Не ведая преград (СИ)

— У меня нет версий, — грустно произнес Дейвид.
Все замолчали, каждый погрузился в свои мысли. Я не сомневалась, что Дейвид сказал правду, и он никому не говорил о моем происхождении. Но кто-то из демонов каким-то образом узнал, что я являюсь дочерью Повелителя! Причем узнали об этом раньше меня самой и Шелиака! И решили меня устранить, выбрав для этого такой способ, чтобы в моей смерти не смогли обвинить демонов. Максимально постарались обставить это как несчастный случай. Что может быть логичней, чем смерть девушки от разрыва лигаре? А даже если бы я не умерла сразу, то меня, ослабленную и уязвимую, должен был добить разрушающийся храм. Отличный план, надо признаться! Только они просчитались, я слишком быстро справилась с последствиями разрыва и смогла открыть портал! А все потому, что недостаточно любила Кауса. Во всяком случае, так утверждает Дейвид, и это его объяснение всему произошедшему мне очень даже нравилось.
— Когда я жил в Хароме, то часто сопровождал отца на сезонных балах, устраиваемых Повелителем во дворце, — нарушил наше молчание Энджи. Раньше он никогда не говорил о Хароме, предпочитая не упоминать о своей жизни в Подземном царстве, чтобы свои не сочли его предателем. Все-таки он являлся демоном и подданным Харома, хоть и предпочел жить в Велании. Мы с Дейвидом удивленно посмотрели на него, но промолчали, решив дослушать, что он хочет сказать. — На одном из таких балов я случайно стал свидетелем разговора отца и Повелителя Шелиака, они говорили о мероприятиях, которые необходимо предпринять по поиску девушки на территории Велании. Из их разговора я понял, что эта девушка — дочь Повелителя, но сам факт ее существования и поисковых мероприятий держался в секрете. В него были посвящены только советники Повелителя.
У Шелиака было трое советников, и отец Энджи являлся одним из них. В древнем храме я уловила демонические следы, значит, совершено точно один демон все-таки причастен к покушению. Возможно, кто-то из советников Повелителя и являлся предателем. А поскольку их всего трое, то предателем вполне мог оказаться и отец моего лучшего друга.
Мы с Дейвидом многозначительно переглянулись, но решили промолчать. Это слишком серьезные подозрения, и о таком лучше не говорить, пока не будет достаточных доказательств.
Вот только сам Энджи был более чем напряжен и недовольно смотрел перед собой. Я знала, что он любил своего отца, хоть и боялся его гнева. Его решение рассказать нам эту историю очень тронуло меня, поскольку он прекрасно понимал, что мы с Дейвидом невольно включим в «список подозреваемых» в том числе и Захира. Хотя я сама была склонна думать, что отец Энджелла не причастен к этой истории. Не мог демон, вырастивший такого прекрасного сына, оказаться преступником и замыслить столь хладнокровное убийство.
— Что с девушкой, которую Каус вчера вынес из храма? Она что-нибудь знает? — спросила я у мужчин, решив перевести разговор на другую тему.
— Ее проверили, она не обладает стихийной магией, у нее очень слабый целительный дар, и она ничего не знает, — сказал Дейвид. — Девушку похитили из ее квартиры, перед перемещением она успела послать магический импульс в тревожный артефакт, а затем ее усыпили. Проснулась она около храма на руках Кауса. Ее допрашивали с применением ментального артефакта, она говорит правду.
Снова повисла пауза, все молчали, обдумывая, что делать дальше. Но меня волновал еще один недосказанный вопрос, на который я хотела получить ответ. Я перехватила взгляд Дейвида и прямо спросила:
— Я хочу знать, при каких обстоятельствах тебе стало известно мое происхождение. И почему ты все это время молчал.
Он снова тяжело вздохнул, но на это раз посмотрел на Энджелла:
— Энджи, оставь нас, пожалуйста.
