Где восходят звезды (ЛП)

Партизан кладет винтовку на колени и выливает воду из сапог.
Женщина в темном костюме входит в комнату и садится напротив человека, прикованного наручниками к его стулу.
— Кеган только что вернулся из Египта, — гордо сказала мама Итана. — Он участвовал в шестинедельной программе обмена с Государственным департаментом.
Мы сели ужинать. Мое сердце колотилось. Я почти не слышала разговоров вокруг себя.
Мама Итана передала мне картофельное пюре и спросила у Кегана:
— Как твой арабский, милый?
— Неплохо, — Кеган говорил спокойно, в его голосе не было гордости или скромности. Он вел себя не на двадцать три года.
Отец Итана склонился ко мне.
— Кеган хочет работать на ЦРУ, — объяснил он. — Думаю, он бы пошел в армию, если бы не астма. Мишель и я — стойкие демократы; у нас даже нет оружия! — он покачал головой. — Я не знаю, откуда он это взял.
После ужина я вышла на заднее крыльцо под предлогом звонка родителям. Мои пальцы дрожали, когда я набирала номер. После трех гудков я услышала голос Перл.
— Ты нашла его?
— Да, — прошептала я, затаив дыхание. — Вы не поверите. Он брат моего парня! — я хотела истерически смеяться. Я искала несколько месяцев, и все это время он был возле меня.
Долгая пауза.
— Расскажи мне о нем.
— Ему двадцать три года. Очень красивый. Я думаю, холост, — за ужином ни слова о девушке не было. — Его не было в последнее время тут, потому что он уезжал по обмену, но сейчас нетрудно найти способ встретиться с ним.
Я попыталась представить, как все пройдет. Будет ли тянуть к ней так, как ее к нему? Ей было больше пятисот лет — какое это имеет значение?
Я пообещала пригласить его к нам в гости, чтобы найти возможность познакомить их.
— Спасибо, Клэр, — она вздохнула с облегчением. Затем она повесила трубку.
Убедить Кегана посетить было несложно. Он не видел дома своего брата и был счастлив провести с нами последний день длинных выходных в городе. Мы поехали вместе в субботу днем ​​и почти к ужину прибыли в небольшой дом, где Итан жил с двумя соседями по комнате. Их всех не было в городе, так что у нас было место для себя. Итан заказал пиццу.
«Мы здесь, — написала я Перл. — Хочешь встретиться с ним завтра?»
Мы сидели на диване, смотрели игру «Сихокс» и ели пиццу. Я сидела рядом с Итаном на диване. Кеган занял кресло. Я разглядывала его. Мне было не совсем комфортно с Кеганом. Он был похож на Итана, но и не очень похож. Итан искал ответы на неизвестное; Кеган знал ответы. Он видел мир в черно-белом цвете, и в нем были холодность и безжалостность, которые я ощущала в его прежних «я». Эти «я» были решительными и не хорошими.
Было заманчиво судить людей на основании того, кем они были раньше, хотя я часто напоминала себе, что это было несправедливо. Моя милая соседка по комнате Келли поджигала вражеские корабли и приказывала повесить людей. Однажды Итан зарезал другого мужчину в пьяной драке на ножах в джунглях Южной Америки. Когда я была Хассадом, у меня было столько рабов, что меня передергивало при мысли об этом сейчас. Нашу жизнь формировали обстоятельства; были закономерности, но мы менялись. Я не знала Кегана так давно, чтобы увидеть подробности его прошлого, но вряд ли хотела. Он был братом Итана, и лучше мне постараться узнать его таким, какой он в этой жизни.
Я снова задалась вопросом, как он отреагирует на встречу с Перл. Что, если он вообще не ощутит с ней никакой связи? Пойдет ли она дальше или будет тосковать по нему? Я пыталась придумать, как поднять идею пригласить ее. У меня есть подруга, которая очень хотела бы с вами познакомиться. Кто она? Ох, она из моего класса…
Прежде чем я успела сформулировать свое предложение, Кеган взял еще кусок пиццы и сказал:
— Итак, как вы двое познакомились?
Я посмотрела на Итана.
— Мы познакомились во время собрания первокурсников, — говорю я. — Но мы начали встречаться только после похода.
Итан подхватил рассказ.
