Один шаг и тысяча хлопот к мечте (СИ)

Он жадно взглянул на губы, посмотрел на декольте, а там все красиво выглядывает, даже мне нравится. Взгляд споткнулся на пуговичках, мне тоже интересно, сколько времени займет расстегивание этой мелочи. 
— Идем.
— Портал? 
— Именно.
Пара шагов в мутное марево и вот мы в моем сказочном домике. Мне кажется, или он стал больше? Осмотреться можно будет и потом, а сейчас меня ждет прекрасный генофонд в лице собственного мужа. Вот уж не думала, что когда-нибудь снова выйду замуж. 
В первый раз выходила за Клячева Антона на крыльях любви, но при этом мы заранее обговаривали плюсы и минусы раннего брака. Договаривались о некоторых моментах. Например, об учебе. Сначала нужно ее закончить, а потом можно обзаводиться детишками. Это оказалось излишним. 
Помню, просила Антона не раскидывать грязные носки, и он клятвенно обещал этого не делать и что приятно, он сдержал обещание. Но к чему я все время возвращаюсь к прошлому? 
Да, вторая свадьба получилась нереально странной и спонтанной, но что-то в этом есть невероятно романтичное, будоражащее кровь. А еще мое сердечко поет под взглядом мужа и радостно предвкушает будущее.
— А как же колесница и зверята?
— Вот на ней твои помощники и прибудут к утру. А теперь молчи, женщина.
Мы целовались и вместе расстегивали непослушные пуговички. Платье мягко осело к ногам, но Даниэль каким-то чудом заставляет его повиснуть на дверце шкафа. Я улыбаюсь, пряча лицо на широкой груди, не люблю раскиданные вещи.
Он поднимает мое лицо двумя пальцами за подбородок, его взгляд неожиданно серьезен. Вторая ладонь скользит по руке к запястью, заставляя мурашек ускориться. Даниэль переплетает наши пальцы.
— Ты будешь моей?
Я растерялась от странного вопроса, но видела — это важно для него. Поэтому ответила просто и без игривости в голосе:
— Да.
— Даже если узнаешь нечто, что тебе будет неприятно?
Я нахмурилась. Я себе уже представила его идеальным, а у него понимаешь скелеты в шкафу. 
— Я тоже не невинная ромашка, — ответила осторожнее, боялась говорить о своем дефекте, но надо.
— Я предупредил, — мужчина сверкнул глазами и поцеловал пальчики руки, с которой сплетал свои. 
Смотрел он при этом мне в глаза серьезно и даже мрачновато. Но потом его губы накрыли мои, и на время я решила отложить разгадку непонятного поведения Даниэля. Где-то на задворках сознания проскочила мысль, что я так и не рассказала о своем женском дефекте. Потом, все потом. 
Он целовал меня страстно, жадно, я отвечала тем же, прижимаясь своим полуобнаженным телом.
Лицо и шея покрывались бесконечными поцелуями, а я млела, сходила с ума от нежности, от желания, от страсти. Он бормотал куда-то в ключицы:
— Вкусная, какая же ты вкусная. 
Его пальцы в моих трусиках, губы на груди, сквозь кружево белья. Мне хотелось снять мешающую ткань, но в то же время жар желания опалял острее при каждом прикусывании соска через промокший, царапающий ажур.
— Сводишь меня с ума. Влажная и горячая.
Вскоре белье улетело куда-то в сторону, а мои ноги оказались на бедрах мужчины. Спиной я упиралась в прохладную стену, целовала его шею и чувствовала, как он медленно растягивает меня. Дыхание перехватило от сладостных ощущений, дрожь жаркой волной прокатилась по телу. Я откинула голову назад и поймала напряженный взгляд мужчины. 
Капелька пота скатилась по его виску, а он, крепко держа меня за бедра, не давал опуститься на него полностью. И даже, наоборот, приподнял, почти полностью выскользнув из меня. Инстинктивно я пыталась воспротивиться, сжала мышцы и услышала сдавленный стон. После чего он позволил опуститься на себя полностью. Я закричала от восторга. Не думала, что бывает настолько остро-сладко, просто невыносимо. 
Он плотнее прижал меня к стене и двигался рвано, мощно, не давая нормально вздохнуть. Я потерялась во времени и ощущениях. Я потерялась в этом мужчине. Мне было настолько хорошо, что забыла обо всем на свете и сильно укусила мужа за плечо, когда внутри меня взорвался огненный цветок, сладкой лавой растекаясь по телу. Он застонал, откинул голову, и я отчетливо почувствовала горячую пульсацию внутри своего тела.
 
