я не дослушал и открыл дверь с ноги, оказавшись в кабинете, где ректор, мэрш Адриан и сэрш Парнус изволили пить чай, будто других проблем и забот у них нет.
— Гранд-мэрш… — проблеял ректор, едва не уронив чашечку. — Вы что? Что-то произошло? Ваш вид… он…
— А это, не обращайте внимания! — Я отмахнулся. В отличие от блондинки, я не делал вид. Мне на самом деле было все равно, в чем я иду в военном мундире, костюме для светского раута или вот в обгоревшем полотенчике. — Ваши студенты так шутят, а я к вам по другому вопросу.
— Кто шутит? — встрепенулся мэрш Адриан. — Мы всех накажем!
— Вы не переживайте по этому поводу, я сам накажу. Так, как мне нравится. Вот еще делиться с вами удовольствием. Скажите лучше, как так вышло, что у вас женская группа осталась без душа? В итоге одной курсантке через всю академию пришлось идти в таком же виде, в каком я смущаю вас тут. А это все же девушка, и хорошо, что рядом оказался я! Вам, неужели, необходимо объяснять, что у девушек должны быть нормальные условия для жизни! Им нужен душ. Их не тридцать пять человек, как группа парней, а всего девять! Неужели найти помещение с душем сложно?
— Но град-мэрш! Откуда же помещение-то? Все же расписано! Да вы и сами в курсе, не готовы мы были к женской группе. Не готовы! — запричитал ректор, как делал всегда, когда кто-то заводил неудобную для него тему. И не скажешь с первого взгляда, насколько хитрозад этот безобидный с виду старик. Но я слишком хорошо его знал, чтобы повестись на жалостливые речи и заламывание рук. Я не комиссия из министерства.
— Напомнить ли вам, мэрш ректор, что лично вы поселили меня в апартаменты на четвертом этаже. В апартаментах три спальни, гостиная комната и два прекрасных санузла…
— Ну да. Для вас все по высочайшему разряду. Вы же к нам из дворца прибыли, надо соответствовать.
— Так объясните, почему вы не обеспечили такими покоями девушек? Не каждой по таким, им бы всем хватило одних.
 
— Ну, так одни покои-то! — недоуменно протянул ректор. — Где же я еще такие возьму?
— И я один. А девушек девять. Про три человека в комнату, как они и живут сейчас. Одна общая и два санузла. И все, проблема решена! Вместо этого вы расселили их по каким-то каморкам и предложили принимать душ или с преподавателями или в компании тридцати пяти парней, и это, если пришла в душ одна группа. Что за безобразие?
— Вы свои покои им предлагает отдать? — как-то потерянно уточнил мэрш Адриан.
— Если у вас есть другие, то давайте другие.
— Других нет, — тут же отрезал ректор. И я понял — есть, но он не даст. Впрочем, мне и не надо.
— Значит, отдаем мои.
— А вас куда?
— Да хоть в одну из комнат, которые сейчас занимают курсантки.
— Так там же без удобств.
— Я взрослый мужчина, который прошел не одну боевую компанию, поверьте, мне будет не так сложно воспользоваться общим душем, в отличие от девочек, которых выдернули из привычного комфорта. Я понять не могу, у вас дочери нет, что ли, мэрш Адриан? По глазам вижу — есть, а вот представьте, что это она сейчас шла с первого на третий этаж академии в одном полотенце. Представили? Прекрасно, а теперь быстро решите проблему, чтобы подобное больше не повторилось ни при каких обстоятельствах!
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Знаете, гранд-мэрш… протянул ректор. — Там же на четвертом этаже есть еще одна свободная комната. Нам неловко было ее вам предлагать, так как она одна и небольшая. Ни гардеробной, ни камина, но, по крайней мере, она с душем. Ну и к вверенной вам группе будете поближе, раз уж вы к ним прикипели. Только подготовим мы ее к вечеру не раньше. Там нужно убраться, а мы и так весь день, сегодня только и делаем, что убираемся.
— Ну, это вы сами виноваты. Надо было раньше подготовиться, а не оставлять все на последний момент. Приводите в порядок помещения. Думаю, сегодняшнюю ночь девушки переночуют в старых комнатах, но завтра с утра до начала занятий мои вещи должны быть в новой комнате, а мои покои надо успеть переоборудовать под жилые комнаты для женской группы.
— Как скажете, только вы бы брючки надели, а то секретарша смущается, — попросил ректор. — А то неприлично ведь, а у нас все же элитное учебное заведение.
— Бардак у вас, а не элитное учебное заведение. Брючки я надену, как вопросы текущие решу. А секретаршу надо искать более психологически устойчивую. А то почти десять лет девица у вас в приемной сидит и до сих пор одна.
— У нее детство тяжелое и характер сложный, — как-то даже смущенно отозвался ректор, а я только махнул рукой и вышел прочь.
***
Рина
Гранд-мэрш как истинный джентльмен проводил меня до комнаты. Я под конец шла исключительно на силе воли и едва не разрыдалась, как только захлопнула за собой дверь. Руки у меня дрожали ощутимо, и я думала, что сегодня точно не решусь выйти за пределы комнаты, хотя желудок протестующе заурчал. Мы с девчонками еще ни разу не наведались в местную столовую. Даже самой было странно, как после таких потрясений я все еще могу хотеть есть? Все же пройти почти голой через всю академию — это еще то испытание. Я с ним справилась и справилась отлично, но сейчас наступил откат. И меня бы накрыла истерика, если бы не два обстоятельства. Первое — теперь я жила не одна.
— Риночка! — кинулись ко мне девчонки. Они выглядели какими-то чрезмерно встревоженными раньше времени. — Что с тобой? Почему ты в таком виде?
— Я их ненавижу, и буду мстить! — заявила я, почти раздумав реветь, и выдала как на духу все мои увлекательные и не очень приличные приключения. Услышала бы о них мама, упала бы в обморок, а соседки, ничего, оказались понимающие и стойкие.
Они выслушали меня внимательно, но несколько нервно, словно их занимало что-то еще, кроме моего повествования.