Одаренный: ученик (СИ)
Признаться, я совершил ошибку — поддался эмоциям, вмешавшись в эту разборку. Ну какая мне разница? Наверное, сказывались гормоны подростка, в теле которого я был. Нужно держать себя в руках, но... Было уже поздно. Да и не любил я, выросший в трущобах, несправедливости.
— Отстань от него!
Взгляд Крысы, наконец, зафиксировался на том безумном смельчаке, кто посмел перечить ему — на мне.
— Ты что, головой ударился? — спросил он, явно не ожидая, что кто-то вообще сможет открыть рот против него.
— Я — нет, а вот ты вполне можешь, если толстяка не отпустишь.
От такой дерзости Крыса даже потерял на мгновение дар речи.
Этим я и воспользовался.
Драться я умел. Наверное, это первое, чему я научился, обитая в подворотнях. А потом еще были достойные учителя, которые многое вбили в мою голову, особенно в части боевых искусств. Да и жизнь не давала расслабиться и позабыть навыки, все время поддерживая меня в форме.
Это я и продемонстрировал.
Резкий выпад вперед. Удар ребром ладони по наружной косой мышце живота, почти у самого паха. Потом разворот — и удар локтем в челюсть. М-да, руки слабоваты. Срочно нужно записаться в тренажерный зал.
Однако отсутствие силы компенсировалось глубокими знаниями. Удары выдались на славу. Крыса даже не успел вскрикнуть, как уже лежал на полу.
И вновь могильная тишина в коридоре. Все взгляды были уставлены на валяющегося здоровяка. По меркам здешних ботаников здесь сейчас произошло неслыханное — это я уже понял и сам. Но мне было наплевать.
Я глянул на толстяка, кинул ему:
— Чего стоишь? Иди. Или и дальше хочешь отхватывать от этого урода, когда он придет в себя?
Повторять два раза тому не пришлось, он пулей рванул прочь.
— Ушлепок, ты совсем оборзел? — громовым раскатом завопил Крыса.
Он поднялся. Подпрыгнувший в крови адреналин не дал ему в полной мере насладиться болью, которая сейчас растекалась по его телу — уж я то точно это знаю. Но ничего, пара мгновений, и заговорит совсем по-другому. Если вообще сможет говорить.
Крыса хрустнул костяшками пальцев, готовясь вступить в бой. И только теперь я понял, что же та незнакомка имела в виду, говоря про пятый уровень Дара.
Крыса вскинул руки вверх, и огромный огненный шар вдруг вспыхнул над головой здоровяка. Я не поверил своим глазам. Это что еще за великомогучее колдунство?
— Ша-х! — выдохнул Крыса и шар с шипением полетел прямо на меня.
Я даже не успел отклониться, только закрыл лицо.
Боль обожгла. Меня отшвырнуло волной к стене. Я ударился, сполз на пол. В нос ударил противный запах паленых волос и плоти, слишком знакомый.
Кажется, я закричал, потому что здоровяк произнес:
— То-то же!
— Ник, дай я ему тоже врежу? — сказал другой крепыш, стоящий рядом с Крысой. — У меня только уровень открылся, хочу проверить.
— Конечно, врежь, — согласился тот.
Сквозь кровавую пелену боли я увидел силуэт, приближающийся ко мне. Кажется, казнь только начиналась.
* * *Неизвестно, что произошло бы дальше и какой именно у этого урода открылся по счету уровень, если бы не крик со стороны:
— Шухер! Зав по учебке идет! Мартынов в коридоре!
И в следующую секунду строгий поставленный голос:
— Что тут происходит? Чего все столпились? А ну по кабинетам! Уже звонок был! Живо я сказал, а не то рассылку всем сделаю штрафную, на выходные домой не пущу.
Толпа зашевелилась.
— Повезло тебе, щенок! — прошипел в самое лицо Крыса. — Но это только временно. Вешайся, после уроков продолжим разговор.
— Пушкин! — рявкнул Мартынов, подойдя ко мне. — Безобразничаешь?
— Я не...
— После урока живо ко мне в кабинет.
И ушел прочь, чеканя шаг.
Я хотел крикнуть ему в след чего покрепче, но не смог — не хватило сил.
Меня подхватили чьи-то руки и потащили прочь.
Смахивая кровь с глаз, я оглянулся. Это была та самая девушка, которая предупреждала про уровень Крысы.
