Байка о том, как Лиса и Красная Королева о рае мечтали (СИ)

— Что, весело вам, ебачи? — заорал Квентин, выбивший калитку и перезарядив дробовик одной рукой.
— Квентин… — прошептала Лизи. — Квентин… Квентин… Квентин… — все громче и громче повторяла она, переходя на крик, и не способная сказать ничего более вразумительного, чем джинсовое имя.
Русским ребятам и их американским друзьям это не то что не понравилось — они были просто в гневе от таких дерзких гостей!
— Ты, бля, с какого района залетный? С Манхэттена либо? — заорал Стэтхем и достал из спортишей пару пистолетов. — Хули ты в Бруклине забыл, педрила?
— Ты, бля, охуел, пидор лысый?! — взорвался Квентин. — Давно никто не обоссывал?
— Бляяяя… Это же сам Джейсон Стэтхем! — заорал вбежавший во двор…
— Декстер? — возмутилась Нина, сморщив нос.
— Я, кажется, предупреждала! Ты ж сказала, что удалила этого ебача из друзей, а значит вычеркнула его из памяти! — взорвалась Лизи, отвесив сестре пощечину в знак нарушения своего слова.
— Снимите меня отсюда! Пожалуйста! — орал Тирион, но его голосок никто не слышал.
— Джейсон, дай мне автограф! — никак не унимался Декстер.
Полетел первый арбуз. Он был адресован Ланнистеру, тот сразу плюхнулся обратно за забор.
— Ты, бля, охуел, пидор?! Не трогай моего маленького пиздливого друга! — вновь взорвался Тарантино и начал шмалять по Джонни Кейджу из Саманты, которую накануне зарядил солью, думая, что если придется стрелять по убегающим сестрам, то убивать их не стоит, а вот соль как раз сгодится для такого дела. Да и убивать посторонних людей на их празднике ему тоже не хотелось.
Джакс быстро подбежал к другу и поставил блок. Солевые пули отрикошетили обратно. Тут уже вылетела и первая граната из кармана брюк Вина Дизеля. Подскочил и набыченный Серега с топором в руках, его взгляд был крайне мутен, казалось, он уже совсем ничего не соображает.
— Брат за брата! Такое за основу взято, — протараторил он и кинулся на Декстера.
Парень-фанат увернулся, выронив из рук блокнот с ручкой, которые одолжил у Ланнистера, дабы взять автограф у своего кумира. Серега завалился на забор, и топор воткнулся в деревянную рейку. Он стал тянуть изо всех сил свое оружие, но у него ничего не получалось! Выходило все не то!
— Они вас обидели чем-то? — спросил Джакс у сестер.
Девушки молча кивнули в ответ.
— Стэт, маневрируем! — заорал Джонни Кейдж, указав на сестер.
В это время Декстер не на шутку разозлился и достал из кармана три шприца — два вложил в руки, а третий запихнул в рот. Он подлетел к Сереге, который все никак не мог разобраться с забором, и шырнул его одним.
— Ты что возомнил о себе, петух? — заорал Вин Дизель и, оторвав чеку зубами, швырнул в Моргана гранату.
— Ссаный пидор! — завопил Квентин и выстрелил в лысого Вина. Тот упал на землю.
— Брааат! — заорал Джейсон Стэтхем, выпучив глаза больше некуда.
— Все в норме — легкая царапина! Этот лох стреляет солью, — сказал Дизель, поднялся с земли и схватил на лету автомат, который кинула Надежда Бабкина, предварительно достав его из кустов смородины.
Тирион выбежал из-за дерева и каким-то образом, повалил маленькими ручонками Джакса и Джони Кейджа, к ним шустро подскочил Декстер и вколол по дозе. Во суматохе и неразберихе Джейсон Стэтхем схватил сестер и ринулся к черной Ауди. Это сразу же заметил мистер Морган и пустился за ними.
— Стой! Дай автограф! — запыханно орал парень-спринтер.
Но ему было не угнаться за резвым Джейсоном, и уже через несколько мгновений тот добрался до черной Ауди, затолкал сестер на заднее сиденье, прыгнул за руль и двинулся в путь, даже не прогрев машину.
— Куда ты нас везешь? — хором спросили сестры.
— В Филадельфию! Там у меня надежные братишки! Они прикроют вас от этих уродов! — пояснил Джейсон, прикуривая сигарету. — Давайте рассказывайте, что это за долбоебы?
И сестры, перебивая друг друга, затянули историю с самого начала. Джейсон нисколько не удивился, что они убийцы, ведь считал это нормой и сам был не без греха.
Вдруг на дороге вдалеке появилась лошадь, встав поперек проезжей части и гарцуя.
 
