Девочки влюбляются в мужчин (СИ)

– Мика?.. - голос Милоша был слышен сквозь дремоту, но я не могла ему ответить. 
Я необратимо засыпала, оставляя этот несуразный день в прошлом. Брачная ночь не осуществилась, но это было бы совсем аморально заедать одного мужчину другим, и я вовсе растерялась, кому теперь хранить верность.
  
Глава 11. Левандовский
 
Скорее бы добраться до дома, и переодеться, а потом спать. Я полностью вымотан. Что она со мной сделала? Интересно, после того как Мика целовалась со мной, она пошла трахаться с Милошем, или совесть не позволила? Забавно. Весьма забавно. Думаю, девочка сама не знает, чего хочет.
Бася уснула, сидя рядом со мной. Жаль. Я рассчитывал, что мы сегодня ночью вспомним наш опыт двухлетней давности, и снова переспим, хотя этот план имел место быть до моей феерической разрядки. Сейчас мне это не нужно. С ума сойти... Все вокруг думают, что мы с Барбарой любовники, но они даже не представляют, что наша связь была однократной и настолько давней, что я даже не помню, остались ли мы довольны этим. Но лучше пусть думают так. Лучше Бася будет моей "любовницей", чем персональной актрисой домашних порно-выступлений. Как она согласилась на это? Ума не приложу... Спать со всеми у меня на виду, только чтобы потешить фантазии, маниакально брезгливого вуайериста. Так сложилось, что не брезговал я только теми, кто являлся для меня катастрофически недоступным. Чужие жёны, серьёзные девушки... Те, кто никогда не захотел бы задержаться со мной, и с кем не был бы против задержаться я. Мика одна из них. Такие, как она предпочитают спокойствие, а потом воют от скуки. Она трусиха, которая вышла замуж по не пойми каким причинам, но мечтала о страсти с таким типом, как я. Но! Неужели она думает, что Милош чем-то лучше? Не удивлюсь, если он женился на ней ради каких-то бонусов от своего папаши или на спор. Милош будет изменять ей, как паршивая скотина. Я уверен в этом.
Роб рулил молча. Даже не спрашивал, почему я такой задумчивый. На него это не похоже. Наверное, устал вытирать мне сопли. Спас мне жизнь, и попал в извечную кабалу вместо благодарности. Но Роб не дурак и знает, что может потерять. Думает, что я совсем идиот, и не понимаю, что он от кого-то прячется. Умный и грамотный юрист, но без лицензии? Разбирается даже в польских законах, хотя приехал из Украины, но не имеет ничего доказывающего компетенцию? Смешно. Интересно, что он натворил? Поймали на взятке или на чём-то более серьёзном? Без разницы. Он слишком удобный, чтобы думать об этой мишуре.
– Робчо, где ты прячешь свои сигареты? - наконец, подал я голос.
– Ты ведь запретил мне курить в рабочее время.
– А ты вот такой послушный вдруг стал? - подколол я его. Я бросил курить несколько лет назад и запретил Роберту делать это при мне и в машине, но он всё равно прятался от меня по углам, думая, что я ничего не замечаю. 
– Ладно, мамочка... Раскусил, - усмехнулся он. – Но тебе ничего не дам. В последний раз, когда ты пьяный пытался покурить, мы чуть не сгорели. Поэтому, обойдешься, Люцек. 
– Ты не понимаешь... Мне необходимо сейчас закурить свои переживания, - протянул я, развалившись ещё сильнее. 
– Что такое? Расстроился, что младший брат уже женился, а ты ещё в хлопцах ходишь? 
– Робчо, я мерзок.
– Понятно. Я думал что-то новое стряслось, - хмыкнул Роб, и мне показалось, что мы поехали ещё быстрее. 
– Разве этого мало? - возмутился я, и чуть приблизился к спинке его сиденья. Перешёл на шёпот. – Я домогался чужой женщины. У тебя бывало подобное?
– Нет, у меня бывало такое, что я просрал свою женщину, но чужих не трогал, - Роб внезапно стал серьёзным.
– Тогда ты не сможешь меня понять. Но знаешь... Она меня тоже хотела.
– Конечно. Как же тебя не захотеть. Ты любую вынудишь, красавчик ты наш. Мерзость только в этом?
– Нет, я сейчас сижу в обкончанных брюках, будто в собственном болоте. И это наибольшая мерзость.
– Ладно, думаю дружеских бесед на сегодня достаточно, - брезгливо прервал он меня, и я заткнулся. 
 