— Ты кто? — выдохнул я.
— Пушкин, тебе совсем мозги все отбили? — произнесла та. — Меня уже не узнаешь?! Или...
Она вдруг остановилась, озабочено глянула на меня.
— Кажется, и в самом деле отбили! Крыса тебе по голове съездил? Что, действительно не знаешь кто я такая?
Я напряг память. Из тумана выплыло имя — Катя.
— Катя... — промямлил я.
— Ну вот и отлично! — выдохнула девушка. — А то я уже забеспокоилась. Но к доктору школьному все же сходи, пусть тебе ожоги затянет. А то смотреть без боли нельзя на тебя.
Я глянул на свои руки, куда пришелся основной удар и ужаснулся. Ожоги были и в самом деле страшными.
— А где тут доктор? — спросил, хотя сомневался, что тут помочь хоть кто-то.
Не сдохнуть бы раньше времени.
Катя помогла добраться до школьного лазарета. Потом, спохватившись, побежала на урок, пообещав после встретиться на математики.
Я пробурчал что-то в ответ, зашел в кабинет. Ожидал увидеть какого-нибудь жуткого мясника — с детства не люблю врачей, — но все оказалось куда более приятней.
— Что случилось? — распевно спросила девушка в белом халате.
Я отметил, что халат чертовски короткий для нее, видны даже края черных чулок. Разве это не преступление носить такую одежду?
Мой организм, несмотря на боль, отреагировал ожидаемо.
— Что у вас?
Я не ответил, продолжая пожирать взглядом девушку. Но ответа и не требовалось. Врач повернулась, глянула на меня, присвистнула.
— Крысеев так тебя?
Я кивнул.
— Знакомый подчерк. Ложись. Сейчас исправим.
Она кивнула на кушетку.
Я лег. Сомнения одолевали меня — что тут с такими ожогами можно исправить? Нужен реинкарнатор, который не на каждой станции то найдешь, а в этом мире и подавно.
Но вдруг докторша начала водить руками над ожогами, и я почувствовал холодок.
— Сейчас покалывать будет, — предупредила она, закрыв глаза и делая глубокие вдохи.
Покалывание и в самом деле почувствовалось, неприятное, словно я отлежал руки.
А потом...
Раны магическим способом начали затягиваться, кожа из черной, превратилась обратно в розовую, без шрамов и отметин. Я смотрел на это чудо и не мог поверить собственным глазам. Это тоже какой-то Дар? Интересно тут у них в мире происходят дела.
В моем мире существовали линии эира, которые, при долгих тренировках, можно было ощутить и использовать. Уровень мастерства был у всех разных, кто-то мог просто двигать пёрышки на расстоянии. А кто-то — целые грузовики. Хотя одними телепатическими атрибутами дело не ограничивалось. Тут, видимо что-то похожее. Но вот чего не было у нас, так это способностей влиять на физиологические структуры. Двигать предметы — да. Лечить, врачевать и пускать огненные шары — нет.
— Странно, — вдруг произнесла докторша, открывая глаза и глядя на меня.
Я вопросительно глянул на нее.
— Какой-то необычный внутренний поток у тебя.
— Какой еще поток? — не понял я.
Докторша задумалась.
— Один слой плотный, а второй напротив, мягкий. Ни разу такого не видела. Словно оболочка одна, а внутри кто-то другой сидит. Но это же бред? Такого не бывает? Или бывает?
Сердце мое замерло. Я даже перестал дышать. Неужели меня раскрыли?
— Подожди, дай получше рассмотрю, — сказала докторша, поднимая руки над моей головой.
— Пожалуй, не стоит, — я поднялся с кушетки. — Уже все прошло, шрамов нет, боли тоже. Мне уже гораздо лучше. Спасибо, что помогли. Пойду я.
— Подожди, — не унималась докторша. — Не дергайся. Дай гляну твою ауру, уже интересно стало, просто так не отстану. Да и запись в карточке сделать нужно.
Черт! Кажется, меня сейчас раскроют! Что же тогда будет? Представить страшно.
И я, хрустнув костяшками пальцев, принял единственное верное решение, которое пришло мне в голову.
* * *Технику точечного воздействия я изучил, когда пребывал на планете Красный Амстердам. Там о способах доставить партнеру удовольствие знали все. И из этих знаний я кое-то почерпнул. Знал, что когда-нибудь пригодится. Не ошибся.