Одаренный: ученик (СИ)

— Пушкин, шикарная туса! — произнесла Катя.
— И в самом деле! — подтвердил Иосиф. — Предлагаю рассредоточится минут на пятнадцать, потом вновь тут собраться и доложить обстановку — кто кого видел, где есть выпивка и закуски.
На том и порешили.
Пир был организован отцом по высшему разряду. Я смотрел на стол с блюдами и не мог сосчитать их количества.
Подошла Марина, спросила:
— Чего изволите отведать, княжич?
— А что есть? — поинтересовавшись я, окончательно растерявшись.
Марина оглядела стол, начала перечислять. Слушая ее, я только и успевал сглатывать слюну, а живот мой требовательно урчал.
— Вот здесь имеются закуски. Трюфельный паштет, паштет из гусиной печенки, еще из грибов, диетический, из фасоли и моркови. Есть карпаччо с сыром пармезан, салатом руккола и томатами черри, вяленое мясо с грушей. Тут сыры твердые, мягкие, с плесенью и вяленые.
Мы перешли чуть вперед.
— Вон тут рыбный стол. Можно отведать севрюгу, запеченную с карамелизованным луком и грибами, судака в сметане с зеленью, осетрину с лимоном, подкопченную на дубовой щепе, горбушу слабого посола с укропом, биточки из палтуса, семгу заливную, скумбрию на березовом дыму.
— Прекрасно... — только и смог вымолвить я, утирая слюну.
— Из мясных блюд есть барашек с соусом из лафита, молочный поросенок, томленный в соусе из душистого перца и бренди, ветчина с фисташками, чесноком и зернами горчицы, рябчики с кедровыми орешками и авокадо, говяжья вырезка на углях с репой и кислой капустой, гуси фаршированные лисичками.
— Лисичками? — переспросил я. — А разве они съедобные? Лисы всегда считались дикими, их есть нельзя.
— Лисичками — грибами, — поправила Марина, заставляя меня почувствовать глупо. — На десерт подают кофе с ликером, моченые яблоки, клубничный мусс с мятой, карамельные оладьи с голубикой и малиной, вишневые облачка, блинчики с лимонным вареньем.
— Вишневые облачка... — задумчиво повторил я, с трудом представляя себе что это.
— Ну да.
— Понял, — кивнул я, с трудом себя уже сдерживая.
Есть после такой презентации хотелось неимоверно и и двинул к огромной чаше, в которой янтарными камушками лежала форелевая икра.
Рядом ходил Иосиф, крутясь у мясных закусок, уминая их за обе щеки, он успевал еще поговорить с какой-то дамой, явно пытаясь совратить ее. Дама на уговоры не поддавалась и лишь фыркала.
Перед собравшимися гостями (в основном пожилыми мужчинами) отец проводил увлекательную лекцию о виски, который любил и боготворил:
— Сегодня у меня только классика! В честь сдачи экзамена моим сыном я устроил этот бал и буду угощать своих гостей только качественным виски. Кто знает меня хорошо, тот в курсе, что плохого виски я не держу. А сегодня, в честь такого повода, я смею предложить три самых отличных напитка, бриллианты моей коллекции из моего погребка. Итак.
Отцу поднесли одну коробку, он достал оттуда бутылку.
— 10-летний «Князь Антонов».
Собравшиеся ценители уважительно закивали.
— Известная любителям винокурня на южных рубежах «Спрут» выпустила этот напиток ограниченным тиражом, только тысяча бутылок. Сто из них есть у меня в подвале!
Мужчины похлопали, переминаясь с ноги на ногу, в нетерпении отведать напиток.
Отец отвинтил пробку, сам разлил всем по бокалам.
— Попробуйте. Выпейте непременно за моего сына. Почувствуйте вкус. Вы чувствуете? А знаете почему такой? Все просто. Односолодовый виски выдерживается в дубовых бочках из-под хереса пять лет. Потом доходит в каменных подвалах, напитываясь холодом и темнотой. Густой аромат дыма, меда, кофе. Вкус сбалансированный, с нотами коричневого сахара на фоне дуба. Прошу. Давайте еще. Чувствуете? Превосходно!
Гости принялись размеренно и степенно пробовать виски.
— А вот еще один виски, от той же винокурни. Прошка, неси ящик!
Слуга живо принес нужную коробку, где позвякивали бутылки.
