Не отрекаются любя (СИ)

— Жалеешь о случившемся?
— Нет. Через две недели узнаю пол и буду общаться с ним по имени. Теперь я думаю только о том, чтобы с малышом было всё в порядке.
— У тебя всё получится. Питайся хорошо, больше отдыхай и гуляй. Спасибо за перекус и вкусный кофе, хотя и растворимый.
— Он не растворимый, а молотый. Если варить, он получается более насыщенным, а вы его просто залили кипятком. Я теперь кофе почти не пью, а выбросить жалко, когда истечёт срок годности. Вот я вас и угостила.
— Алёна, ты мне нравишься, — Павел Иванович улыбнулся.
— Вы мне тоже симпатичны, — она тихо рассмеялась и посмотрела на мать. — Позвони мне и сообщи реакцию снохи на новость. Мне так не хочется ошибиться.
Через неделю Алёну ждал сюрприз. Она вышла из здания офисного центра, а из припаркованной машины вышел водитель. Коренастый молодой человек, до тридцати лет, ростом чуть выше неё остановился напротив.
— Алёна Сергеевна, с вами хотят поговорить. Пройдите в машину, — он взял её локоть «в тиски».
— А без насилия нельзя? — в голове мелькнула мысль, что это расплата за её несговорчивость с одним из клиентов. Он хотел, чтобы результаты проверки были в его пользу, а она сделала «по совести» и передала их начальству со словами: «Решайте сами».
— Делайте, что говорят.
— Хорошо. Руку отпусти, — попросила она, подойдя к машине. Он открыл перед ней заднюю дверь. — Ой! Что это? — подняв чуть голову, она посмотрела на здание офиса. Парень повернул голову, и ей хватило нескольких секунд, нанести ему удар в пах, челюсть и, уже осевшему, врезать ногой. Пока он кряхтел, она открыла дверь авто и посмотрела на пассажира.
— Выйти не хотите? Поговорим на свежем воздухе.
— Бить не будешь?
— Я, к вашему сведению, беременная и мне лишние моральные и физические нагрузки вредны, — она пошла в сторону небольшого сквера. — Если я вам понадобилась, могли позвонить и назначить встречу. Изображаете из себя крутого и упиваетесь властью?
— Ты знаешь кто я?
— Надеюсь услышать это от вас.
— Максимов Дмитрий Николаевич.
— И кто меня сдал?
— Денис поделился информацией.
— А вам я зачем понадобилась?
— Решил познакомиться с дочерью.
— Странный у вас способ знакомства. Вы знали о моём рождении, но это не волновало вас все двадцать четыре года. Почему эта необходимость появилась сейчас? — Алёна смотрела на мужчину и понимала, что они похожи. Тёмно-русые волосы местами тронула седина, а вот синие глаза он «прятал», отводя от неё взгляд.
— Я знал, что тебя оставили в роддоме, но не готов был тогда тебя забрать, позже это стало невозможным.
— Теперь вы хотите стать заботливым родителем? А что попросите взамен? Попытаетесь перековать, манипулировать, предложив беззаботную жизнь? Что?
— Хочу с тобой подружиться. С Денисом мы нашли общий язык.
— Вы меня извините, но мне этого не хочется.
— Ты не понимаешь, от чего отказываешься. Я многое могу.
— Возомнили себя вторым после Бога? Так мне ничего не нужно. Квартиру мне оставила приёмная мама, у меня хорошая работа и нормальная зарплата.
— Я могу сделать так, что тебя уже завтра уволят.
— И какой из вас друг после сказанного? Боюсь, вы сделать этого не сможете. Закон запрещает увольнять беременных. Вы бы спустились на землю, не так больно будет падать. Хотите совет?
— Давай.
— Не пытайтесь меня купить. Знаете, я Елену знаю четыре года, но так и не могу назвать её мамой. У меня нет на неё обиды, но и любви тоже нет. Вы на что надеетесь? Что я брошусь к вам на шею, буду предано смотреть вам в глаза и ловить каждое ваше слово? Не будет этого.
— Значит, дружбы не получится?
— Дружба — это доверие, симпатия, уважение, общие интересы. Назовите мне одно составляющее, которое нас связывает. Хотите поспорить?
— Не хочу. Тебя подвезти?
