Не буди Лихо (СИ)

— Мы, — Маша грустно опустила голову и Диметриуш вернулся на исходную точку, чтобы иметь возможность видеть девушку. — Когда уже появится ваш проводник? Который день здесь сидим — и ничего. Долго ещё ждать?
«Всё-таки был временной скачок!» — подумал Бьёри и поморщился, когда здоровяк положил лапищу на хрупкое Машино плечико и проворчал что-то утешающее.
«Ну, хватит!» — решил Димон и совсем уже было собрался вступить в круг света, когда почувствовал, как кто-то больно ткнул его чем-то острым между обнажённых лопаток и простуженным голосом произнёс:
— Ты что здесь делаешь, вредитель?
«Плохой. Плохой день», — подумал Диметриуш, злясь на свою безалаберность. Ну, что, спрашивается, стоило как следует оглядеться на местности? Почему он не подумал о том, что здесь может быть кто-то ещё, кроме этих двоих? Он тихо скрипнул зубами и даже зажмурился от стыда, а затем за его спиной вскрикнуло, пискнуло и, наконец, заверещало сипло и надсадно. Почти Димону в ухо, между прочим.
— Ой, что это? Ви-и-ис, меня что-то за ногу укусило!!
«Не такие уж они и отвратительные», — любовно подумал о своих ящерках Димон, резко ушёл в сторону, одновременно ухватившись за острый наконечник палки, которая ещё долю секунды назад упиралась ему в лопатки.
Тот, кто стоял по другую сторону этого импровизированного копья, вскрикнул ещё громче и попытался реабилитироваться, но Димон уже был слишком зол, чтобы позволить вновь пленить себя. И дважды за сутки — более, чем достаточно. Чувствуя, как впивается в ладонь острая пика, он потянул на себя оружие. Захват — и жертва с охотником поменялись местами.
— Ещё неизвестно, кто здесь вредитель, — самодовольно хмыкнул Димон и только после этого посмотрел, кого он поймал.
Длинная и худая, как жердь, женщина извивалась в насильственных демонских объятиях, ругалась на чём свет стоит и, если бы Диметриуш не перехватил её за хвост, точно пустила бы в ход зубы.
Вся возня заняла не более минуты. Ни Маша, ни её здоровяк даже опомниться не успели, когда Диметриуш вступил в круг света.
— А ну, пусти! — пробасил мужик и шевельнулся в сторону Димона. Тот осторожно оттолкнул в сторону боевую подругу здоровяка и нехорошо улыбнулся. Хорошо помахать кулаками сейчас — это как доктор прописал. Ибо внутри всё кипело, булькало и требовало выхода. Давно требовало. Начиная с того момента, как его обвёл вокруг пальца даам-ши, пока по пустыне шёл, чехлом от мобильника воду добывал, пока сражался с легионом взбесившихся ящериц… И теперь ещё вот это вот!
— Дима! — вскрикнула Маша. Он и моргнуть не успел, как девушка оказалась возле него и даже, в некотором роде, на нём, прижашись мягкими полушариями к его торсу и обвив шею руками.
— Господи, ты не представляешь, как я рада тебя видеть! — горячо касаясь сбившимся дыханием края его уха, выдохнула она. И как-то сразу расхотелось драться, а яростный огонь уже не требовал немедленного выхода, а просто ровно и сыто урчал, как пламя в открытом камине морозным зимним вечером.
Диметриуш неловко обнял девушку и поверх её плеча бросил взгляд на лохматого здоровяка.
— Мария? — голос того, кого Маша называла Висом, был удивлённым и взволнованным, но от Диметриуша не укрылась досада и злость, на миг промелькнувшие в его глазах. — Что с тобой?
— Забери меня отсюда! — в тот же миг неслышно всхлипнула девушка. — Немедленно!
«Немедленно… — мысленно передразнил Димон. — Знать бы ещё как это «немедленно» устроить. Лифт-то тю-тю!»
Осторожно похлопал по выступающим лопаткам и, не удержавшись, зарылся носом в копну светлых волос, а затем прошептал:
— Сейчас разберёмся. Не бойся.
И снял настойчиво руки со своей шеи, хотя шее понравилось бы гораздо больше, если бы он этого не делал, если бы наоборот переметил тонкие пальчики на собственные ключицы и грудь…
— Не бойся, — повторил ещё раз и развернул сопротивляющуюся Машу, чтобы прижать её спиной к своей груди.
Это было не так хорошо, как секунду назад, но тоже неплохо.
— Могу я узнать, с кем имею честь?
 