Друг-полудемон понимающе кивнул и, послав мне ободряющую улыбку, вышел. А Дейвид закурил вторую сигару и начал рассказывать:
— Я знал твою мать, Лина. Мы подружились в Академии Аламак, она была очень сильной прорицательницей и владела слабой стихийной магией воды. Она, как и ты, обладала истинной магией, — он печально вздохнул. — Ее родители, мистер и миссис Шервуд, были стражами Магического правопорядка и погибли в схватке с порождениями Бездны в храме Вечности, когда мы заканчивали последний курс. Затем, мы оба поступили на службу в Отдел, где проработали чуть больше трех лет. Луиза никогда не была бойцом, но ее предсказания были неоценимы и предотвратили много трагедий. Мы оба были на службе, когда у нее случилось очередное видение, она сообщила, что должна отправиться в Харом, и на следующий день Луиза исчезла, прихватив с собой портальный артефакт. Затем я узнал, что Луиза стала истинной парой для Шелиака, — он прервал свой рассказ и закурил третью сигару. — Через два года она вернулась в Веланию уже беременная тобой и попросила спрятать ее от демонов. Я помог и нашел для нее дом в тихой деревне под Альтаресом, окружил ее артефактами, наполненными королевской магией, которую не могли отследить даже высшие демоны Харома, и сделал ей документы на имя Луизы Аддерли. Это помогло. Демоны не нашли Луизу. Она знала, что умрет при родах, и попросила меня позаботиться о тебе, воспитать как стража, и ни в коем случае не раскрывать тебе правду об отце. Луиза сказала, что тебе уготовано многообещающее будущее, и я должен все сделать, как она говорит, чтобы предотвратить великую трагедию. Она не пояснила, что за трагедия должна произойти, но, если честно, Луиза никогда не ошибалась в своих предсказаниях, и я верил ей и продолжаю верить. Поэтому сделал все, как она просила. Твоя мать сказала, что в свое время ты все узнаешь и поймешь. Перед самыми родами она попросила меня ни в коем случае не мешать тебе, если ты захочешь пройти обряд лигаре, так нужно. Я не знал, Лина, что твой партнер разорвет связь, но сейчас уверен, что все это было ей известно, твоя мать всегда знала, о чем говорит.
 
Дейвид докурил третью сигару и взял четвертую. Я смотрела на него, не зная, что сказать. Мать предрекла «великую трагедию», которую предотвратить можно было, только воспитав меня стражем Велании и разлучив с отцом. Это было похоже на какой-то бред.
— Как ты думаешь, что это за трагедия? И как я должна ей помешать?
— Я не знаю, но по какой-то причине твоя мать хотела, чтобы ты выросла здесь, в Велании, вдали от своего отца. Поверь, она знала, что делает, она никогда не ошибалась.
Если она была настолько всевидящей, то неужели нельзя было оставить своей дочери какие-нибудь более ценные указания?! Верить в любовь это, конечно, круто, но как предотвратить «великую трагедию»?
Но в рассказе Дейвида меня зацепил еще один момент. Королевская магия. Я знала, что это уникальная сила, которой обладают только перворожденные дети правителей Империи Велания. Этой магии нет равных, и по своей мощи она не только не уступает темному дару высших демонов, но и превосходит. Но в чем именно ее секрет, я не знала…
— А в чем особенность королевской магии? — спросила я.
Дейвид долго не отвечал, молча затягиваясь сигарой и смотря перед собой. Он глубоко погрузился в свои мысли или воспоминания.
— Эта магия управляет четырьмя стихиями, но в чем конкретно ее особенность, не могу рассказать, — наконец произнес он, когда я уже думала, что он не ответит. — Это не моя тайна. Одно могу сказать, по своей силе королевская магия не уступает истинной или темному дару. Это особая разновидность магии, и ее не могут отследить демоны или воздействовать на нее, как и на истинную. Возможно, когда-нибудь ты узнаешь, в чем секрет этой силы, но не сейчас.
Я молча кивнула. Не хочет говорить о королевской магии, и не надо. За последние сутки на меня и так свалилось слишком много тайн и информации, о которой я даже не подразумевала.
Я достала из сумочки магический свиток и печать с отпечатком моей ауры, решив сообщить Дейвиду, что с этого дня я официальный представитель Подземного царства Харом. Под изумленный взгляд Дейвида я протянула ему свиток и приготовилась к долгому разговору.