Несколько мгновений и мы вместе лежим на мягкой кровати. Даниэль сверху и все еще во мне. Я хорошо ощущала его твердость. Глаза его прикрыты. Губы мягко улыбаются. Я любуюсь своим мужчиной и думаю, что это можно делать вечно.
Но вот глаза открываются, и мужчина любуется мной. Мужчина, о котором я не знаю практически ничего. И вопрос есть ли у него собственное жилище, все еще открыт. Иначе зачем домик сделал для него комнату с одеждой?
Внезапно услышала бой часов. Где-то в доме появились часы? 
— Нам пора, — произнес муж, но не сделал попытки пошевелиться.
  
Глава 18. Сюрпризы и признания
 
Он нежно поцеловал висок, веко, кончик носа.
— Куда? — прошептали мои губы. 
Я почувствовала некое недвусмысленное шевеление внутри и ощутила, как новое желание поднимается из глубин моего естества.
Даниэль улыбнулся:
— Это сюрприз, моя ненасытная кошечка. Нужно поторопиться. Уже одиннадцать, скоро полночь. Сегодня самая волшебная ночь в году. 
Он покинул мое тело и еще какое-то время смотрел на меня обнаженную, открытую, всю такую возбужденную и потягивающуюся.
— Так красива. Сразу видно, чем ты только что со мной занималась. А эти алые, припухшие лепестки и мое вытекающее семя. Я готов смотреть на это вечность. Завораживает и возбуждает. 
Я сильнее выгнулась, зовя его.
— Как же я хочу тебя! Но нет, не сейчас.
Он схватил меня за лодыжку, поцеловал в стопу и потянул к краю кровати. При этом чертенята в его глазах так и скакали. Я завизжала, почувствовала, что могу упасть, но в этот момент он подхватил меня и утащил в ванную комнату. 
Мылись мы быстро. Новое белье и свадебное платье, недавно носимое, однако прямо на мне бархат поменялся на шелк и кружево, юбка стала пышной. Только цвет остался белее снега. 
Мой мужчина тоже выглядел очень представительно и дорого в своем кремовом костюме с золотой отделкой. 
— Настоящий принц, — с улыбкой произнесла я.
А мой муж насторожился.
— Откуда узнала?
Теперь насторожилась я. Еще принцев мне не хватало. Моя мечта — это небольшой дом и сад, простоя жизнь и дети. И точно не придворные интриги и проживание в общежитии под названием дворец. Нет, нет и нет.
— Предположила, — ответила хмуро.
— Эй, не расстраивайся, все не так плохо, как ты подумала. Но есть кое-что еще. Во младенчестве я был проклят одной ведьмой. Отец женился не на ней, и многие годы брошенная женщина лелеяла планы мести. Проклятье звучало так: младшего принца не сможет полюбить ни одна женщина. Только если он станет оборванцем, цветок любви раскроется в его холодном сердце. А в браке истинной любви прорастет и семя мужское.
Пока я ловила челюсть и осмысливала все сказанное, Даниэль взял меня за руку и повел в открытый им портал. Мутноватое марево приняло нас как родных, переместив через пространство в роскошную комнату. Мужскую комнату. 
Однако на темно-синем широком кресле, живописно раскинулся черный шелк женской сорочки, а на кровати сладко спала обнаженная нимфа, ее очень длинные светлые волосы шикарно смотрелись на темно-синем полотне простыней. Хоть сейчас пиши портрет с этакой красоты. Все вопросы по проклятью ушли на дальний план сознания. 
— Хм, — хмыкнул мой муж тихонько, — ничему Ларейну жизнь не учит. Придется временно занять другие покои. Идем. 
Вышли мы через гостиную в небольшой коридор. Нашли лестницу и поднялись на один этаж, но какой это был этаж. Роскошная отделка и даже ковер такой, что по нему только босиком ходить. Мягкий и красивущий. Очень высокие потолки, большие окна, много цветущей зелени. 
Здесь нам повстречался часовой.