Горькая сладость. Часть 1 (СИ)

Говорил я все это легко, но внутри предательски расползалась непонятная эйфория ….От девушки исходил такой упоительный запах, что я готов был ее съесть.
Волосы Марины были собраны в пучок на макушке. Что не говори, фигура у Златовласки абсолютно в моем вкусе: миниатюрная, стройная. Я помню, какое у нее крепкое упругое тело. Ее идеально круглая пятая точка была обтянута домашними шортами, сверху вся та же черная футболка с гейшей
А ее шея… Не могу объяснить, что на меня нашло, но сегодня, эту часть ее тела я заметил первой. Как пульсировала венка на этой изящной шее. У меня было жуткое желание поцеловать ее, укусить, обхватить рукой. И это было очень странное и острое чувство.
— Так и будешь меня в дверях держать? Или войти можно? — с задорным огоньком в глазах, и озорной улыбкой спросил я, еле себя сдерживая.
Марина
Дверь моей комнаты со стуком распахнулась, мой сводный брат стоял на пороге в расслабленной позе, как всегда идеальный…На нём были тёмно — синие джинсы и чёрная рубашка, которая обтягивала его накаченное тело, и я …в домашних шортах и растянутой футболке, с пучком на затылке…как обычно… Он оглядел меня с головы до ног.
Я снова начала краснеть под его взглядом, у меня в горле тут же появился комок. Каждый мускул в моем теле напрягся, я буквально съежилась
— Может, помиримся? — услышала я голос Алекса. — Мы хоть и не кровная, а вроде как родня, теперь. Нам, действительно, стоит узнать друг друга получше. Признаться, я был несколько ошарашен, увидев тебя здесь вчера. Согласись, не каждый день симпатичная девчонка, становится твоей сводной сестрой…Так что, прости за несдержанность, спишем это на эффект неожиданности
Сказать, что я была поражена, это не сказать ничего.
Мои глаза от удивления расширились так, что готовы были лопнуть.
Я никак не могла справиться с нервной дрожью, охватившей меня, что не могло укрыться от внимания брата.
— Так и будешь меня в дверях держать? Или войти можно? — довольно улыбаясь спрашивает Алекс.
Это вообще что? У меня сразу все галлюцинации одновременно, которые только бывают у людей.
Я прекрасно понимаю, какого труда ему стоило произнести все эти слова с извинением и у меня невольно поднимается волна уважение к сводному брату.
— Конечно, заходи, — отступаю в сторону, пропуская его в комнату, закрываю дверь, и опираюсь на нее спиной.
Он положил руки мне на плечи и заглянул в глаза.
— Ты вся дрожишь… может, это не слишком хорошая идея?
— Я ничего не могу с собой поделать. Честно, я-нервничаю, в этом нет ничего странного. Ты так внезапно появляешься со своим переменчивым настроением.
— Чего ты так напряглась — то? — вдруг спрашивает парень, буквально прыгая и заваливаясь на мою кровать
Я в шоке поворачиваю голову и смотрю в его улыбающиеся глаза.
— У тебя глаза еще не болят их так расширять? — непринужденно продолжает он, подсовывая подушку себе под голову и устраиваясь поудобнее.
— А что…
— Что я тут делаю? — хмыкнул Алекс
— Да. — тупо соглашаюсь я
— Я тут, как ты догадываешься — живу. — весело продолжает Алекс, оглядывая комнату. — Я и забыл, что тут балкон есть, — кивает головой в сторону балконной двери. — Ты неплохо устроилась, сестренка, — то ли искренне, то ли осуждающе произносит он. — Чем занимаешься?
— Погоди, погоди, что значит живу? — выпаливаю я.
— Ну я решил, переехать и пожить здесь. В институт мне одинаково ездить, что отсюда, что из квартиры. Там, я — один, а тут — теперь, есть компания и домашняя еда, — внимательно глядя на меня, ожидая реакции, произносит он. — Надеюсь, ты — не против?
— Как я могу быть против? Это — твой дом. — выдыхаю я, скрещивая босые ноги, стараясь прикрыть наготу одной ноги другой. Я снова в идиотском виде под оценивающим взглядом Алекса. Блин! Пытаюсь переварить услышанное. — Уверена, твоим родителям — это понравилось, тебя долго не было.
— Конечно, понравилось, — произносит он, глядя на меня с задумчивой улыбкой.
Я киваю, натянуто улыбаясь
Поднимаю на него взгляд, он выглядит старше, не на двадцать один, убийственно симпатичный со своими лохматыми светлыми волосами, которые так хорошо сочетаются с его пронзительными голубыми глазами. Черты его лица практически модельные, а кожа имеет бронзовый оттенок, так что он не выглядит бледным, не то что я. Он был красивым, для меня — недосягаемым, и я определённо не стоила его внимания.
 
