Академия «Кристалл». Семейные тайны 2 (СИ)

― Йан, хватит! Ты убьёшь его!
Он бросил на неё злой взгляд, но увидев умоляющее, испуганное лицо, слегка пришёл в себя. Всё ещё тяжело дыша и стиснув зубы, он в последний раз пнул соперника под зад и отошёл.
― Убирайся. Иначе я вспомню, кем был мой отец. Пусть потом повесят, но хоть её от тебя избавлю.
Римт поднялся, шатаясь и проклиная всё и всех, и растворился в портале.
Нэлис осела на землю и часто дышала, пытаясь унять тошноту. Ливар переводил растерянный взгляд с одной на другого, а Йан стоял, как статуя, только ноздри раздувались, и руки мелко подрагивали.
― Выродок всё переврал, именно этого я и боялся, потому и рассказал тебе правду, – следователь опустился рядом с Нэл. – Ты всё про меня знаешь. Мне жаль, что ходят слухи о нас, я понимаю, как важна для тебя репутация…
Нэлис вскинулась и с размаху врезала ему по плечу!
― Слухи?! Репутация?! – взревела она, захлёбываясь слезами. – Плевать мне на это! Ты чуть не убил его! Ты мог его убить!
― Он оскорбил тебя! – попытался оправдаться Дайни.
― И что? Это всего лишь слова! А ты мог стать убийцей, пойти на казнь! Ты мог умереть из-за этого кретина!.. Безмозглый баран! Идиот несчастный! Чем ты думал?! – она орала и лупила его по груди, по плечам, а слёзы катились градом. Йан схватил её и прижал к себе, но она продолжала бесноваться, драться и царапаться, как маленькое напуганное животное.
Дайни стойко терпел и молчал. Они переглянулись с Ливаром, и господин Воярр ретировался в дом, понимая, что тут разберутся без него. Он давно навёл те самые справки, и был вполне спокоен на счёт сыщика. А выходка Римта лишь ещё раз подтвердила его мнение об этом проходимце. “Такой урод Нэл точно не нужен!” – заявил он, войдя в комнату жены, и та согласно кивнула. Она слышала крики и ругань, и узнала голос бывшего жениха дочери.
Когда истерика немного поутихла, Йан подхватил Нэлис на руки и отнёс в дом. Он попытался дать ей успокоительное, но декан вырвалась из его рук, молча и довольно резко усадила на табурет, и принялась врачевать рану на скуле. Магия плохо слушалась, выплёскивалась сполохами, но она всё же справилась.
― Нэлис… – виновато позвал Дайни.
― Молчи! – ощетинилась она. – Сейчас просто молчи! У тебя нет оправданий!
Йан не сдержался и прорычал:
― Да не убил бы я его! Спасибо полицейской школе, научили бить сильно, но не смертельно! Ничего твоему драгоценному бывшему не грозило! А то, смотрю, ты так о нём беспокоишься!
Она гремела посудой, намереваясь готовить ужин, но отшвырнула кастрюлю и взорвалась:
― Да пропади он пропадом, хоть я и не желаю ему смерти! Я за тебя испугалась! Как ты мог? Ты вообще себя не контролируешь? Что, стоит кому-то вспомнить твоего отца, и ты разум теряешь? Загубить свою жизнь не страшно? А обо мне ты подумал?!
― При чём тут это? Я взбесился, потому, что он оскорблял тебя! О тебе как раз и думал! – рявкнул следователь.
― Да! Моя отмщённая гордость явно стоит твоей жизни! – проорала Нэл. – Ты просто дур…
Она не договорила, сильные руки сгребли её, как пушинку, прижали к твёрдому, жилистому телу, а жадные, изголодавшиеся губы запечатали рот неистовым поцелуем. Она попыталась вырваться, а он только прижал её сильнее, закинув тонкие руки себе на шею. Целовал, как сумасшедший, дразня, подчиняя, превращая злость в жгучее желание.
― Йан! – всхлипнула Нэлис, отчаянно пытаясь сохранить остатки самообладания. – Мы не можем…
― Знаю, – простонал он и уткнулся лицом ей в шею.
Обоих трясло, но злость прошла, уступив место ноющей, тягучей тоске друг по другу, голоду, который сейчас никак нельзя было утолить.
― Скажи, что не поверила ему, – тихо попросил Дайни. Нэл отрицательно покачала головой, но опустила глаза. Он обхватил ладонями её лицо и заглянул в карие омуты: – Нэлис, ты единственная, кто дорог и важен мне!
― У меня тоже свои страхи… – пробормотала она беспомощно.
― Я понимаю, – прошептал Йан, и сильнее прижал к себе. – И за это ещё больше его ненавижу! Сам причинил боль, а теперь пытается отнять тебя у меня! Лезет со своими грязными домыслами и враньём... Но я докажу, что ты можешь мне верить! Только будь со мной… Без тебя во мне одна пустота.
 
