Байка о том, как Лиса и Красная Королева о рае мечтали (СИ)

— Ты что, совсем конченая? — подняла брови Лизи, недоуменно посмотрев сестре в глаза. — Что за шлюшьи выходки такие?
После этих слов Нина словила клина. Девушка спихнула с себя нефтяного Тоби и начала наспех одеваться.
— Ах, шлюшьи выходки? — фырчала на весь VIP-чилаут Нина. — Ну-ну! Сама ты шлюха, Лизи! Пошла на хуй! — оттолкнула она сестру в сторону и выскочила за дверь.
— Чего, блять?! — растерялась Лизи, не понимая, чем была вызвана эта вспышка, и уже хотела побежать за сестрой, как ее за запястье схватил Тоби.
— Эй, детка, ну, раз уж пошла такая пьянка, то может я и тебе покажу, как умеют любить ньюйоркцы? — подмигнул он.
— Ты ебанат? Отпусти меня, иначе я тебе въебу! — попыталась вырываться из нефтяной хватки Лизи.
— Ты охуела, детка? — замахнулся на Лизи чистым кулаком Магуайр.
Но девушка не растерялась. Она увернулась и с колена ударила Тоби по яйцам. Нефтяной магнат заскрипел, схватился руками за причинное место, покривил мордой и бочком упал на пол.
— Люди! Кто-нибудь! Вызовите «скорую»! Кажется, у меня инсульт! — застонал он на весь клуб.
— Блять! — выругалась Лизи и поспешила скрыться из чилаута Тоби.
В это время Нина пробежала уже три квартала и остановилась.
«Эй, Нина, какого хуя Лизи такое сказала про тебя? Что ты такого сделала? Разве это шлюшьи выходки? А разве нет? Ты ж все это делала ради денег Тоби!»
Девушка встала посреди дороги в расстроенных чувствах и с непониманием, что же ей делать дальше. Тогда она решила перекурить, чтобы немного успокоиться и обдумать, как теперь быть. Она сунула сигарету в рот. Пару минут Нина пыталась подкурить, чиркая зажигалкой, но огонь никак не поддавался! То безумец-ветер затушит его, то сама Нина спугнет его дыханием. В итоге из-под колесика вылетели последние безнадежные искры, в сопле показалось маленькое голубое пламя и тут же пропало, после чего зажигалка приказала долго жить.
— Блять! — взорвалась Нина и со злостью отбросила поломанную зажигалку, которая с хлопком разбилась об асфальт.
Девушка, преисполненная отчаяния, оперлась о кирпичную стену и сползла по ней на землю. Она, крутя во рту неподкуренную сигарету, уставилась на затухающие огни минувшего Рождества, отраженные в покрытой тонким слоем льда луже. Нина совсем не заметила, как задремала, сидя на холодном нью-йоркском асфальте.
— Эй, с тобой все в порядке? — услышала она голос сквозь сон.
Нина почувствовала, как кто-то подхватил ее и понес куда-то. После этого она окончательно уснула на руках незнакомца.
Лизи впопыхах выбежала на улицу и нервно огляделась по сторонам.
— Нина, Нинааа, — орала она, мечась из стороны в сторону. — Блять, зачем же я ей это сказала? Она же такая ранимая! Еще нахуевертит незнамо чего!
Лизи пробежала уже несколько кварталов, но Нины нигде не было. Вскоре она влетела в бар на противоположной стороне улицы и стала расспрашивать всех о сестре. В итоге она выяснила у какой-то циничной блондинки, что та видела, как Нина задремала недалеко от входа в бар, и что ее унес отсюда какой-то мужик.
«Ебаный в рот, что еще за крендель?» — в панике подумала Лизи.
Она пулей выскочила из бара и побежала в том направлении, куда указала девушка. Лизи долго бежала, не переставая кричать и звать сестру.
Светало. Она уже потеряла всякую надежду, найти Нину, как вдруг вдалеке увидела какого-то мужика, сидящего на лавочке, а рядом с ним лежала ее сестра.
— Эй, какого хуя ты делаешь? — завопила Лизи, подбежав к ним. — Ты что, блять, извращенец какой-то? — пнула она его по ноге.
— Успокойся, — тихо ответил печальный незнакомец, выронив из руки пончик.
— Нахуй ты ее сюда принес, придурок? — уже более спокойно спросила Лизи, прочувствовав, что он никакой не извращенец.
— Я просто хотел помочь. Если бы я ее не унес оттуда, то унес бы кто-нибудь другой, только в этом случае ты бы ее уже вряд ли нашла. Ты что, не знаешь, сколько всяких психов ошивается по ночам? — все тем же спокойным и грустным тоном ответил парень, подняв с земли пончик, дунул на него пару раз и продолжил завтрак.
 
