Байка о том, как Лиса и Красная Королева о рае мечтали (СИ)

— Ты, блять, охуел, пиздюк? Что ты несешь? — взорвался Квентин, ворвавшись в комнату.
Он схватил Тириона за ногу и швырнул в телевизор. Ланнистеру повезло, что он был в броне, поэтому ток не дошел до его нежной кожицы.
— Ну что? С возвращением, суки ебучие! — заорал Тарантино и похлопал сестер по ляжкам. — С вами тут один пидор очень хотел бы поговорить! Но, так как карлик в отрубе, разговор подождет…
— А причем тут Тирион? — не поняла Лизи.
— Этот обоссанный инвалид-маньяк поговорит с вами в присутствии этого мелкого! — пояснил Квентин.
— Посторонись, ковбой! Дай я их развяжу! Ну же! Ну же! — зашел в комнату Малыш Джимми и рывком сорвал с девушек отрепья. Затем он подошел к Тириону, поднял его, встряхнул как половик и поставил на ноги. Квентин вновь засмеялся, и ковбои вышли из комнаты.
— Эй, драмоеб, заходи! — послышался за дверью голос Холлидея.
Дверь немного скрипнула и в щель заглянуло пол-лица Декстера, затем пролезла рука, ну, а уж потом в проем робко зашел в полный рост и сам парень-трансформер, положив руки в карманы. Кажется, сейчас его намерения наладить отношения с сестрами были искренними. Тирион Ланнистер смахнул остатки телевизора и похлопал по тумбочке, приглашая Декстера присесть. Потом он указал на диван сестрам, а сам забрался на кресло, достал из лат ручку и мятый блокнот, который, кажется, недавно, залил кофе.
— Я не понимаю, с хуя ли мы должны слушать этого хуева пидораса? — скрестила руки на груди Лизи и смерила Моргана презрительным взглядом. — Что он может нам рассказать? Разве есть какое-то разумное оправдание той хуйне, что он творил? Не думаю…
— Вам сейчас нужно успокоиться и дать шанс человеку высказаться. Ему многое нужно рассказать, — сказал Тирион, взглянув на сестер поверх очков, которые опустил на носик. — Декстер, прошу, — жестом предложил он парню-баснослову поведать свою историю.
— Не знаю, с чего начать, — поднял Декстер к потолку свои наглые задумчивые глаза.
— Начни с начала, как мы и договаривались, — подбодрил его Ланнистер и приготовился записывать.
Морган еще с минуту мычал, прочищал горло и усаживался поудобнее на тумбочке, после чего, наконец, приступил к рассказу.
— История началась, когда мне было всего три. На моих глазах убили и расчленили мою мать. Именно в тот роковой день, моя неокрепшая психика дала сбой…
Парень-былые-времена рассказал сестрам как умер от рака его приемный отец-мент, как именно этот человек придумал план, дабы бороться с пагубной зависимостью Декстера, которому постоянно хотелось убивать. Он поведал сестрам, что убивает только плохих людей, которые натворили в этом мире слишком много говна. Как стал работать в ментовке судмедэкспертом. Как много лет вершил правосудие над разного рода мудачьем, пока на его след не вышли коллеги-мусора. Тогда он подстроил собственную смерть, переехал на лесопилку, где решил взять себя в руки и больше не заниматься своими хоть и правосудными, но тем не менее — маниакальными кровавыми делами.
Спустя часа два Декстер закончил рассказ, который иногда прерывался и комментировался психологическими фразочками Тириона. За каждый комментарий Морган говорил «спасибо» карлику. За все это время сестры выкурили целую пачку сигарет, а также выпили по упаковке пива, которые заботливо принес им Джимми Холлидей.
— Оу, бедняжка… — расчувствовалась Нина и хотела встать и утешить Декстера, предварительно уже кинув ему заявку в друзья на Фейсбуке.
— Ты что, поверила во всю эту чепуху? Хотя, чему тут удивляться? Ты всегда была наивной дурочкой! Да тебе в уши нассать — раз плюнуть! Ты что, не видишь? Этот ебач опять нас наебать хочет! — заорала она, схватив сестру за руку и швырнув обратно на диван. — Да даже если все это и правда, так почему бы ему нас не убить? Мы прекрасно подходим под этот его кодекс!
— Я клянусь, что больше никогда не причиню вам вреда! Вы мне правда очень нравитесь! Мне еще никогда и не с кем не было весело, как с вами! Рядом с вами у меня открывается целый спектр различных чувств, которые я раньше и не испытывал! И радость, и злость, и обида… — наигранно сказал Декстер, видимо, речь была подготовлена и отрепетирована перед зеркалом заранее. — С хуя ли мне тогда вас убивать? Чтобы опять стать бесчувственным ублюдком?
 