― Я с тобой! – она заглянула в беззащитные глаза. – Никогда в этом не сомневайся. Но пообещай беречь себя, и думать, что делаешь! – красивые губы упрямо сжались.
― Обещаю. Прости… – еле слышно ответил он и снова нежно завладел её ртом.
…На ужин в тот вечер были бутерброды.
***
― Я напишу жалобу руководству сыска! Это полицейский произвол! Пусть знают, что их следователь напал на человека! – бесновался Римт, сидя на кушетке в лечебнице академии.
― Ну, он не был при исполнении, так что это просто обычная драка, – спокойно возразил Вийен. Эрса насупился, но руководитель академии, неожиданно, снизошёл до поддержки: – Я на вашей стороне! Правильно сделали, что пришли ко мне. Всегда нужно оставлять пути для отхода и прикрывать тылы. Если ваш начальник и возможный тесть узнает, что произошло, о богатой невесте, карьере и вообще, о работе, можете забыть! Надо сделать так, чтобы все думали, будто вы провели несколько дней, наслаждаясь покоем садов Академии. Сходите в библиотеку, посоветуйтесь о чём-то с бывшими преподавателями… Так поступают многие, когда у нас каникулы. Это место знаний, а они никогда не бывают лишними. Скажете своему будущему родственнику, что обдумывали рецепт нового крема, и вам требовалась консультация.
― Спасибо, ректор Вийен, – искренне поблагодарил Римт. – Вы всегда вызывали у меня уважение. Таких трезвомыслящих людей не так-то много. Вы не подвержены дурацким эмоциям и всегда действуете себе во благо. Это я дурак! Один раз поступил разумно, выбрал карьеру, и то всё чуть не испортил! А самое отвратительное, что всё равно не могу выкинуть из головы эту женщину…
Он резко вскочил, морщась от боли, и зашагал по палате.
― До знакомства с ней я чётко знал, чего хочу в жизни и двигался к своим целям. Будь проклята та встреча выпускников! Лучше бы я тогда ногу сломал! Учились в одно время, и не знали друг друга, а тут на тебе! Заметил, на свою голову!
― Эрса, вы всегда были слишком эмоциональны, – мягко упрекнул Вийен. – Но я искренне сочувствую вам, любовь бывает весьма жестока… А вот раньше было проще! – неожиданно оживился он. – Мужчины похищали понравившихся женщин, и держали в своих замках, пока те не соглашались на брак. Ну, или пока не надоедали женихам! – беспечно рассмеялся ректор.
― С Нэл такое не прошло бы, – мрачно ответил Римт.
― Простите, неудачно пошутил, хотел поднять вам настроение, – извинился ректор. – Даже не знаю, что посоветовать. Разве только… Раз уж госпожа Воярр так запала вам в душу, может не стоит отказываться от цели?
― Что ещё я могу сделать? – раздражённо воскликнул косметолог. – Я перепробовал всё! Извинения, признания, увещевания, кучу денег спустил на треклятые лилии…
― Да, да… А так-же устроили скандал у её дома, опозорили перед соседями и наговорили гадостей про этого Дайни, а хуже того, оскорбили саму Воярр, приравняв к девицам на одну ночь! – строго выговорил ректор. – А ведь я пытался вам помочь! Мне не всё равно, с кем встречается декан моей академии. Я обязан блюсти нашу репутацию!
― Простите, ректор Вийен, – пробормотал Римт, словно провинившийся студент.
― Я дал вам сведения о сыщике, как козырь в рукаве! И что вы сделали? Умудрились этим же козырем побить собственные карты! А всё ваша несдержанность!
― Она не простит мне предательства… – безнадёжно выдохнул косметолог.
 
― Ой, бросьте! Это лишь громкие слова! – отмахнулся собеседник и брезгливо скривился. – Я помню, как студентки вились вокруг вас в годы учёбы! И сейчас вы отличная партия для многих девушек. Красивый мужчина, умный, с манерами, хорошо обеспеченный, не лишённый таланта. Может не в этой клинике, но в другой, вы обязательно добьётесь признания. И декан, наверняка, это понимает, она упрямая, но не глупая. Видели бы вы, как жалко она выглядела после вашего разрыва! Смотреть было больно. Я тогда сильно сомневался, справится ли она с должностью, даже хотел пересмотреть решение, но побоялся вовсе её добить. Дал шанс, – пафосно выдал ректор. – Какое будущее у неё с этим следователем? Что у него есть? Нищенская зарплата, постоянные отлучки из дома и большая вероятность быть убитым во время очередного дела!