— Это уже совсем другая история, да вы и сами почувствуете. Это, господа, 12-летний «Город Каменный». Полностью выдержанный в бочках из-под бурбона первого наполнения, в нем чувствуется много сливочных нот — ваниль, кокос, легкие фрукты. Аромат с акцентами на зеленое яблоко, нежная цветочная мелодия, тоненькая, едва уловимая. Вкус маслянистый, с большим количеством медового солода, ягодного джема, бисквита и пряностей на фоне легких оттенков фруктов и дуба. Послевкусие короткое с нотками карамелизированных орехов, фруктов и пряностей. Это как романтичная история. Попробуйте. Легкая летняя история любви, почувствуйте.
 
Попробовали и это напиток. На гостей он произвел большее впечатление. Все принялись живо обсуждать его достоинства и вкус.
— Не расслабляемся, господа. Ведь на повестке дня гвоздь программы — 15-летний виски «Старый Князь».
— Тот самый? — спросил один из гостей — грузный мужчина в черном костюме.
— Именно. Выпущено всего двести бутылок от известно винокурни «Петрофф», берущей начало своей истории еще в прошлом веке. Отличная винокурня, работающая на качество, выпускающая не больше полутысячи бутылок в год. «Старый Князь» — это классика. Это изыск. Это константа, вокруг которой всё вертится.
Собравшиеся одобрительно закивали в подтверждение этих слов. 
— Высокая сложность аромата, четкий баланс и особенно разнообразие спектров вкуса, — отец аж закрыл глаза, пытаясь в точности передать словами сложный вкус напитка. — Ноты шоколада, сочных апельсинов, имбиря, немного мяты и древесного пепла на заднем плане. Вкус довольно насыщенный, с сухими солодовыми нотками, кожи, сухофруктов. Послевкусие довольно продолжительное, с оттенками специй и немного дыма. Аромат морской, пряный с нотами хереса, выпечки, сухофруктов, спелых яблок, цитрусовых и меда. Хочу отметить, что вкус очень приятный, мужской. Баланс между бочками хереса и бурбона очень удачный. Послевкусие средней продолжительности с нотами дуба с небольшим количеством фруктов и намека на соленый морской воздух. Стоит ли мне рассказывать вам, уважаемые господа, мои друзья, любители виски, что это за напиток и как долго я за ним бегал, чтобы купить? Десять бутылок, господа. Ровно столько мы сегодня с вами выпьем. Прошу! За сына! За Александра Пушкина!
Я подошел к Кате, которая уплетала бутерброд с икрой.
— Слушай, все спросить хотел, — сказал я. — Я когда экзамен сдавал, к нам в аудиторию Смит зашла.
— Собственной персоной? — удивилась Катя.
— Ну да, — кивнул я, не совсем понимая столь бурную реакцию девушки. — А что такого?
— Она очень редко появляется на людях. Очень редко.
— Вот по этому поводу я и хотел вопрос задать. Дело в том, что у нее в руках был нож. Большой такой, тонкий. А еще окровавленный. Что это значит?
— Ты уверен что это кровь была? — растеряно спросила Катя. — Может, краска?
Я пожал плечами.
— Нет, больше на кровь похоже.
— Слушай, Пушкин, кажется, ты что-то перепутал. Звучит, на самом деле, все это очень странно — Смит, собственной персоной, да еще и с окровавленным ножом. Опять у тебя какие-то проблемы с головой из-за стресса?
Я не тал спорить с ней, понимая, что она тоже не в курсе этих странностей хозяйки Школы. Возможно, потом узнаю, что все это значит, а сейчас нужно выпить. Марина сказала, что фруктовый пунш у дальней части стола разбавлен хорошим бренди. Туда я и собирался сейчас.
Наверное, нужно было немного проветрить голову от всех вопросов и просто отдохнуть.
— А это еще кто там? — спросил отец, приглядываясь.
Я тоже присмотрелся, пытаясь понять о ком говорит отец.
— Где? У входа? — переспросил я.
Отец кивнул. Он был напряжен, брови сомкнуты на переносице и я понял, что прямо сейчас происходит что-то не запланированное.
Среди гостей я довольно быстро заприметил необычного человека. Высокий, плечистый, он был одет в драповое черное пальто, на груди блестел родовой тотем, украшенный бриллиантами и красными рубинами — оскаленный волк на фоне луны. Гость был лысым, череп неровный и бледный, уши торчали как плавники у окуня и были такие же красные.