Нину эти слова растрогали еще больше, но Лизи тут же залепила ей пощечину в знак возвращения с небес на землю.
— Да пошел ты в пизду! Я никогда не поверю в эту хуйню, которую ты сейчас нам втираешь! — взорвалась Лизи.
— Я же говорил, что не сработает твоя речь, — пробормотал Декстер Тириону на ухо. — Все, Лизи, я обещаю, что больше не буду вас с Ниной пытаться порезать, — сказал он уже громче.
— И уколы тоже не будешь вкалывать, — выставила Лизи указательный палец вперед.
— Ладно, — подкатил свои наглые пиздливые глаза Морган и положил руки в карманы. Он уже встал и хотел выйти из комнаты, думая, что все вопросы были решены. Но Лизи его быстро остановила.
— Но ты не подумай, падла, — сказала Лизи, пристально посмотрев на Декстера. — Я не сведу эту тему на нет. Один лишь неверный шаг с твоей стороны — хоть что-то, что мне не понравится… Обещаю — я не дам тебе спокойной жизни! А ты уж мне поверь, я свое слово держу! — рявкнула девушка, схватила сестру за руку и обе удалились из комнаты.
Морган и Ланнистер переглянулись, нехотя встали и пошли в гостиную, где их уже ожидали Холлидей наготове с ящиками алкоголя, Квентин, сестры и Кейт.
Декстер моментально приступил к уборке своей любимой квартиры, в которой не появлялся вот уже много лет. Вначале он подмел каждую комнату, затем помыл полы и заложил в стирку свой любимый палас и шторы. И уж только после всех своих дел парень-домовой присоединился к всеобщему веселью, но вел себя по-прежнему скромно, изображая некий стыд за содеянное ранее.
Вскоре все изрядно напились. Холлидей достал револьверы и стал палить по бутылкам, которые выставил в ряд на кухонном столе какой-то безумец. Во время стрельбы Джимми разбил окно и прострелил ладонь Декстеру. Тирион моментально поспешил парню-бедолаге на помощь, напомнив всем, что он врач. После осмотра карлик заявил, что руку необходимо ампутировать. Ланнистера пинком оттолкнул Квентин, и тот вылетел на улицу прямо в пулевое отверстие, оставленное Джимми в окне. Джинсовый Тарантино мельком осмотрел рану и предложил поссать на нее, тем самым продезинфицировав, но парень-пациент наотрез отказался участвовать в этой авантюре, поэтому его огнестрельное просто залили вискарем. Декстер завопил от боли, словно глупая малолетка.
— Да хуль ты так орешь, пидор? — взорвался Квентин. — Когда Джимми прострелил мне голову, я ж так не вопил! — рявкнул он, отвесив другу оплеуху.
Во время всего этого безумия ребята и вовсе позабыли про Джека Николсона, мирно посапывающего в гостиной. Про него вспомнил лишь Декстер, да и то, когда пошел поссать и нечаянно споткнулся и завалился на тело старика. Николсон приоткрыл свои зеленые глаза. Морган заглянул в них и увидел свое отражение. Джек хотел было что-то прохрипеть, но вновь отрубился. Парень-завал вскочил, подорвался к Квентину и стал упрашивать его о том, чтобы тот разрешил прикончить Николсона.
— Сука, ты опять за свое? Мы ж договорились без этих твои маньячиных обоссаных штучек? — зарычал Тарантино. — Ну ладно уж, — потрепал он Декстера по голове как сынишку. — Но только не здесь, мудак! — строго добавил он и пихнул друга в плечо, показывая ему тем самым, чтобы тот проваливал вместе с телом полного старца прочь и возвращался уже без него.
 
— Слышьте? Никто не хочет со мной разделаться с Джеком Ниоколсоном? — воодушевленно спросил Декс, прочитав имя старика с бэйджа на халате.
В него тут же полетел сапог Квентина и лабутен Лизи.
— Агррр! — зарычал Квентин и уже двинулся на друга, расстегивая ширинку.
— Все, все, все, я понял! — поспешил успокоить его парень-голубь-мира.
Он засуетился, быстро собрал все необходимое, в том числе Джека Николсона, которому вколол еще один укол, и удалился, обещая вернуться через пару часов.