— Не нужно нервничать рядом со мной, Марина, я не сделаю того, от чего тебе будет неуютно — тихо произносит Алекс, повернув голову, чтобы посмотреть мне глаза
— Что штудируешь? — резко переводит тему брат, указывая головой на разложенные на столе учебники.
— Э, готовлюсь к зачету, — потрясенно отвечаю я.
— По физике? Могу тебе, если есть необходимость с ней помочь, — многозначительно продолжает брат, — не, серьезно! Я не всегда бываю, полным говнюком. Могу быть очень милым, — веселится он. — Ты в архитектурный собралась?
— Да, — односложно на автомате отвечаю я. У меня нет слов, как изменилось поведение Алекса со вчерашней ночи. От состояния отъявленного негодяя он перешел к обаятельному засранцу
— Че ты так с учебой паришься? Отец все равно заплатит за обучение, — недоумевает парень.
— Я не хочу так…
— Как так? — переспрашивает Алекс.
— Не хочу быть никому обязанной, — поясняю я.
— Ой, да брось ты…отец — не бедствует совсем, поворачиваясь на бок, устраивая руку под голову, констатирует брат.
— Это не важно, если не буду чувствовать себя обязанной, у меня есть шанс жить обычной жизнью, без вынужденной признательности в глазах.
После моих слов Алекс громко рассмеялся.
— Что? Что смешного? — мягко улыбаясь спросила я, наконец оторвавшись от двери, подхожу к столу и усаживаюсь в кресло, поджав под себя ноги.
— Ну, а ты? — спрашиваю его, постепенно ослабляя оборону, после его неожиданного вторжения
— Что я? — переспросил Аллекс, лукаво улыбаясь. — Мои планы несколько не совпадают с возлагаемыми на меня надеждами родителей. Посмотрим, что будет дальше. — пожимает плечами
— А … выдохнула я, с недоумением.
— Так как твои дела? — с любопытством спрашивает брат
— Бывало и лучше, — честно признаюсь я.
— Ну бывало, ты и выглядела получше, — произносит он с кривой ухмылкой.
— Очень смешно, — говорю я, опуская взгляд на свой наряд, и чувствую себя Золушкой. — Ты так любезен…
— Да брось, — кидая в меня подушкой, смеется Алекс. — Ты выглядела такой напряженной, вот я и решил пошутить. Отлично выглядишь, — он осторожно встает с кровати, приближаясь ко мне, убрал выбившуюся прядь моих волос за ухо, заставляя сердце забиться в бешеном ритме. Во взгляде больше не было беззаботного веселья, наоборот появилась какая-то сосредоточенность, промелькнула грубоватая нежность. Или мне показалось?
— Приятно видеть тебя такой, Златовласка, — шепчет он, заглядывая мне в глаза.
— Какой такой? — еле слышно, одними губами произношу я
— Чувственной, открытой, без взгляда, затравленного зверька. Такой, какой я увидел тебя в первый раз… — на ушко произносит Алекс на выдохе, и я чувствую, как его древесный аромат обволакивает меня, пробуждая безудержное желание глубже вдыхать этот запах, чтобы удержать, как можно дольше в памяти. — Оставайся такой всегда.
— Постараюсь, — коротко отвечаю я, разворачиваясь на кресле и опуская ноги, когда он отступает на шаг, протягивает ко мне руку.
— Ты очень красивая, когда смущаешься, — медленно проводит ладонью по моей щеке, поворачивается и направляется к выходу
— Спасибо, — выдыхаю я, не в состоянии произнести ничего больше.
 
Когда он уходит, я падаю на свою кровать, пропитанную его запахом.
***
После этого мы провели остаток дня каждый сам по себе, а потом направились вниз на ужин со «своими» родителями.
Уж теперь-то я не буду выглядеть, как лохушка!
Я перетряхнула все вещи, платья вообще не были на первом месте списка моего гардероба. Однако мне удалось найти зауженные джинсы и чёрную шёлковую кофточку, которая подойдёт для наряда на «свидание» или «семейного ужина». Собрала волосы в «ракушку на голове», выделив спереди пряди вдоль лица, придающие прическе легкую небрежность, подкрасилась. Капля пудовых духов. Удовлетворенно посмотрела на себя. Получилось миленько. Образ дополнили синие лодочки без каблука