— Это еще кто такой? — возмутился Джейсон Стэтхем, указав на силуэт наездника. — Эй, съеби с дороги, уебок! — заорал он, высунувшись в окно.
Но тот не собирался уходить. Вместо этого он дернул за узду, и лошадь поднялась на дыбы. Стэтхем резко ударил по тормозам, когда до столкновения оставалось всего пару метров.
— Ебаный в рот, ты что-то попутал, кажись, петух, — выскочил он из тачки, достал пистолет и направил в сторону всадника.
Сестры, будучи пьяными дурами, тоже поспешили выбраться из тачки и встали между Стэтхемом и Холлидеем.
— Нееет, остановись, Малыш Джим! — заорали они хором, добиваясь незнамо чего.
— Не становитесь на пути ковбоя из Вайоминга, щитоебки, если не хотите схлопотать пулю в лоб! Понимаете, о чем я? Ну же! — с этими словами он достал лассо и накинул на сестер и Джейсона разом.
Сзади подъехала машина с простреленной крышей, из дыры которой торчала голова Квентина.
— Отличная, мать твою, работа! — воскликнул Тарантино, выходя из тачки. Он подошел поближе и похлопал лошадь Холлидея по ляжке. — Давай складывай этих ссаных шмар в тачку и погнали, — обратился он к Ланнистеру.
Через час машина остановилась, и Квентин открыл багажник.
— Ну что, понравилось вам так кататься? — рявкнул он. — А помните, как вы меня продержали в багажнике двое суток, а, сучары ссаные?
— Это вообще-то не мы, а Декстер, — подкатила глаза Нина, и получила локтем в бок от Лизи, за произнесенное вслух имя.
Выбравшись из багажника, пленники увидели, что их привезли к какому-то загородному дому. На пороге сестры приметили Кейт, болтавшую по телефону. Квентин одним прыжком подобрался к ней и, не дав закончить разговор, страстно поцеловал, крепко ухватив за задницу и приподняв девушку одной рукой.
— Накрывай на стол, сучка, — сказал Тарантино, вдоволь насосавшись и опустив Швиммер на землю. — Ну, что встала? — ласково рявкнул он и подогнал шлепком под зад.
— Ну нихуя б себе, — пробормотала Лизи, наблюдая эту картину. — Тут прям амур-тужур.
— Правильно говорить: «l’amour pour toujours», — начала умничать Нина.
— Заткнись нахуй, — дерзко осадила Лизи, но пощечину в знак лингвистических выебонов дать не смогла, ведь их так и не освободили из лассовых пут. — Тоже нашлась мне тут, лягушатница хуева…
— Так-то и ты лягушатница, — покривила лицом Нина. — Моя бабка француженка, а значит и твоя бабка тоже!
Тут конфликт был прерван, ведь подошел Декстер и принялся грубо развязывать. Лассо он бережно свернул и отдал Малышу Джимми, успевшему прискакать вперед остальных.
— Вы не заложники, но вам не следовало убегать, — спокойно сказал парень-пленитель и положил руки в карманы. — Поэтому пришлось брать вас силой, — тон Декстера не внушал доверия, ведь ехидная улыбка выдавала все недобрые намерения. — Слышь, Джейсон, а ты дашь мне автограф? — посмотрел он на Стэта своими наглыми вожделенными глазами.
— Такой хуесос недостоин моего автографа! — дерзанул Стэтхем.
— Ммм… Ну, ладно, — поджал губы парень-фанат. — Значит отдохнешь пока в багажнике, и будь готов к автограф-сессии, когда я решу тебя достать, — с этими словами он закинул кумира обратно в машину и захлопнул крышку.
— Ну, садитесь, за стол, твари, — указал сестрам их места Квентин, когда они вошли в дом.
— А теперь рассказывайте, нахуя вы съебались? — продолжил Тарантино, доев бифштекс и ковыряя во рту зубочисткой.
 
— Ээээм… — замычала под нос Нина, придумывая какую-нибудь брехню, не желая злить, а уж тем более обижать ковбоев. Рассказав правду о причинах побега, ей казалось, что она вместе с этим унижает и Квентина с Джимми, как бы говоря: «Эй, парни, а ваш-то хуев друг — тот еще ебанат! Совсем вы в людях не разбираетесь! Или вы и сами такие же?» Но на самом-то деле Нина вовсе так не считала, ведь по ее мнению — Декстер профессионально ссал в уши любому, даже самому проницательному ковбою. Но и эта точка зрения, возможно, обидела бы Тарантино и Холлидея, ведь могла быть расценена как обвинение в глупости.