Маска подлеца (СИ)
Я сняла кроссовки, повесила тонкую ветровку в гардеробную и прошла на кухню.
Камиль был у плиты. Приятные запахи еды раздражали мои голодные рецепторы. Он переоделся в легкие синие штаны и черную футболку. Ткань облегала на его спине железные мышцы, косые плечи, узкую талию и прокаченные ягодицы.
Я нервно сглотнула вязкую слюну. Камиль обернулся и встретился со мной взглядом. Он был на удивление спокоен.
— Чего так долго? — спросил сходу он.
— Я была у бабули. Сидела разговаривала с ней… Слушай, я хочу извиниться. Мне не надо было бежать от тебя на такси. Ты ведь хотел как лучше, специально приехал за мной, чтоб встретить, помочь, — проговорила я.
Камиль переложил рис с овощами на большую тарелку. Я не поняла, он готовил сам или просто разогрел.
— Извинения будут приняты после ужина, — ответил он и всунул мне в руки тарелку с едой. У меня чуть слюни не капнули, вовремя успела подобрать. Мне стало стыдно, я вспомнила, что плюнула Камилю в лицо. Боже, позорище. Я сумасшедшее, чем он. Вот был бы номер, если б он меня за это треснул. Я ведь хорошо напрашивалась.
— Ты предлагаешь примирительный ужин? — я подошла ближе.
Не знаю что мое тело гнало к нему на опасную близость. Внутренняя стерва, желающая его снова спровоцировать? Потому что мои действия не были столь невинными, как я представляла.
Камиль напрягся. Я заметила, что он становился растерянным, когда я проявляла к нему внимание. Его наглость проявлялась в большей мере, когда я дерзила и злила его. Но в моменты проявления моей активности, он терялся. Не понимал, можно ли мне доверять. Хоть я видела, что он тоже устал от постоянного противостояния.
— Отнеси еду на стол, я возьму тарелки, — сказал он чуть дрогнувшим голосом. Его взгляд опустился на мои губы. Я их нервно облизнула. Между нами столько искр и нереализованного желания. Мы оба являемся заложниками этой тяги, магнита, притягивающего наши тела друг к другу.
Но Камиль сдержался и отвернулся от меня. Потянулся в шкаф за посудой.
Без его мутного черного взгляда мне стало легче дышать. Я быстро взяла себя в руки. Повторяла в уме — просто ужин, примирительный и поминальный.
Я отнесла на стол плов. Там уже стоял графин с водой, два стакана. Камиль ждал меня. Накрыл стол заранее, поставил приборы и салфетки. Я прошла мимо него к холодильнику. Достала тарелку с нарезанными сырами и прошуто. Вытащила из ящика огурцы и помидоры, пару красных болгарских перцев. Порезала овощи на блюдо, посолила.
Камиль снова вернулся. Подошел ко мне, стал рядом, наблюдая за моими действиями. Запах его чистой кожи и мужского геля для душа, сводил меня с ума. Я боролась со своим возбуждением. Убеждала себя, что это неправильно и порочно. Воскрешала в голове мысли об Игнате. Вспоминала, какой он был нежный и предупредительный.
Но когда рядом со мной был Камиль, этот красивый демон из прошлого, образ положительного Игната размывался, становился слишком ретушированным, нечетким.
Мы сели за стол. Камиль положил себе рис и овощи, немного мяса. Обо мне он не беспокоился. Сказывалось воспитание эгоиста. Я и не претендовала на его ухаживания. Наложила в тарелку еду и жадно начала поглощать очень вкусный рис. Было странно вот так, как в детстве, кушать с ним за одним столом. Он наелся быстрее и откинулся на спинку стула, вперив в меня свой тяжелый взгляд.
— Ты ведь знаешь, что бабушка оставила тебе половинуивсего наследства. И акции, и машина, и половина дома твои. Поэтому ты приехала? — начал он без предистовий. Ну теперь понятно откуда такая щедрость… А я уж наивно подумала, что он решил помириться!
Я немного поперхнулась рисом. Он бесцеремонно и больно ударил меня по спине. Сильнее, чем того требовала ситуация. Я аж чуть лицом не макнулась в тарелку. Я сразу отодвинулась, боясь, что он меня еще пару раз приложит своей лапищей.
