Байка о том, как Лиса и Красная Королева о рае мечтали (СИ)

— Ну, сука, ну, держись! — взорвался, словно глупый ваххабит, Малыш Холлидей и кинулся на Фила в драку. Вдруг безумец-ветер схватил его за подол пиджака и не дал подобраться к лакричному химику. — Отпусти, глупец! Я сейчас ему дам такой пизды, что он взлетит к тебе на небеса! — верещал Холлидей. — Он, блять, поцеловал меня!
Воспользовавшись моментом, Фил шустро, насколько позволял вес экспериментальных колес, которыми были до отказа набиты карманы его брюк, поднялся и побежал прочь из этого Богом проклятого похоронного бюро.
— Ну и куда дальше? — вышел из кустов довольный парень из шара, на ходу застегивая ширинку.
— Может, в клуб? — предложила Лизи, заправляя грудь в чашечки бюстгальтера.
— Или в Сиэтл? — пизданула хуйню Нина, вытирая подолом платья рот.
— Неплохая идея, — хлопнул в ладоши Джилленхол.
— Так! А ну-ка заткнулись все живо! — затопал босыми ногами по асфальту Тарантино. — Теперь я решу, куда мы поедем!
— Чур я за рулем! — воскликнула Лизи и побежала к лимузину, который, к слову, уже успел починить некий безумец при помощи прически Тириона Ланнистера.
Квентин начал хватать всех присутствующих на улице и закидывать в машину. Туда же запрыгнул и сеньор Купер.
— Где ты, разводоеб?! — встал посреди фонтана Холлидей, хитро озираясь по сторонам в поисках Фила.
— Так, успойкойся! — подлетел к нему Квентин и закинул в лимузин.
— А вот и тыыы… — прищурено уставился на химика Джимми, оказавшись в салоне. — Ну, кажется, сегодня тебе предстоит познакомиться с моим стариком-отцом… Что?! Что значит ты это подстроил?! Ты его загипнотизировал?! — заорал он в потолок. — Это, вообще, законно?! Пиздабол облачный! Никакой это не гипноз, хули ты его отмазываешь?
— Эй, обоссаный, не соизволишь ли подняться? — подошел Квентин к Декстеру, который сидел на бортике своего любимого фонтана и бессмысленно смотрел в свою любимую пустоту.
— Ооо, ну нет, я никуда не поеду… — пробуробил он, но тут же был замотан в длинные руки Квентина.
Тарантино потащил его к лимузину, но вместо того, чтобы усадить внутрь, привязал мазутными тряпками к заднему бамперу, а сам быстро прыгнул в машину и захлопнул за собой дверь.
— Трогай!
Лизи, не раздумывая ни секундочки, вжала педаль в пол. Лимузин под веселые визги пассажиров внутри и под истошный вопль Декстера тронулся с места.
— Спасибо, блять, старик-отец, за чудесный вечерок! — язвил, крича из окна лимузина кожаный голос, уносясь вдаль.
— Эй, Нина, смотри, какой ебанат! — веселилась Лизи, тыча пальцем в зеркало заднего вида и указывая на Декса, волочащегося за тачкой.
— Да этот человек не на шутку конченый, раз позволяет делать с собой такое! — засмеялась Нина, отпила водочки прямо из горла и передала бутылку сестре. Девчонки, ну сколько уже можно спаивать друг друга за рулем?! Неужто, жизнь ничему вас не учит?!
— Так, водкоебка, тормози немедленно! — заявил Джимми, пролез через окошко в перегородке, отделяющей салон от водительского места, и стал выкручивать руль.
— Что ты делаешь? Зачем тебе это надо? — изумленно завизжала девушка.
— Что за вопросы, детчка? Потому что Джимбо так сказал! — возмутился ковбой.
Лизи цокнула, но на тормоз нажала. Малыш же Джимми неторопливо вышел из машины.
— Так, платьееб, сиди тут и никуда не уходи, — обратился он к Филу, заглянув обратно в лимузин. — Сейчас я отвяжу того пылееба и мы с тобой побеседуем по-взрослому. Убивать тебя я не стану, за тебя поручился старик-отец. Но вот наказание за твои выходки последовать должно… Понимаешь, о чем я? Ну же, ну же!
Фил ничего не понял, но быстро замотал головой. Джимбо одобрительно кивнул и направился к Моргану, который выл позади лимузина, будто конченый алкаш из подворотни. Холлидей взял парня-пыль за шкирку, поднял на ноги, развязал и отпустил, подталкивая к машине. Декс, неумело перебирая своими ватными ногами по трухлявому персидскому ковру, который расстелил для него какой-то безумец, прошаркал к лимузину и залез внутрь. Там его сразу же угостили водкой, и он немного подбодрился, потухнув больше прежнего.
 
