Не буди Лихо (СИ)

Диметриуш скрипнул зубами и сжал кулаки. А всё дед виноват! Не стой он горой за своего братца, ничего бы этого не случилось!
— Дима, — Базиль осторожно дотронулся до его плеча. — Нам надо выбираться отсюда.
Будто Димон сам этого не понимал! Будто не перебрал все возможные варианты, отметая один за другим, как несостоятельные… На глаза попал поднос с остывшим завтраком, и Диметриуш стукнул себя по лбу.
— Чёрт! Я же за тем вас сегодня и звал! — широко улыбнувшись, он посмотрел на удивлённого Базиля. — Скажите, дорогой коллега, нет ли у вас желания познакомиться с тем существом, которое так старательно портит хорошие продукты, превращая их в несъедобные отходы?
— О чём ты? — Шахевич напрягся и подозрительно сощурился. Память о том, что отец нынешнего Императора сошёл с ума и до того, как его успели обезвредить, убил не одну сотню лучших демонов Империи, ещё была сильна в народе.
— С поваром, говорю, хочу познакомиться. Сколько вам времени понадобится, чтобы попасть в кран на кухне?
Шахевич задумался. За проведённые в заточении недели он успел исследовать местный водопровод более чем досконально и, к сожалению, охрана об этом знала. Поэтому кухня охранялась не хуже камер.
— Минут десять, думаю, — наконец, ответил он. — А толку? Во-первых, там охрана. А во-вторых, ты-то на кухню попасть никак не можешь.
— Как знать, как знать… — загадочно улыбаясь, пробормотал Диметриуш и растянулся на кровати, потягиваясь и жмурясь, как большой кот. — Скажите, Базиль, вы инструкцию по эксплуатации продуктового лифта читали?
Шахевич бросил на Димона мрачный взгляд. По странному стечению обстоятельств, упомянутая инструкция в обеих камерах была прикручена к стене под смывным бачком, и как минимум раз шесть за день привлекала к себе внимание обоих мужчин.
Неудивительно, что оба успели вызубрить её наизусть.
«Инструкция по эксплуатации грузового лифта»
• Лица, обслуживающие грузовой лифт, должны обладать особыми профессиональными навыками и иметь соответствующее образование.
• Не допускать к управлению посторонних лиц.
• Запрещается производить пуск путём непосредственного воздействия на аппараты, подающие напряжение на электродвигатель.
• Возбраняется спускаться в приямок и вылезать на крышу кабины, хранить на крыше кабины или приямке какие-либо вещи.
• Транспортировка людей категорически запрещается.
• Отправка грузового лифта может производиться исключительно при полностью закрытых дверях.
• Общий вес перевозимого груза не должен превышать допустимую загруженность подъёмника.
• Не использовать в случае пожара.
В копии Базиля внизу был ещё один пункт, рукописный: «Повор — сука». Демон терпел целую неделю, а затем исправил ошибку в слове «повар». С общим смыслом утверждения он, в принципе, был согласен.
— Тебе захотелось обсудить сей монументальный литературный труд? Изволь. Какое положение тебя впечатлило больше всего? То, в котором намекается на факт существования учебного заведения по обучению лифтёров? Либо восхитительное по своей семантике слово «приямок»?
На язвительность в голосе Базиля Диметриуш отреагировал коротким зевком и совершенно равнодушным замечанием:
— Если честно, то меня больше заинтересовали слова про грузоподъёмность.
На миг Шахевич растерялся, решив, что мальчишка издевается, а затем рассмеялся.
— Серьёзно? Диметриуш, ты на себя в зеркало давно смотрел?
Димон хмуро поскрёб заросший подбородок и противным голосом, который совершенно не вязался с довольным выражением лица, процитировал из неизвестного Шахевичу произведения:
— «Довольно обидные ваши слова. Очень обидные. Что я, каторжный»? — и рассмеялся, заметив недоумение на лице Базиля. — В том смысле, что я, может быть, и каторжный, но ста килограмм во мне, к счастью, и близко нет.
— Причём тут твой вес?
— А при том же, при чём и зеркало, — ответил Димон.
— Боги! — Шахевич закатил глаза. — Ты у нас какой мальчик? Гуттаперчевый или с пальчик? М? Как ты собираешься свои почти два метра вместить в эту кабинку?
 