— Спасибо. Я доберусь маршруткой. Всего хорошего. «Этого мне только и не хватало. А кого винить, если я сама заварила эту кашу? Чёрт дёрнул меня за язык в машине Егорьева. И чего мне дальше ждать от новоявленного отца? — думала она, неторопливо шагая к остановке. — Максимову что-то нужно от меня и он не отстанет. Кроме того, я задела его самолюбие. Нужно поговорить с Максом или с Андреем Ивановичем. Лучше конечно с отцом. Они могут быть даже знакомы. — Алёна набрала номер Максима. После приветствия и вопроса о семейной жизни, попросила номер телефона его отца и сразу позвонила. — Здравствуйте, Андрей Иванович, это Алёна. Вы не заняты.
 
— Говори, Алёна, я тебя внимательно слушаю.
— Вам имя Дмитрий Николаевич Максимов 1965 года рождения говорит о чём-нибудь?
— Так сразу и не скажу. Что у тебя с ним за дела?
— Утверждает, что он мой отец.
— Когда ты с ним познакомилась и чего он хочет?
— Познакомилась десять минут назад. Караулил меня у офиса на дорогой машине с водителем. Утверждает, что многое может, и по замашкам это заметно. Ведёт себя слишком самоуверенно и хочет дружить. Как-то мне не по себе от такого предложения. Что мне делать?
— Для начала нужно успокоиться. Как он тебя вообще нашёл?
— Здесь я сама виновата. — Алёна рассказала о знакомстве и разговоре с Егорьевым. — Зачем я ему понадобилась?
— Из твоего рассказа я для себя сделал некоторые выводы. Попробуем покопаться в прошлом твоего папаши. Мне теперь самому стала интересна эта история.
— Что в ней интересного?
— Хотя бы то, что капиталы Максимова больше капиталов Егорьева. Что сын, воспитанный Егорьевым, признал отца, но почему-то вернулся к отчиму, что отец Максимова виделся с твоей мамой, а значит, знал о твоём рождении. Тебе, в твоём положении, волноваться нельзя. Я выясню, в чём причина такого интереса у него к тебе и позвоню.
Уже через три дня Романов без звонка приехал к Алёне после работы.
— Выяснили что-нибудь?
— Выяснил. Максимов не бандит, что утешает, но не так и прост, как хотелось бы. Он занимается строительным бизнесом, который процветает и, действительно, многое может. Лет пять назад умер его отец и завещание составил таким образом, что сын может воспользоваться средствами на счетах, если признает и представит своих сына и дочь. Эту тему мусолили многие, зная, что Максимов никогда не был официально женат. Возможно, причина такого интереса к тебе именно в этом. Думаю, он скоро опять объявится. Особой причины для волнения я не вижу. Попросит он тебя сделать тест ДНК, а дальше будут работать юристы.
— Мы с ним похожи и без теста.
— Алёна, ты его боишься?
— Страха нет, но на душе как-то неспокойно. Нехорошее предчувствие. Знаете, когда я так себя чувствую, всегда происходит что-то неприятное. Назовите это интуицией или чем угодно.
— Давай мы с тобой договоримся, что ты будешь держать меня в курсе всего, и тогда мы сможем как-то избежать неприятности.
— Договорились. Спасибо вам за информацию и помощь.
— Звони и ничего не бойся.
В выходной Алёна ждала в гости Юлю с Максимом. Сентябрь закончился, погода начинала портиться. «Скоро пойдут затяжные дожди, и ходить в гости не захочется, — позвонила накануне Юля. — Не суетись. Мы что-нибудь привезём к чаю вкусненького, да и Настю напрягу, а то она что-то «запарилась» со своим ремонтом». Звонок в прихожей прозвенел слишком рано для визита Юли.
— Ба, знакомые все лица! — удивилась она, открыв двери. На площадке стоял водитель Максимова. — Извини. Забыла о том, что твой босс может всё. Если ты пришёл за извинениями, то их не будет. Сам напросился.
— Это я хотел перед тобой извиниться. А это, что-то вроде трубки мира, — он протянул ей корзину с фруктами.
— Принимается. Особо не расстраивайся. Ты просто не был готов к такому повороту событий, иначе не справилась. Но и не привыкла к какой-либо бесцеремонности.
— Здесь Дмитрий Николаевич, — сказал он, глядя на лестницу.
— Решили зайти с другой стороны? Входите.
— Спасибо, я подожду в машине.
— Здравствуй, Алёна.
— И вам не хворать, Дмитрий Николаевич. Проходите, — говорила она, направляясь в кухню с корзиной.