— Ну, иди сюда, — поманил Джимми рукой Фила, облокотившись на открытое окно машины. — Ну же, иди скорей, Малыш Джимми тебя не убьет, — приободрил его ковбой.
Купер пожал плечами и полез наружу. Подобравшись к двери, он бросил непонимающий взгляд глупой лишайной собаки на Холлидея, но того это не тронуло. Он дерзким рывком вытащил химика на улицу и поставил перед собой.
— Ну, и что же мне с тобой сделать? Как отомстить за твой безрассудный дерзкий поступок? — расхаживал туда-сюда Джимбо, почесывая жопу револьвером. — Может поджечь? — достал он огнемет и наставил в нос Филу. — Нет, — протянул он и спрятал оружие обратно. — А может подстрелить? — достал он миниган и ткнул ему в грудь. — Нет, нет, нет, не пойдет… — прищурился он. — Я же обещал, что не буду тебя убивать… А ковбой Джимми держит свое слово! Но как же мне отомстить за твою жидовскую наебку? Хм… Ладно, кажется, придумал, — наклонился Холлидей к Филу и что-то зашептал ему на ухо.
С каждой секундой глаза Купера все больше округлялись от наркотиков. Джимми, а ты в курсе, что больше двух говорят вслух?! Негоже вот так вот шептаться!
— Ну, все понял? — похлопал ковбой по лакричной щеке Фила, отстранившись.
— Ага, — весело фыркнул тот и пошел к переду лимузина.
— Так, вышли все на улицу, — заглянул в салон Холлидей. — Сейчас будет шоу!
Из лимузина пачками повалился бухой народ. Декстер вышел из машины походкой похотливого голубя, прошел пару метров, упал в кучу сухих веток, где и придремал. Квентин уселся на бордюр, достал из-под шляпы джинсовую сигарету и решил немного перекурить, в ожидании представления от кожаного друга. Рядом с ним присел сонный Ланнистер, глаза которого сплошь были затянуты ячменем. Лизи и Нина также вышли из машины, держа в руках телефон Джилленхола и безумно громко крича песню группы Rammstein — «Sonne». Мало того, что пели бухие девушки, мягко сказать, хуево, так определенно точно, что немецкого языка они отродясь не знали.
— Eins. Hier kommt die Sonne! Zwei. Hier kommt die Sonne! Drei. Sie ist der hellste Stern von allen! — фашистским лаем пели сестры.
— Сука, как поют-то звонко, — вылез за девушками на улицу слушатель из шара, промокнув слюной свои бездонно-синие глаза. — Эта песня мне сейчас напомнила моего деда… Кстати, девчонки, а вы знали, что мой дедушка воевал за Германию во время Второй Мировой? — перебил он песни сестер.
— Ну, наконец-то, сука-бля, заткнулись, — прохрипел знамо кто с того конца видеовызова.
— А вот ему, не думаю, что приятно слушать такие песни, — ткнул Джейк пальцем в дисплей телефона. — А все потому, что его деда во время Второй Мировой Войны затаскали по концлагерям фашисты. Так и погиб…
— Пиздюк, сука-бля, угомонись… — устало простонал виртуальный собеседник. — Мне плохо… Вы меня уебали… Я хочу спать…
— Ой, какая-то хуйня с вашими дедами, чуваки! — беззаботно махнула рукой Нина. — То ли дело наш с Лизи дед! Не многим известно, что по молодости он отсидел немалый тюремный срок, перед тем, как стать клоуном!
— Нина! — возмутилась Лизи и отвесила сестре пощечину в знак того, что эта тема являлась запрещенной в семье Блэкберри.
— За что пизда ударила шкуру? — приподнял бровь Том, который, к слову, и был собеседником на том конце провода, если кто еще не понял.
— За то, что тема отсидки деда в тюрьме запрещена в их семье, — пояснил за пощечину Джилленхол.
— А за что он чалился? — поинтересовался Харди, в предвкушении охуенной истории.
 
— Он и его подельники надевали на себя резиновые маски клоунов и грабили сберкассы, — коротко объяснила Нина. — А началась эта история так. Еще во времена Советского Союза…
— Да замолчи ты! — взорвалась Лизи. — Ты нахуя рассказываешь об этом каким-то левым чувакам?!
— Ой, да какая разница! Я, например, горжусь, что наш дед сидалый! И ты должна гордиться, ведь все же, как никак, мы с тобой преступницы похлеще Джокера!