— Она говорила перед смертью об этом. Но я не знала, что уже зачитали ее завещание. Я приехала к ней, а не за наследством, — оправдывалась я. Но в глазах Камиля читалось недоверие и пренебрежение.
— Раз тебе это ненужно, то я подготовил договор. По нему ты отказываешься от половины дома в мою пользу. За хорошую плату, естественно. Думаю, не стоит тебе напоминать, что это нечестно, чтоб половина дома принадлежала постороннему человеку.
Я округлила глаза. Вот в этом весь Камиль. Ему нужна моя подпись на документе. Только из за этого он терпит мое присутствие.
Я помассировала виски, чуть прикрыв глаза. Вспомнилось обещание, данное бабуле, что я не откажусь от дома и не продам свою половину. Кроме того, если я и не имею на него право, то Мирон законный наследник. Решать за сына я не могу. Не имею морального права.
— А что, если я откажусь? — осторожно спросила я.
Реакция Камиля была странной. На мгновение на его лице прочиталось "Так я и думал, что ты продажная сука!" Но он взял себя в руки и мило улыбнулся. Это было подозрительно и страшнее его криков и оскорблений.
— Ничего. Это твое право отказываться или принимать дар.
Камиль встал из-за стола и ушел.
Просто оставил меня в моих тревожных мыслях. Я смотрела вслед его удаляющейся фигуре. Уже в дверях он задержался и обернувшись произнес
— Завтра я устраиваю вечером прием. Ты должна быть. Уедишь послезавтра.
— Я не хочу на нем присутствовать, — еле слышно попыталась отказаться я.
— Ты ведь хочешь наладить наши отношения? — он говорил со странной блуждающей улыбкой, — Всего один вечер, и я обещаю больше не терроризировать тебя.
Я была в шоке. Что это за "прием" и почему Камилю так важно мое присутствие? С другой стороны, если бы он хотел сделать мне что то плохое, то не ждал бы никаких приемов.
Я устало кивнула.
— Если для тебя это важно, то будь по твоему. Объясни, что от меня требуется и кто будет? — сдалась я.
— Будут разные люди, ничего особенного. Что то вроде маскарада. Это традиция и хозяевам дома присутствовать обязательно. Все, что от тебя требуется, только присутствие, — Камиль посмотрел мимо меня, стараясь не встречаться взглядами.
Ну что ж. Все оказалось гораздо проще. Я даже не думала, что Камиль даст мне шанс на жизнь в этом доме. А сейчас он явно предлагал перемирие.
— Хорошо, — я выдохнула. Чувство тревоги закралось в душу, но я не предала этому значения. Будут другие люди, приглашенные гости. Я помню, когда Жанна с Эрнестом были живы, в доме часто организовывали разные мероприятия. И маскарад, и бал, и игры. Приходили их друзья и соседи. Атмосфера царила веселая и непринужденная. Я очень любила учавствовать во всех праздниках.
Возможно, Камиль решил возобновить старую традицию. Его скорее всего тяготит наступившая тишина и пустота в нашем имении. Вот и решил развлечься и наладить мосты. Только не понятно зачем я…
Глава 23
На следующий день после завтрака, я взяла свой большой альбом и карандаши. Я хотела посидеть возле бабули и порисовать. Давно у меня не было вдохновения. Невзгоды последних дней сказывались на моем творчестве.
Камиля нигде не было, как и его автомобиля. Наверное, уехал раньше, чем я проснулась.
Настроение у меня было хорошее. Спала я относительно крепко, даже не просыпаясь. Чувствовала себя отдохнувшей.
Если мы с Камилем найдем общий язык, жизнь станет проще и легче. Возможно, со временем, я смогу вернуться в этот дом с Мироном. Я верила, что Камиль может не признать в нем своего сына. А даже если и увидит сходство, то я приготовила версию об отце — футболисте. Будто, когда я уехала из дома познакомилась с иностранцем, у которого в нашем городе был короткий контракт. Так уж случилось, что мы были вместе и сын стал плодом нашей короткой любви. Затем его работа была закончена и он уехал, оставив меня беременной. Кстати, так думает и сам Мирон. Поэтому, сможет подтвердить мою версию.
Судя по тому, что Камилю до меня нет никакого дела, он не будет слишком сильно вдаваться в подробности и вычислять по датам, что это его ребенок.