 
— Я наблюдал за Клэр несколько недель, а потом заметил, что она сидит подальше от костра, практически в лесу, одна.
— Я боюсь огня, — смущенно объяснила я.
— Поэтому я сел рядом с ней, и мы не спали, болтали после того, как все остальные уснули и огонь погас.
Кеган кивнул. Он открыл банку с газировкой и серьезно сказал:
— Я боюсь огня.
Итан рассмеялся.
— Ты ничего не боишься.
— У меня были кошмары в детстве, — сказал Кеган. — Ты был еще маленьким, чтобы помнить. Иногда они мне снятся — кошмары о сгорании заживо.
Я подтянула ноги к груди и обняла их.
— Я тоже.
— Клэр говорит, что боится огня, потому что так она умерла в прошлой жизни. Думаешь, с тобой тоже случилось то же самое, мачо? — голос Итана был почти дразнящим. Он звучал немного обиженно, что мы совпали в глубокой фобии, которой его брат не удосужился поделиться с ним.
Кеган посмотрел на Итана, потом на меня. Он выключил звук на телевизоре.
— Да, — говорит он. — Возможно. В моем сне женщина преследует меня. Это всегда одна и та же женщина. Не знаю, почему я пытаюсь уйти от нее, но это так. Я бегу, еду или скачу на лошади, всегда пытаюсь убежать, и, в конце концов, попадаю в ловушку огня. И я сгораю заживо. И она смотрит, как я горю.
Мы оба молчали минуту. Итан был ошеломлен, но не по той же причине, что и я.
— Это так странно, братан. Может быть, это значит, что ты боишься женщин, — у него на лице дразнящая ухмылка, но ни Кеган, ни я не улыбались.
Кеган покачал головой, его левый глаз раздраженно прищурился, пока он смотрел на младшего брата.
— Нет, балда. Это лишь одна женщина.
— Боже мой, — прошептала я. Лед сковал меня с головы до пят. Что я наделала?
Окно гостиной вылетело внутрь.
Я закричала. Мы спрыгнули с дивана, разбросав пиццу и газировку. Через оконную раму проникла крупная фигура. Холодный воздух врывался в комнату вокруг его грозного тела. Его ботинки захрустели битым стеклом на деревянном полу. Я не видела его лица; на нем была черная лыжная маска. Все, что я видела, это дуло пистолета, который он направил на нас.
— Боже, — выдохнул Итан. Мы оба были ошеломлены, не могли сдвинуться с места, но Кеган осматривал комнату в поисках ближайшего оружия. Ничего. Он схватил деревянную миску с кофейного столика и швырнул ее в незваного гостя. Мужчина пригнулся, подняв руку, чтобы защититься от летающего объекта. Чипсы и сальса полетели на стену. Кеган толкнул брата, и мы вместе побежали к входной двери.
Итан открыл дверь. На пороге стоял второй мужчина в маске. Он начал поднимать свой пистолет, но не успел прицелиться, Кеган схватил его. Они вместе врезались в дверной косяк. Человек, который прошел через окно, встал передо мной и Итаном, поднял пистолет и оскалился.
— На колени! — крикнул он нам.
Итан грубо убрал меня за себя.
— Что вы хотите? — закричал он в ответ. — Денег? Телевизор? Просто берите! — его голос дрожал. Он стоял, раскинув руки передо мной. Я боялась, что этот человек выстрелит в него.
Кеган боролся с вторгшимся мужчиной. Он сжал пистолет, направляя дуло к полу. Правая рука мужчины оказалась прижатой к оружию, но он сжал левый кулак и ударил Кегана по лицу. Хватка Кегана сползала. Мужчина выдернул пистолет; он взмахнул им и ударил Кегана по голове. Кеган пошатнулся и рухнул на бок, едва успел протянуть руку, чтобы упереть ее в пол. Он попытался подняться; его глаза были дикими и отчаянными. Приклад пистолета опустился на его затылок, и он рухнул, как мешок.
— Нет! — Итан рванул к своему брату, но крупный мужчина приставил пистолет к моему виску.
— Я сказал: на колени! — крикнул он Итану. — Или выберешь, кого из них мы пристрелим первым».
Итан побелел. С ладонью на моей руке, он опустился на пол. Я встала на колени рядом с ним. Я чувствовала, как пульс на его руке бился в быстром темпе возле моей.