Вовка-центровой-5 (СИ)

– Проезжайте, Василий Иосифович. Товарищ Сталин предупреждён.
Вовка ожидал, что, как и в прошлый раз будет куча народа, Берия, Светлана Аллилуева и ещё какая-то женщина, и все будут сидеть жиденький супчук, поданный на обед, чинно хлебать. Потом будут песню его слушать и обнимашки устраивать. Окарался. В зал куда его минуя очередных товарищей из охраны втолкнул Василий, никого не было.
В той самой столовой оказались, где в прошлый раз они с Наташей Аполлоновой концерт устраивали. Только света не было, а сквозь плотные зелёные шторы снаружи свет неяркого зимнего дня и не проходил почти. Василий Иосифович отпустил Вовкин рукав и хлопнул себя по лбу.
– Гитару в машине забыл. – Машину оставили метрах в двадцати пяти от дачи, там было место для стоянки, и там стояло два новеньких ЗиС – 110, скопированных с американского автомобиля высшего класса «Packard Super Eight», ну, почти скопированных.
Василий Сталин пихнул Вовку в кресло и исчез за зелёными шторами, перегораживающими вход в длинный коридор. Фомин вообще один остался. Сидеть в этом доме одному, в огромной столовой, было неудобно и неуютно, Челенков встал, и подошёл к большой карте СССР, висевшей на стене. Опа! Карта была старой. Года 1938 выпуска и кусочек Финляндии и приличный кусман западной границы был довольно умело, но всё же заметно обведён новой границей. Как-то читал Челенков в будущем книгу, что зря это сделали. В смысле объединили Западную Украину со старыми землями, оттуда вся эта бандеровщина и посла миазмы пускать по старым Украинским землям. В той книге был предложен вариант создание отдельной Западноукраинской Республики.
Фомин поближе подошёл, чтобы оценить размеры этой возможной республики и даже пальцем её обвёл.
– Малчик? – Вовка вздрогнул Сталин, настоящий который, подкрался совершенно бесшумно. А нуда, он же ходил в сапогах с мягкой кожаной подошвой.
– Здравствуйте, товарищ Сталин! – гаркнул Фомин обернувшись. Губа начинающая подживать при этом треснула и капелька крови, выступив, сорвалась и покатилась по подбородку.
Событие четырнадцатое
Табак не дурак, он любит гуляк.
Табак – здоровью враг.
Табачное зелье – утеха в безделье.
- Кров у тебя, – Сталин выглядел старым и усталым. Сутулился. – И нэ крычи. Голова болыт. – Он отошёл от Вовки на шаг и внимательно того осмотрел.
– Заживёт. – Вовка не знал, как себя вести. Первый раз было много народу и Аполлонов и Наташа, чувствовал себе более уверенно, а вот сейчас один на один. Сыкотно. Аж, во рту сразу пересохло.
– Власик, – не поворачиваясь, почти шёпотом, произнёс Сталин, и тут же рядом материализовался главный охранник вождя, словно тут и стоял, а просто Вовка на него внимания не обращал. Только чуть колышущаяся зелёная занавеска на проходе в коридор показывала, что нет, не было тут Николая Сидоровича, только появился. – Власик, почэму малчик вес избит?
– Виноват, товарищ Сталин, я подключил уже своих людей в помощь к МУРу. – Спокойно, без крика и выпячивания груди ответил генерал-лейтенант.
– Плохо, товарищ Власик. Этот малчик в последнее врэмя часто бывает рядом с Васей. А ещё он пишэт самые вэсёлые пэсни в СССР. Нужно обязатэльно найти прэступников. И нужно сдэлать, чтобы такоэ болше нэ повторилось. – Сталин чуть согнутым жёлтым пальцем с несколькими тёмными старческими пятнами ткнул в лицо Вовке.
– Вот, принёс, – из-за шторы выступил Василий Иосифович, держа чёрную гитару в руках.
Сталин старший взял со стола трубку и, держа её в руке, протянул вторую, словно милостыню просил. В неё начальник охраны вложил голубую пачку «Новости». Яшин не так давно поведал Фомину страшную тайну про эти сигареты. Якобы для «элитных» табачных изделий в СССР использовался специальный табак. Чтобы собрать его, сборщики выходили затемно, снимали только три верхних листа с растения и прекращали сбор, как только выпадала первая роса. СССР же, может и правда, хотя где-то в будущем слышал Челенков, что всё дело в сорте.
 
