Фиктивная мама для дочери чудовища (СИ)

Наверное, выгляжу я действительно отвратительно, потому что мужчина побледнел, а его скулы напряглись.
Он приносит полотенце, смоченное в холодной воде, кладёт его мне на лоб, и я немного расслабляюсь. Мне необычайно хорошо и тепло… Поволока сна быстро принимает в свой плен и позволяет расстаться со всеми негативными мыслями.
Вот бы проспать так целую вечность…
  
Глава 18. Марат
 
Врач осматривает Лизу, а мне хочется поторопить его, попросить двигаться быстрее и оказать ей помощь, потому что мне начинает казаться, что вот-вот и она сгорит. Сердце готово выскочить из груди от страха. Лиза отчаянно бросилась спасать мою дочь, и я по гроб жизни обязан ей. В голову пытается закрасться неприятное подозрение о её связи с моей тёщей. Что, если Лиза заранее знала о планах коварной женщины и просто должна была пожертвовать собой? Вдруг именно это и было основной задачей? Лиза охомутает меня, а потом начнёт действовать против меня… В таком случае я, наверное, никогда не смогу доверять людям больше, не смогу верить в человеческую доброту, если эти домыслы подтвердятся и окажутся правдой.
Вспоминаю о том, что до случившегося мне звонил Олег, вот только рассказать, что именно ему удалось выяснить, он не успел. Я сказал, что перезвоню, но напрочь вылетело из головы сделать это, а теперь вспомнил, но всё равно не могу набрать его номер. Пока не узнаю, как дела у Лизы.
— Ну как она? — спрашивают голосом полным нетерпения.
— Сказал бы, что всё в порядке, но пока рано судить! — покачивает головой Сергей Алексеевич, мой семейный терапевт. — У неё было сильное переохлаждение и стресс. Простуда в этом случае гарантирована, а вот насчёт воспаления лёгких ничего сказать не могу. Нужно будет наблюдать за её самочувствие. Сейчас я поставлю девушке укол, он снизит температуру. Если вдруг поднимется снова, звоните в любое время. Выпишу лечение по текущим признакам. Желательно будет провести повторный осмотр через три дня. Если всё будет хорошо, то на осмотр тоже лучше всего будет прийти.
Я киваю и смотрю на Лизу. Понимаю, что врач будет ставить ей укол, поэтому отворачиваюсь, приближаюсь к окну и устремляю взгляд в него. Сергей Алексеевич делает всё быстро, и уже скоро я перевожу на его счёт приличную сумму в благодарность за то, что могу вызвать его в любое время, и он сразу же приедет или пришлёт лучшего врача из своих знакомых.
Едва он уходит, я присаживаюсь на стул около кровати Лизы и беру девушку за руку. Она стала немного прохладнее, пусть температура до сих пор держится. Мне хочется благодарить её за спасение Алиски и просить прощения за все подозрения, которые я обрушил на неё с момента нашего знакомства. Веки начинают тяжелеть, но я решаю, что не могу уйти и оставить Лизу одну, поэтому аккуратно кладу её руку, обхожу кровать с другой стороны и потихонечку присаживаюсь на самый край. Я ложусь рядом с Лизой, надеясь, что не разбужу её. Старюсь практически не шевелиться и ненадолго позволяю себе расслабиться. Олегу позвоню завтра, в конце концов, вряд ли новости, которые ему удалось обнаружить, важнее состояния девушки. А с тёщей мне придётся встретиться лицом к лицу, чтобы выяснить, что за игры она устроила, и почему пытается потопить меня.
Закрываю глаза и снова вспоминаю своего друга. Если бы я оказался хоть чуточку расторопнее, я бы мог спасти его, наверное… Хотя… Врачи говорили, что он ударился головой до падения в воду и умер от этого удара, а не от того, что захлебнулся водой, но я всё равно до сих пор ощущаю острейшее чувство вины за случившееся. Думаю о том, что если бы ничего подобного не случилось, то наши отношения с Дианой могли сложиться совершенно по-другому. Гоню мысли о бывшей жене, но они не уходят. Её облик снова появляется перед глазами. Диана умерла. Я ведь видел это, точно знаю, что похоронил не кого-то другого, а Диану… Тогда кого я видел там, в ресторане?
«Ты видел меня, любимый!» — слышу в голове голос и проваливаюсь в сон, который, скорее следует назвать кошмаром.
 