— Во-первых, не два, а метр девяносто один. А во-вторых, чтоб вы знали, ресурсы человеческого организма, при правильной его эксплуатации, фактически неограничены.
— Ты на что намекаешь?
— На то, что первой моей машиной был бабушкин смарт. Самая бесшумная машина в мире. Знаете, почему бесшумная?
— Потому что во время езды колени к ушам прижимаются? — улыбнулся Шахевич, и Бьёри снова рассмеялся.
— Ну, допустим, — Базиль стукнул по стене, открывая кабинку лифта и оценивая её размеры. — Допустим, у тебя получится. Но дальше-то что? Как ты собираешься выйти из кухни, если за её порогом охрана с амулетами, которые позволяют применять магию даже на территории тюрьмы?
Диметриуш хитро улыбнулся и пробормотал:
— А давайте решать проблемы по мере их возникновения. Вот как в кухне окажемся, так сразу и начнём думать над этим пунктом.
Что-то подсказывало Шахевичу, что у Бьёри и на этот счёт есть какие-то идеи, но делиться ими сейчас он явно не был настроен.
— А если нас поймают?
Вместо ответа Диметриуш пожал плечами, а профессор вынужден был с ним согласиться. И в самом деле. Самое худшее, что им может грозить — это возвращение в камеры. По крайней мере, пока не поступят дополнительные инструкции от Фоллетского.
К действиям приступили за пять минут до обеда, чтобы Диметриушу не пришлось долго сидеть в узкой кабинке, куда он, к неописуемому удивлению Базиля, совершенно непостижимым образом упаковался. Причём выражение лица у него при этом было такое, словно он на диване с любимой книжкой валяется, а не сидит, скрутившись в бараний рог в коробке продуктового лифта.
Ровно в две минуты второго Базиль услышал лёгкое гудение и понял, что отступать уже поздно, сбросил с себя покрывало и шагнул к раковине.
Диметриуш тоже услышал гудение, а когда кабина дёрнулась и медленно поползла вниз, выдохнул с облегчением. Он до последнего боялся, что в лифте есть индикатор веса, который позволит людям внизу понять, что кабина идёт с грузом, несколько превышающим вес подноса и пары тарелок.
Да, индикатора веса в лифте не было, как не было и специально обученного лифтёра, управляющего этим транспортным средством, а Диметриуш так надеялся познакомиться с этой легендарной личностью и выяснить, где же находится институт, выпускающий столь редких специалистов. Впрочем, отсутствие лифтёра было на руку, потому что дало Бьёри лишнюю минуту, позволившую демону выбраться из кабины и при этом остаться незамеченным.
Вторым после отсутствия лифтёра ударом по стереотипом стал повар. А точнее, повариха. Димон отчего-то был уверен, что этим пищеблоком должен руководить мужчина, ан нет! Над огромным чаном склонилась дородная женщина в белом фартуке и с непокрытой головой. В одной её руке была огромная поварёшка, другою дама опиралась на край плиты.
— Сапожков! — не оборачиваясь к Димону, позвала она. — Иди на раздачу. Первый лифт пришёл!
Бьёри торопливо шагнул в сторону, спрятавшись за угол огромного посудного шкафа, и в тот же миг двери кухни распахнулись, впуская внутрь одного из охранников.
— Вообще-то, это не входит в мои обязанности, — проворчал он.
— Жрать по восемь раз в день в твои обязанности тоже не входит, — ответила повариха.
Димон с уважением кивнул головой. «Надо же, — подумал он, — какой самоотверженный человек! Я-то и три раза в день её стряпню ел с трудом…»
— Вечно ты, Варвара, куском хлеба попрекаешь, — проворчал охранник, привычно открывая дверцы шкафа, за которым прятался Диметриуш, и извлекая из него стопку глубоких тарелок. — Что у нас на первое?
 
— Рыбная солянка, — гордо возвестила повариха, а Димон с сомнением втянул в себя воздух. Пахло горелым луком, топлёным салом и варёной солониной, на фоне которой даже аромат тухлой рыбы показался бы божественным. Запахов, хотя бы отдалённо намекающих на солянку, в кухонном помещении обнаружено не было. Диметриуш скривился от отвращения, и именно в этот момент его желудок возмущённо заурчал. Очень возмущённо и очень громко, надо сказать.