Он не воспринимает меня всерьёз. Никто не воспринимает меня всерьёз. Будто владелец и основатель "Левандо" – это один человек, а Люциан Левандовский – это шут гороховый, который только и делает, что трахает всех и вся, и несёт всякую чушь. Почему мне показалось, что Мика близка мне по духу? Она пишет стихи, как и я, а ещё кажется, Милош не ожидал от неё смелости во время разговора с Крис. Малышка умыла эту шлюху, но Милоша это только позлило. Значит, Мика имеет репутацию серой молчаливой мыши. Её не знают настоящей. Никто. Но почему мне показалось, что я узнал? 
Мы приехали. Пришлось тащить Басю к себе, хотя я уже хотел остаться наедине с собой сегодня. Роб уехал обратно в своё гнилое одиночество, и видимо спьяну, мне стало его жаль. Нужно оплатить ему элитную шлюху, чтобы не был таким угрюмым. 
Насколько мне хотелось переодеться в пути, настолько мне теперь было всё равно, что я завалился на диване в прихожей рядом с Басей, и перед сном вспомнил о том, что мой шарф остался на платье Мики. Надеюсь, она вспомнит наше безумие, когда увидит его вновь.
  
Глава 12
 
Утро было просто ужасным. Голова раскалывалась. Последствия прошлого дня никуда не исчезли и не отпустили меня, накатив волной воспоминаний и стыда, едва я проснулась. Ещё и в университет нужно было идти сегодня, но к счастью, после полудня. Я привела себя в порядок. Времени ещё было уйма, и пока Милош спал, я включила ноутбук, чтобы проверить почту. Уже около полугода, я переписывалась с одной девушкой. Её звали Ева Ямшинка, и она была родом из того же города, что и мы с Янушем – из Мечника. Мы никогда не виделись, не созванивались, но наши переписки за это время обрели весьма доверительную манеру, и только с ней я могла поделиться самым сокровенным. Стихи и переписка с Евой – это всё, что помогало мне выплеснуть лишние эмоции, иначе пришлось бы завести дневник. Она была онлайн. Я вздохнула, глянула на Милоша, и решила, что если я не расскажу хоть кому-нибудь о событии, произошедшем на моей свадьбе, то лопну от переполняющих меня впечатлений. Я вкратце пересказала Еве дурость, на которую я решилась, без конца проверяя, не проснулся ли Милош, и стало немного легче.
– Я надеюсь, брачная ночь выбила из тебя эти глупости? - это было первое, что она написала в ответ.
– Нет... Брачной ночи не было.
– Какой ужас! Милош до сих пор ходит без сладкого. Не боишься, что начнёт изменять?
– Возможно начнёт. Но не боюсь. Не знаю, мне как-будто теперь всё равно. Может в глубине души я надеюсь на это, чтобы и мне можно было без зазрения совести изменить ему, - я писала, и сама не верила, что могу так думать.
– Почему вы всё ещё не переспали с Милошем? Складывается впечатление, что ты засидевшаяся девственница.
– Лучше бы это было так.
– Так... Неудачный первый раз?
– Можно и так сказать. Самое неприятное воспоминание в моей жизни...
– Расскажешь?
– Я попробую...
И я принялась писать целую тираду о своём прошлом девушке, которую я совсем не знала, и с которой общалась в основном о себе.
Когда я поступила в университет, то у меня почти сразу завязалось общение с моим одногруппником Джозефом Новаком. Он был близок к званию "заучка", но мне так нравилось проводить с ним время. Он был добрым. Мягким. Мы были похожи – читали одни и те же книги, любили одни и те же дисциплины в университете, и смотрели одни и те же фильмы. Наши разговоры могли длиться вечно. Вскоре, эти отношения стали походить на романтические. Мы постоянно были вместе, ходили на свидания, иногда целовались, но мне казалось это несерьёзным, будто только общие интересы и привлекали меня в нём, а сам Джозеф, как мужчина, был мне безразличен. Почему-то в наши отношения лезли мои мудрые одногруппницы, и они советовали мне переспать с ним, потому что я держала его слишком близко возле себя, не давая возможности других отношений, и это выглядело, будто я собака на сене. Я дала ему надежду. Я позволила ему думать, что всё обязательно произойдет, и теперь не могла отказаться от этого, потому что это не красиво. Я была очень внушаемая. Была? Наверное, до сих пор я такая. Я поверила в это, и всякий раз, когда Джозеф приглашал меня к себе, я понимала, что рано или поздно наше невинное времяпровождение окончится по-горизонтали. Нужно было просто начинать всё сводить на нет, отказываться, но я твёрдо думала, что должна ему. Он потратил на меня своё время, и теперь заслуживал на награду. А иначе – я просто эгоистичная сука.