Спаси моего сына (СИ)
— А когда? — уныло спросила дочь. — Ты всё говоришь только.
Я выключила воду. Дочь и Игнат ждали и смотрели с мольбой, словно бы от меня что-то зависело. Прошло ещё три дня, но не могла же я сказать дочери, что мы с ней здесь не в гостях, а в плену.
— Сегодня.
Я подняла голову. Захар стоял в дверях, опираясь о косяк плечом. Мы встретились взглядами, и он прошёл в кухню. Положил в рот печенье с тарелочки сына и, подхватив того, поднял, словно пушинку.
— Так и быть, отвезу тебя на Красивую площадь, — подкинул сына в воздух и подмигнул ему.
Инга смотрела на них зачарованно. Я положила ей руки на плечи, и она переключилась на меня, а я сама снова старалась заглушить досаду. Чем старше становилась дочь, тем больше она понимала. Ей не хватало отца, не хватало любви, которую может дать только сильный папа своей крошке.
— Через час будьте готовы, — сказал Захар нам обеим. — Сегодня до вечера я свободен, съездим все вместе.
* * *
В машине Инга вертелась, не переставая. Выглядывала в окно то с одной стороны, то с другой.
— Пожалуйста, успокойся, — я дёрнула её за платье.
— Дядя Захар, а это что? — она показала на амбар вдали. — Там кто-то живёт?
— Понятия не имею.
— Тогда можно посмотреть? Давайте посмотрим?
— Инга, прекрати! — шикнула я.
Дочь наконец поняла, что ещё немного, и выведет меня окончательно. Притихла, но так и продолжала вытягивать шею, завидев хоть что-нибудь для неё интересное. Игнат сидел тихо и внимательно смотрел на водителя. Сперва я не поняла, в чём дело, а потом вспомнила его рассказ. Хлопок, шофёр, повалившийся на руль, и авария.
— Расскажи папе, что мы вчера с тобой делали, — попросила я, чтобы отвлечь мальчика. — Игнат, — дотронулась до его плеча. — Ты меня слышишь?
Он кивнул. Повернулся к отцу. Я выразительно посмотрела на Захара, чтобы он подыграл мне.
— Мы вчера упражнение делали. Тётя Вика сказала, что у меня хорошо получается.
— О, как. Я в тебе и не сомневался. Ты же у меня боец.
— А ещё тётя Вика сказала, что я вырасту настоящим мужчиной и что я на тебя похож.
Захар посмотрел с усмешкой. Я смутилась.
— А я кем вырасту? — подала голос дочь, нарушив неловкую паузу.
— А ты… — я улыбнулась. — Даже не знаю.
— Ты говорила, что я тоже на папу похожа. — Она сникла. Вздохнула глубоко и тяжело. — Только папы у меня нет. Я его даже не видела никогда.
Сколько раз ещё мне захочется прикончить Захара — не знаю. Вздох дочери вызвал желание вонзить ему в сердце нож и провернуть, чтобы почувствовал такую же боль, как и я. На его лице усмешки больше не было, искорок в глазах тоже. Все разом затихли, и дети, и мы.
— Я хочу быть похожа на маму, — сказала Инга. — Она у меня самая лучшая. — А на папу не хочу. Раз его нет.
— У всех есть и мама, и папа, — возразил Захар.
— У меня нет, — ответила ему Инга с неожиданной твёрдостью. — И у Игната мамы нет.
Она задумалась. Нахмурилась.
— А если у Игната мамы нет, а у меня папы, мы могли бы немножко поменяться. Нет, не поменяться, — опять нахмурилась снова. — Мы могли бы просто притвориться, что все вместе. Что мама — это мама, ты — папа, а Игнат мой братик.
— Я не хочу быть твоим братиком!
— Я тоже не хочу быть твоей сестрой! Зато хочу, чтобы у меня был папа.
— Всё, хватит болтать. — Я достала пакет с печеньем и раздала всем по несколько штук. — Скоро приедем. Дай хоть немного посидеть в тишине, Инга. Откуда в тебе эта привычка без конца трындеть?
— Не знаю, — она пожала плечами. — Ты не трындишь. От папы, наверное.
* * *
Не успели мы доехать до центра, Инге потребовалось в туалет. Причём настолько срочно, что пришлось остановиться возле кафе быстрого обслуживания на окраине.
— Мы быстро, — пообещала я, открывая дверцу.
Захар дал команду охраннику, и тот вышел на улицу первым.
— Это ещё зачем? — спросила с раздражением. — Я простая массажистка для твоего сына, не забывай.