Вождь между тем сломал одну из сигареток и набил табаком трубку. Василий, сам взял из этой же пачки сигарету и, просто чиркнув спичкой, закурил. Вовка стоял с гитарой, сунутой ему Сталиным младшим, и ждал.
– Пой, малчик. Чего нэ поёш? Слова забыл? – закхекал Сталин, затянувшись разожжённой Власиком трубкой.
Фомин повернулся, отошёл на три шага назад от карты к креслу, чуть подтянул пару струн. Василий был прав, гитара немного расстроена.
 
 
Если б я был султан, я б имел трёх жён
 
И тройной красотой был бы окружён
 
Но с другой стороны при таких делах
 
Столько бед и забот, ах, спаси Аллах!
 
 
Эх, губа совсем разболелась, нужные интонации получаются с трудом.
Вовка глаза прикрыл и сосредоточился на словах. Он постоянно забывал куплет про сто грамм.
 
 
Если даст мне жена каждая по сто,
 
Итого триста грамм – это кое-что!
 
Но когда на бровях прихожу домой
 
Мне скандал предстоит с каждою женой!
 
 
Фу, на этот раз почти проскочил. Вовка мысленно вздохнул. Чуть запнулся, как всегда, на «это кое-что», явно слабенькая рифма.
 
 
Но в квартире моей маленький метраж:
 
Метра два в ширину, вдоль – четыре аж!
 
Если в два этажа разместить кровать,
 
Всё равно Зульфие негде будет спать.
 
 
 
Не очень плохо иметь три жены
 
Но очень плохо с другой стороны
 
 
Один глаз Фомин приоткрыл, всё с той же детской улыбкой сидел на стуле Василий Иосифович. Сам Сталин стоял возле стола, опершись на него руками, и трубка тоненьким дымком перед ним разрезала воздух. В полутьме комнаты его почти не было видно, скорее дымок угадывался по волнам воздуха поднимающегося с ним и искажающим лицо Сталина. Словно, кивал тот головой в такт песне. А, может, кивал.
 
 
Как быть нам султанам ясность тут нужна
 
Сколько жён в самый раз? Три или одна?
 
На вопрос на такой есть ответ простой-
 
Если б я был султан – был бы холостой!
 
 
 
Не плохо очень совсем без жены
 
Гораздо лучше с любой стороны
 
 
Вовка опять прошёлся ладонью по верхней деке гитары, выбивая восточный мотив
 
 
Не плохо очень совсем без жены
 
Гораздо лучше с любой стороны
 
 
Фу! В процессе и про губу забыл.
– Хорошо. Вэсёлая песня, – Сталин первый раз затянулся неглубоко и сразу выпустил дым. – Опят кров у тэбя, Володя. Власик, позови доктора. Ха. Ты волшебник, малчик, у меня голова болеть перестала. Ты, Фомин хорошие пэсни поёш, – Челенков думал, что Сталин и не помнит, как его зовут, всё мальчик и мальчик. Ан, нет. И имя помнит и фамилию.
– Спасибо, товарищ Сталин.
– Как заживёт губа, запиши песню на пластинку.
– Там бы, где я по гитаре стучу, нужно оркестр с восточной мелодией включить. – Предложил Вовка.
– Тэбе виднее. Мнэ нравится. Василий, ты позвони на «Мэлодию». Пусть сдэлают, как хочет малчик.
– Конечно, отец. Я третий раз слушаю, и каждый раз всё больше нравится песня. Интересный юмор, неожиданный.