— А на что тебе? — спросил хозяин стоянки и что-то прорычал своей женщине, после чего тощая жердь спряталась в палатке.
Мгновение понадобилось на то, чтобы взвесить все «за» и «против». Если он неправильно понял Машины намёки, то она после его заявления взовьётся бешеной фурией, усложнив и без того странную ситуацию.
— Хочу знать, — Бьёри потёрся носом о Машин висок и девушка, принимая его игру, охотно подставилась под ненавязчивую ласку, подтверждая верность принятого решения, — кого поблагодарить за заботу о моей женщине.
«Его женщина» ощутимо расслабилась, полностью откинувшись на Димона, и только что не урчала от счастья. Хорошо бы, у неё была схожая реакция, когда она узнает о том, что прямо сейчас Бьёри не совсем соврал. Мужик смотрел на них холодным рыбьим взглядом, по которому вообще ничего нельзя было понять, а потом кивнул и неприветливо буркнул:
— Виссар.
«А руку для привествия не протянул», — отметил Димон и представился.
Виссар жестом предложил Диметриушу присесть у костра, а после того, как тот устроился, надёжно прижав Машу к своему боку, произнёс:
— Что ж ты, Димон, бросил свою женщину одну в пустыне. Нехорошо. Здесь с такой… — бросил в сторону Марии какой-то мутный взгляд, но почти сразу спрятал глаза за тяжёлыми веками, — девушкой всякое может случится. Животные, пустынники, опять же, ссыльные…
«Врёт или не врёт насчёт того, что сам не из ссыльных?»
— Если бы эта девушка делала всё, что ей велят, — недовольно проворчал Димон, задетый словами здоровяка, — то ни в какие ситуации бы не влипала и не заставляла бы бегать за ней по пустыням всех миров.
— Не справляешься?
— Губу закатай, — посоветовал Диметриуш, напрягаясь из-за задумчивого взгляда хозяина. — За помощь — спасибо. С остальным разберусь сам.
Виссар равнодушно пожал плечами, мол, сам, так сам, а затем оглянулся на палатку, в которой пряталась жердь и позвал:
— Кира, ужин!
Вот ужинать с ними Бьёри совсем не хотел. И это даже несмотря на тяжёлый день и подводящий от голода желудок. Да и вообще, прямо сейчас он хотел бы оказаться как можно дальше от этого странного лагеря. Пусть даже в компании кусачих ящериц и верещащих птичек. Прямо сейчас Димон согласился бы даже на мозгоеда в качестве товарища по путешествию.
Но интуиция подсказывала, что своё нетерпение сейчас лучше не демонстрировать. Поэтому Бьёри улыбался, смеялся чужим шуткам и шутил в ответ, ужинал, предпочтя домашнему вину — тому самому, которое потягивала Маша из своей огромной кружки — обычную воду, в которую, если верить фамильному перстню, была добавлена изрядная доля снотворного, и ждал развития событий.
Примерно полчаса спустя гостеприимный хозяин начал посматривать на часы, и Димон поторопился зевнуть показательно-громко и сонным голосом поинтересоваться, где бы они с его женщиной могли устроиться на ночлег.
Но как только за их спинами опустился тяжёлый полог самодельного шатра, Бьёри жестом велел Маше молчать, опустился на четвереньки и швейцарским ножом начертил на земле кривоватый круг, занявший почти всю площадь палатки. После чего плюхнулся на землю и потребовал:
— Ну, рассказывай, звезда моя, во что ты тут вляпалась!
— Тш! — зашипела она и показала коротенькую пантомиму: «Молчи. Ничего не говори. Нас подслушивают».
— Подслушивают, — и не думая понижать голоса, произнёс Димон, — но ничего не услышат. Защитный круг не позволит.
— Это типа как в «Вие»? Круто.
— Не совсем так. Потом объясню, — и попросил мягко, но настойчиво:
 
— Маша, не отвлекайся. Расскажи, что происходит, пока время есть. А то я как-то запутался. То ты с этим Висом заигрываешь напропалую и хохочешь так, что на весь Подвал слышно…
— Я не заигрывала! — возмутилась она. — Я бдительность усыпляла.
— Серьёзно?
— Серьёзно, — проворчала девушка и устало опустилась на землю рядом с Димоном. — Понимаешь, они такие хорошие сразу были, обещали помочь, говорили, что проводник меня отправит домой… А я одна совсем! Так страшно! Тут кому угодно поверишь. Только вчера ночью Виссару позвонили…