— Так нужно.
Мысленно послав его к чёрту, я взяла дочь за руку и повела к двери. Очередь в уборную оказалась большая, словно всем только туда и требовалось. Инга переминалась с ноги на ногу и постоянно отвлекалась. Насидевшаяся за глухим забором, она реагировала на всё, начиная от детей за столиком неподалёку, заканчивая яркими рисунками на стене. Охранник с нами не заговаривал, но и взгляда не спускал. Наконец мы дождались своей очереди и, справившись с делами, вышли в зал.
— Инга! — окрикнула, когда дочь побежала посмотреть на разукрашенную стену кафе.
— Я на секундочку!
Оставалось только вздохнуть.
— Можете идти в машину, — обратилась я к охраннику. — Мы сейчас подойдём.
Охранник не ушёл, только поторопил нас. Пришлось подтолкнуть дочь к выходу. Она сама дёрнула дверь и вылетела на улицу.
— Вон машина, — показала я на дожидающийся нас внедорожник. — Только не лети, Инга, прошу тебя.
Дочь закивала и стартанула вперёд. Охранник улыбнулся, глядя ей вслед, я качнула головой.
Дверца припаркованной ближе всего машины открылась, на улицу выскочила собачонка с забавным бантиком. Инга так и встала на месте.
— Ой, какая собачка! — воскликнула она и, не успела я ничего сообразить, оказалась возле собаки. Та потянулась к ней, а меня как холодной воды облили, из подсознания поднялась необъяснимая паника.
— Инга!
Дочь вскрикнула и исчезла в машине. Колёса завизжали, дверца захлопнулась на ходу. — Инга! — заорала я, вне себя от страха. — Инга! Инга-а-а!!!
Глава 5.2
— Сюда, быстро! — рявкнул Захар. — Вику к Игнату!
Охранник уже тащил меня к машине. У меня заплетались ноги, краски смешались, в ушах стоял крик дочери.
— Верните её! — Вцепилась в охранника. — Её надо вернуть, мою девочку!
Захар сгрёб меня и толкнул к внедорожнику.
— Ты видел?! Её украли, Захар! Сделай что-нибудь! Умоляю тебя! Захар, прошу тебя!
— Сядь в машину! — гаркнул он.
Я отчаянно замотала головой. Посмотрела туда, где скрылся автомобиль с моей дочерью, словно что-то могла разглядеть. Захар заставил меня нагнуться и силой затолкал в машину. Я схватила его за руки.
— Надо вызвать полицию! Почему ты молчишь?! Почему?!
— Вези их домой, — приказал Захар водителю. — Выставить по периметру охрану, проверить все камеры. На территорию ни одна муха не должна пролететь без моего ведома. Всё! Выполнять!
— А Вы?
— Выполнять!!!
Он сжал мои кисти и решительно посмотрел в глаза. Меня трясло, как припадочную. Даже в самых страшных кошмарах я не представляла, что мою малышку могут забрать у меня. Одну потерю я уже пережила. Инга…
— Моя девочка… — заплакала я. — Зачем она им? Зачем им моя девочка? Захар, верни её…
— Всё потом, — он отпустил меня и хотел захлопнуть дверцу.
— Папа, там собака! — воскликнул до этого притихший Игнат.
Захар выматерился и, схватив йорка за шкирку, закинул в салон.
— Проверьте, может, к ошейнику прикреплена записка, — приказал водителю и закрыл дверь.
Мы сорвались с места. Я порывисто обернулась, схватилась за спинку сиденья. Захар сел в машину охраны, и та рванула следом. Дыхание вырывалось из груди неровно, толчками, в голове, лихорадочно, обгоняя одна другую, толкались мысли.
Я бросилась к креслу водителя.
— Я не могу уехать! Моя дочь…
— У меня приказ хозяина, — отрезал он. — Я должен отвести вас и Игната Захаровича домой. Прошу, Виктория Евгеньевна, сядьте.
Его ровный и донельзя натянутый голос отрезвил. Я прижалась к спинке заднего сиденья, совершенно пустая изнутри. Единственное, что было во мне — страх.
— Тётя Вика, — прорвался сквозь него голос Игната, — а куда Ингу повезли?
— Я… — сглотнула слёзы, но они набежали на глаза. — Я не знаю, Игнат. Я…
В ногах заскулила собака. Я совсем забыла про неё. Чёртов пёс! В сердце поднялась ярость, но тут я опустила взгляд. Собака смотрела на меня тёмными карими глазами и тихо скулила. Напуганная, использованная и вышвырнутая.