Дотянуться до небес (СИ)

Хельга, золотые плащи и Фридрих, недоумевая, наблюдали за тем, как будущий император в компании безродных снует между столами в измазанной одежде, прислуживая и накрывая на стол. Сегодня, по меркам данного заведения, был настоящий пир. Свежий хлеб, мясная похлебка, нарезанные овощи и вяленное мясо, а ещё…
- Что это за белая и тягучая жидкость, мерзко… - фыркнула одна из сидевших за столом девиц.
- А ты что, сестриц своих не узнаешь?! – намекая на происхождение субстанции, пошутила другая.
Несмотря на наличие важных гостей, зал оживился, заливаясь смехом и непринужденными беседами. Напряжение спало. Видя, как важный гость снуёт между столами и кухней, девушки расслабились.
- Наверняка, в замке понадобилась новая прислуга, вот и послали парня подобрать подходящих, – во всеуслышание и без дольки стеснения обсуждали парня девушки.
- Кстати, а он ничего… такой старательный и умный, читать и писать умеет, – Наспех работая челюстями, закивали девочки.
- Да и попка… - осмелевшая, молодая воительница, было дело, хотела прихватить Олега, но вставшая между ними в нужный момент Хельга одним лишь своим взглядом смогла защитить ни в чем не повинную мужскую пятую точку от гнусных посягательств.
- Только попробуй, я тебе руку по локоть оторву, ты меня поняла? – смертоносная аура и давление, исходившие от Хельги, достигли предела. Не выдержавшая пристального взора, ученица быстро вскочила, поклонилась и выбежала куда-то наружу.
- Что это с ней? – обернувшись, спросил Олег.
- Не обращайте внимания, господин, она уже наелась, – как можно дружелюбнее улыбнувшись, ответила старуха.
Глава 34
Прием пищи в ордене был подобен тому, что многие могли наблюдать в столовых средних универах или колледжей; такие же взрослые, веселые, шумные и неугомонные подростки. Несмотря на строгую дисциплину, позволяющие себе разного рода шалости, они жили одним днем, зачастую не думая о том, что будет завтра. Они были точно такими же подростками, такими же, как и те, что жили в мире Олега. Между ними было лишь одно отличие. Первым заботливые родители вложили в руки ручки и карандаши, дабы те учились, развивались и в дальнейшем могли с гордо поднятой головой двигаться по жизни. Вторым же чужие люди в руки вложили щиты и мечи, давая ясно понять, что если они не научатся стоять за себя и убивать, завтра убьют их.
Новшество в виде соуса пришлось многим по вкусу, хотя было видно, что девушек больше впечатлили увеличенные порции, а не какая-то там новая заморская жижа к ним. Не успел обед закончиться, как первая партия, после личной дегустации Катарины, была уже отгружена и готова к первой пробной поставке на рынки центрального круга. В очередной раз за нужных людей и их помощь в нелегком деле следовало отблагодарить Фридриха. Казалось, этот мужчина был самой что ни есть тенью этого злобного и коварного города. Всегда под рукой, всегда есть что сказать и посоветовать, всегда готов и начеку. Пусть Олег и был немного старше и с таким же немалым багажом набитых шишек за прожитые годы, такой же рассудительностью и хладнокровностью он похвастаться не мог. К тому же, порой советы мужчины были очень противоречивы, а иногда даже и опасны. К примеру…
Когда-то Ламия напрямую дала ему понять, что не потерпит измен, чётко обрисовав перспективу его возможных фавориток. Фридрих так же был в курсе их разговора но, несмотря на это, продолжал настаивать, что Олег должен проявлять больше «мужества» в разговорах с дамами, от которых что-то требовалось. Кокетничать, лобызать и всячески нахваливать нужную персону, продвигая в её уши свои пожелания и стремления, на которые не хватает собственных сил – так советовал Паилз, однако с реализацией было куда сложнее. Залазить под десяток каблуков Олегу не хотелось, да и прыгать в каждую вторую постель тоже, но в мире, где всем заправляют женщины, по-другому было никак. Спать с кем-то мужчина не собирался, а вот первое заставляло задуматься.
 
Главное, чтобы та «одна-единственная», прознав об очередной светской беседе, не лишила бедолагу всего имущества в пользу «любимого» принца, ну или того хуже, не лишила жизни.
Тренером или манекеном в развитии своего «мужественного» шарма, обоюдным решением Фридриха и Жака стала Катарина, что после сытного обеда вызвалась помочь парню с обустройством «учебного класса», где в ближайшее время Олег планировал лично обучить минимальной грамоте с десяток девчат. Большего помещение вместить не могло. Так же, на минимальном количестве «образованных» настаивала и Хельга, преподнося это как «особую награду» за старания в тренировках, мол, это награда для претенденток на звание десятниц. Это шло в разрез с планами, однако больше десяти пока было взять проблемно.
Во-первых, не хватало ресурсов; бумага и чернила были дорогим удовольствием, учиться предстояло даже не на глиняных дощечках, а на самых простых, орудуя острыми ножиками вместо пера. Спасением оставалась только чёрная, как сажа, железяка, стоявшая у печи, да кусок мела, едва пригодного для письма.
Во-вторых, твёрдая позиция Хельги в этом вопросе. «Сначала пусть научатся держать в руках мечи» - продолжала настаивать она, не желая урезать своим подопечным время тренировок, которое из-за появившееся работы у многих сильно сократилось.
В-третьих, те же ресурсы, но только в чеканном формате. Всё требовало денег, которых уже попросту не было.
- Господин, что-то случилось? – смахнув прядь волос, отделившуюся от тугой косы, спросила Катарина.
Выдохнув, Олег посмотрел на спутницу, облачённую в лёгкий, неприметный тканевый наряд, под которым скрывалась тяжелая и увесистая кольчужная рубаха.
- А, прости, залюбовался кое-кем, – как бы невзначай сказал Олег, переведя взгляд с девушки на свой будущий рабочий стол.
Катарина непонимающе обернулась и, никого за собой не обнаружив, поняла, о ком говорил Жак. Щёки тот час покрылись румянцем. Некое волнение непривычно затмило разум. Глаза быстро оглядели то место, где сейчас она и её принц были совсем одни. Дурные мысли, одна хуже другой, стали заполнять её голову.
- Скажите, ваше высочество… - несмело начала она, но Олег её прервал.
- Я же говорил, когда мы наедине можешь звать меня Жаком, без всех формальностей.
Никто из равных по статусу и, тем более, превосходящих по классу, никогда не позволил Катарине называть себя по имени. Единственные, с кем она могла себе позволить вольности, это её семья и старые подруги по службе, больше никто.
Опустив голову, она продолжила.
 
- Жак, каким девушкам вы симпатизируете? – решительно и на одном дыхании спросила она, заставив Олега оторваться от повторения учебного материала, подготовленного им накануне поездки.
- Каким, спрашиваешь… - задумчиво подперев подбородок и облокотившись на стол, повторил мужчина. В голове всплывали красотки-модели, мелькавшие на телеэкранах. Высокие и фигуристые, миниатюрные, однако и в тоже время милые.