— Ты, вообще, что за крендель? — спросила Лизи, присаживаясь на корточки рядом с сестрой и проверяя все ли с ней в порядке.
— Я… Я просто обычный парень… — задумчиво сказал незнакомец, заталкивая в рот остатки пончика.
— Что? Что это вообще значит? Что это за ебанутый ответ? Кто вообще так на вопросы отвечает? Я обычный парень, — передразнила Лизи собеседника. — Как тебя, блять, зовут? — взорвалась она.
— Киану, меня зовут Киану, — скорбно ответил он, помотав головой.
— Что? Что за ебанутое имечко? Кто вообще так своего сына мог назвать? — больше прежнего возмутилась Лизи и отвесила парню пощечину в знак странного имени.
— Что здесь происходит… — забормотала Нина, медленно открыв глаза.
— Эй, Нина, это я, — зашептала Лизи, прильнув к ее уху.
— Пошла нахуй от меня! — зарычала Нина, отталкивая сестру. — Зачем тебе общаться с такой шлюхой, как я?
— Я смотрю у вас очень милые сестринские отношения, — усмехнулся Киану Ривз.
— Это еще что за хуй? — закричала Нина, подскочив и уставившись на Киану, доставшего из бумажного пакета еще один пончик.
— Этот парень вроде как спас тебя, — спокойно сказала Лизи, пытаясь успокоить сестру.
— А, ну вот и отлично! Я останусь с ним, а ты пиздруй отсюда!
— Да ты заебала! Прости меня! — воскликнула Лизи. — Я ляпнула хуйню! Никакая ты не шлюха!
— О! Ну конечно! Не шлюха! — покривила лицом Нина. — А что с братом жарилась — это норма! А помнишь, как я ебалась с Прохором Шаляпиным, который приехал в нашу школу по обмену? Ммм? Прямо в школьной столовой! Прямо после уроков! Ну, совершенно не шлюшьи выходки! Теперь еще и Тоби пойдет в копилочку…
— Замолчи! — перебила сестру Лизи, яростно взорвавшись. — Хватит нести весь этот бред! Вместо того, чтобы строить из себя обиженную, могла хотя бы сказать спасибо за то, что я сегодня спасла тебе жизнь! А ты вот это вот все устраиваешь!
Нина виновато поджала губы и опустила взгляд. Киану же осуждающе посмотрел на девушку, откусив пончик.
— И вот что еще… — продолжила Лизи.
— Ладно, хватит, я больше не обижаюсь, — перебила Нина. — Спасибо, что спасла меня от Мадонны. Правда, спасибо…
— Нина, ты лучшая сестра, которая только может быть, и я люблю тебя! — тихо вымолвила Лизи, подбородок задрожал, а глаза наполнились слезами. Она посмотрела на сестру взглядом, полным безграничной нежности и теплоты с налетом грусти.
— Оу, — опешила Нина.
Сестры обнялись и заплакали. Киану сидел и смотрел на них с ухмылкой, уплетая пончик. Доев, Киану достал из кармана пакетик с пшеном и начал кормить подлетевших к нему голубей, напевая под нос какую-то меланхоличную песню.
— Почему ты такой грустный, Киану? — оторвавшись от сестры и утирая слезы, спросила Лизи.
— Ох… Полгода назад меня бросила девушка. Дело шло к свадьбе, а она кинула меня, — тихо говорил Киану, наблюдая за воркующим голубем, который плясал помпезный танец для белой голубки.
— Вот же сучка! — возмутилась Нина.
— Что, прям вот просто так? Ни с того, ни с сего? — недоверчиво спросила Лизи, желая знать все грязные подробности.
— Она мне все твердила: «Киану, мне нужна уверенность в завтрашнем дне. Чего ты можешь добиться своей работой? Перебиваешься всякими шабашками! Между прочим, еще и незаконными! То ли дело — полиция! Карьерный рост, стабильный заработок, соцпакет!» — писклявым голосом изображал возлюбленную Ривз, загибая пальцы. — Говорит: «У нас в отделе требуется как раз сисадмин. Я могу замолвить за тебя словечко!»
 
— Фу! Она что, мусорша? — брезгливо скривилась Нина.
— А ты-то сам кем работал? — любопытно спросила Лизи.
— Ну, я эдакий хакер-фрилансер, — пояснил Киану. — Ну так вот… А потом она ушла из полиции в ФБР. И тогда она заявила мне — либо я бросаю фриланс и иду на госслужбу, либо между нами все кончено. Сказала, что мы теперь «не одного поля ягодки». Но я не могу переступить через себя, я не готов был становиться частью этой прогнившей системы! И она ушла… Кейт ушла от меня! Может, это и к лучшему. Не думаю, что мы с ней ужились бы, с такими-то разными взглядами на жизнь.