Просыпаюсь я от тяжёлого вздоха, раздавшегося рядом.
— Марат?
Открываю глаза и несколько секунд моргаю, пытаясь понять, что именно происходит, а когда понимаю, то вздрагиваю. Я уснул и совсем не следил за состоянием Лизы. Тянусь к её лбу, но она инстинктивно отстраняется, словно пугается моей близости. Любая бы испугалась, проснувшись с чужим мужиком в одной постели!
— Прости, что заснул рядом с тобой. Как ты себя чувствуешь? Всё в порядке? Температура ещё есть?
— Горло болит немного, общая слабость… В целом всё хорошо. Марат, скажи мне, между нами было что-то? Я совсем ничего не помню… Уснула, как убитая, а вот что было после того, как пришла в комнату и поговорила с сестрой, не помню.
Мог бы сказать, что у нас был умопомрачительный секс, наврав с три короба о том, что это она сама набросилась на меня, но не делаю этого.
— Я всё-таки вызвал доктора! Прости! Он выписал лекарства. Сейчас я разбужу Алису и вместе с ней съезжу в аптеку или… Попрошу Беркута, чтобы купил для тебя лекарства, посмотрим. У тебя точно нет температуры?
Волнуюсь как мальчишка, встаю с кровати и принимаюсь теребить пальцы.
— Вроде бы нет, если только совсем невысокая. Я чувствую себя гораздо лучше, чем вчера. Спасибо за заботу!
Я улыбаюсь и киваю. Выхожу из комнаты Лизы и ощущаю внутри какие-то странные чувства. Пока иду в спальню дочери, чтобы проверить, как она, набираю номер Олега.
— Олег, доброе утро! Извини, что вчера не перезвонил, у меня тут заварушка произошла!
— Доброе утро! Прочитал вчера в новостях о том, что твоя невеста героически спасла твою дочь из реки! Ну даёте!
Вот же! Уже по всем новостям разнести успели. Найти бы этих журналюг и поставить на место!
— Олег, ты хотел рассказать что-то важное…
— Да, как раз о твоей невесте… Лиза работала какое-то время на твою тёщу Марат… И уволилась аккурат в момент появления в твоём доме.
— Твою мать! — ругаюсь себе под нос и медленно опускаю трубку.
Неужели мои худшие подозрения подтвердятся? Может ли Лиза оказаться предательницей?
— Не уверен, что они до сих пор связаны, не могу найти никаких нитей… Я продолжу копать и постараюсь узнать, как Лиза связана с этой ведьмой, но пока говорю то, что уже успел нарыть. Ты можешь спросить у Лизы напрямую, прижать её к стене. Ты ведь умеешь делать это!
Я думаю.
Мог бы.
Именно так я и поступил бы раньше, а теперь не знаю.
Не зверь ведь я, чтобы нападать на бедную девушку. Она спасла мою дочь. Даже если всё это могло оказаться не случайностью, Лиза рисковала собой.
— Спасибо, Олег, но я не уверен, что могу так поступить с ней! Если что-то ещё выяснишь, то, пожалуйста, сообщи мне, а пока попытаюсь сделать вид, что этого разговора не было!
Отключаю телефон и на едва гнущихся ногах иду в спальню дочери. Я не понимаю, какие именно чувства переполняют меня в эту секунду. Страшно оказаться преданным женщиной, которой я сумел снова довериться. Я уже почти влюбился в Лизу, готов был мир положить к её ногам. И я не знаю, как поступлю с ней теперь, если узнаю, что она на самом деле связана с моей бывшей тёщей и работает на неё.
Алиска уже не спит, поэтому я зову её завтракать, пусть не особо умею готовить и подумываю заказать пиццу на обед и ужин. Можно, конечно, и из ресторана заказать еду. Так будет даже лучше. Пока я иду и тону в своих мыслях, дочь дёргает меня за указательный палец.
— Папа! — хмурит бровки Алиса, когда я смотрю на неё, и я улыбаюсь сквозь грусть.
 
Как бы мне хотелось радоваться и наслаждаться этим выходным, но теперь все мысли сосредоточены на одном единственном вопросе, который не даёт мне покоя.
— Мама? — спрашивает дочь, и я понимаю, что она имеет в виду.
— Мама, — повторяю за ней и выдавливаю улыбку. — Она приболела немного. Поэтому сейчас мы с тобой будем готовить хлопья для тебя и для мамы на завтрак, а потом я закажу что-нибудь вкусненькое из ресторана.